Варторн: Уничтожение

По едва заметному сигналу Тайбера он сконцентрировался, ожидая, когда в черепе возникнет знакомое давление, а по телу прокатится волна лихорадочного озноба. Сам Тайбер в этот момент лихо жонглировал тремя кожаными шарами. Работу свою он делал достаточно умело, но если что и поддерживало неослабевающий интерес публики, так это беспрестанный поток рискованных шуточек и пикантных каламбуров.
Его руки в перчатках так и мелькали в воздухе. В какой-то момент один из шаров неожиданно взорвался пламенем, за ним последовал второй, третий… Толпа из двадцати человек дружно ахнула. Да, неплохой трюк. Важно, чтобы публика именно так его и воспринимала: эффектный фокус, ловкость рук, забавное мошенничество.
Брику это и требовалось: пусть зрители видят волшебные фокусы, а не магию.
Тайбер продолжал жонглировать пылающими шарами – которые, вопреки всем законам природы, не рассыпались, а мелькали в воздухе подобно огненным ядрам комет.
– Ого, ребята! – зубоскалил Тайбер. – Мои собственные шары горят, как после жестокого секса!
Толпа аплодировала и ревела от восторга.
Брику в его бытность преуспевающим драматургом доводилось встречать среди актеров таких типов – громкие, напористые, бесцеремонные. Скорее фигляры, чем настоящие лицедеи. Он не боялся вводить их в свои пьесы, возлагая на них обязанность веселить публику, поддерживать ее в тонусе, пока вокруг – силами других актеров – разворачивались более серьезные и содержательные сюжетные линии. Очень даже полезное применение подобным «клоунам».
Иногда же случалось и вовсе любопытное: в его лучших произведениях такие вот персонажи неожиданно трансформировались в настоящих героев.
Лицо Тайбера тоже было раскрашено в традиционные карнавальные цвета – одна половина желтая, другая синяя. Это позволяло замаскировать его природное уродство. Впрочем, когда дело касается подобных личностей, внешняя неприглядность как-то теряется из виду. Ее затмевают напор и самоуверенное фанфаронство. Брику было известно, что Тайбер предпочитает развлекаться с юношами – причем чем моложе, