Восьмидесятый градус
Для нас эта ночь отметилась тем, что мы прошли много миль на восток под действием мощного западного ветра – я даже не поверила, когда увидела трек с утра. При этом на удивление тепло –17 ℃. Дочитала Fun House – как всегда, грустно оттого, что это закончилось.
Весь день не покидает тревога. Откуда? Неужели из-за снов – опять снилось что-то, от чего я просыпалась, сжав челюсти. Но, скорее, сны – выражение мыслей и беспокойства. Как бы понять, в чём дело? Кажется, это то, о чём я тут не пишу. И никуда не пишу, а надо бы. Или просто гормоны скачут.
Ещё весь день занималась хозяйственными делами, в итоге руки и вообще весь плечевой пояс устали, что очень часто тут происходит, даже сидеть и печатать не хочется. В итоге пришла в каюту и просто легла смотреть длинный фильм, от которого не могу отлипнуть, – «Последняя дуэль». Кажется, скачала его, потому что обсуждала с человеком с суши. Я очень часто вспоминаю его и пытаюсь приблизиться, потребляя то, что он упоминал. Например, сейчас в письме он спросил, смотрела ли я «Семнадцать мгновений весны» – я иду скачивать. Это немного пугает, но, наверное, нормально, учитывая обстоятельства. Правда, тут дело не только в его рекомендации, он пишет, что там главный герой тоже находился среди людей с чуждыми взглядами и всё хотел домой.
По результатам собрания понятно, что не всё так плохо – люди сходили на льдину, кто-то уже собирается опять там работать. Всё продолжается – впрочем, это стало понятно чуть раньше, когда я вновь увидела из окна знакомые огни фонарей, освещающих домики. Нам, геологам, правда, придётся подождать, ведь кидать пробоотборники некуда. Но организовать это не так уж и сложно. Так что не стоит мне затягивать с выполнением всей камеральной работы, что уже накопилась.
2 Декабря
Случайно провела полтора часа в сауне – с паузами, конечно. Там нет часов, и всё располагает к длительному нахождению. Теперь забитые ранее руки висят как плети, я с трудом заставляю себя печатать (зачем заставляю?). Хотела написать, что удачно получилось – только я зафиксировала застой, как всё буквально потрескалось и изменилось. Я невольно рада – ведь я предоставлена сама себе, могу проводить время так, как хочется, а главное, без коллег. Приличную часть дня по-прежнему составляет работа, но это та часть работы, что мне приятна – анализ, корреляция колонок, попытки установить возраст осадков…
За ужином от химиков узнала, что по левому борту видели песца! Хорошо, хоть какое-то крупное животное. Медведя ждём.
3 Декабря
Дни проходят примерно одинаково, но это не тяготит. Сегодня на мытье заплесневелых яиц был доктор, сказал, что у нас были случаи простуд, что меня удивило – казалось, если заболеет один, то все заразятся. Значит, мне везло – недавно поняла, что на суше я бы уже много раз переболела чем-нибудь к этому времени. Ещё поговорили с техником – можно приносить ему музыку, фильмы, книги, чтобы он загрузил на сервер. Ура, я сделаю вклад в досуг всех последующих поколений дрейфующих! Уже собрала и рассортировала книги, сейчас скидываю на флешку песни – ох, это занятие надолго. Параллельно успеваю немного поработать. Химики, кажется, флиртуют друг с другом – мне противно. Ещё много говорят про свои амбиции, публикации, степени… Меня раздражает, наверное, потому, что если у меня и есть какие-то амбиции в науке, то я не знаю, как их реализовать, и практически ничего не делаю, отчего чувствую себя глупо. Ещё всё больше убеждаюсь, что в мире науки интриги, протекции и тому подобное играют не меньшую роль, чем везде, хотя, конечно, способным всё равно надо быть. В общем, посидела немного за микроскопом там с ними и ушла в каюту. Кажется, мне не угодишь, и это моё нежелание принимать людей ведёт к знакомой изоляции.
4 Декабря
Отдала флешку с музыкой, книгами и фильмами (два больших не влезло) технику. Приятно одной из первых сделать вклад в культурную базу нового судна. Загрузила туда и квирные комиксы, чувствую себя немного героем. Ещё собрала всевозможные пэдээфы на ноутбуке – немного, но есть, например, Урсула Ле Гуин, Донна Харауэй, Бруно Латур – я их не читала даже, но, кажется, эти книги будут полезны местному сообществу. Загрузила пьесы Любимовки-2022 и несколько с предыдущего года – сама прочитала не все, но, думаю, тоже лишними не будут.
Зам продолжает следить за мной – сегодня случайно встретились в коридоре, и он сказал: «Я слежу за вами». Хоть не скрывает – я должна радоваться? На самом деле это давит на психику. Знаю, что если я с кем-то заговорю в общественном пространстве, полном людей, то меня будет слушать не только непосредственный собеседник, но и несколько свидетелей. Как я уже писала, главный геолог тоже следит, да ещё и нагло вмешивается. Даже не знаю, какую цель они преследуют: если просто беспокоятся обо мне, то результат будет только обратный – постоянная слежка утомляет и пугает. Понимаю, что не могу просто быть собой, когда вокруг много людей. Чтобы нормально поговорить с кем-то, нужно оказаться в маленьком замкнутом пространстве – но не приглашать же всех к себе в каюту… Я смотрела «Семнадцать мгновений весны», осознала тревогу и её причину и решила записать эти мысли сюда.
5 Декабря
Вчера долго засыпала из-за этих же мыслей, отсутствия чувства безопасности. На фоне короткого рабочего взаимодействия с А. подумала, что он, кажется, единственный человек, которому я доверяю здесь, хотя с ним я общаюсь не чаще, чем с другими. Вспоминала начало экспедиции, когда я ещё была собой с людьми, не была вечно грустной, тревожной и закрытой. Представляла, что разговариваю с ним (наедине, и никто не подслушивает!), искренне делюсь своими мыслями, жалуюсь на всё, а он понимает. Почему-то чувствую сейчас потребность объяснить себя, оправдаться, кажется, что нужно написать: «…Ну, все мы иногда разговариваем с людьми в голове».
Ура, мой текст для газеты верфей одобрили! Никаких правок, только комплименты. Приятно осознавать, что создал некий конечный продукт. По идее, вся научная работа должна заканчиваться статьями и подобным чувством, но у меня этого не происходит – я писала ранее и продолжаю недоумевать, откуда такой барьер.
Развлекалась за бинокуляром: снимала почти ASMR-видео того, как тыкаю иголкой песок в пробах. Осадок был мокрый, потом высох и слипся, поэтому приходилось ломать кусочки, пласты, чтобы посмотреть на отдельные частицы – в какой-то момент я поняла, что это очень приятный процесс.
6 Декабря
Наблюдаю в последнее время, что доктор в ходе личных взаимодействий наконец-то понял, о чём я говорила, когда жаловалась на коллег около месяца назад, – хочется злорадствовать, говорить: «Ага, теперь вы понимаете, что терпеть, как вы все советуете, невозможно! Это монстры».
Снился сон, где папа бил маму в сугробе около дома после ссоры – они собирались куда-то уехать, садились в машину. В итоге оба вернулись домой. Да-а, стоило почитать «Б.» на ночь. Там всё близится к концу – чувствую, что дочитаю её и начнётся другой этап, с другими книгами.
Ночью думала про то, что здесь я обречена не быть собой с людьми, потому что быть собой почему-то равно соблазнять, а соблазнять – плохо. Хочется найти лазейку, но тут всё очевидно – либо убрать негатив по отношению к соблазнению, либо убрать равенство – сделать так, чтобы У МЕНЯ не было ощущения, что я соблазняю местных мужиков, просто общаясь с ними; что они при этом чувствуют, я не могу знать. Но в то же время фильм «Последняя дуэль» навевает мысли – а что, если любое моё действие всегда рассматривается ими как соблазнение? Тогда неважно, как я себя веду, – результат один. Значит, можно смело быть собой. Это, конечно, прекрасное рассуждение, но у меня-то откуда возникает это ощущение? А что, если они демонстрируют своё соблазнение мной, в то время как я ничего такого не делаю, и от этого мне стыдно? О, кажется, я нашла! Теперь злюсь – какая абсурдная ситуация, а ведь я живу в этом. Вчера до полуночи читала, лёжа в двух креслах в конференц-зале, заместитель пришёл выключить свет, и в тот же момент я сама подошла к выключателю, собираясь уйти. Он немедленно сказал: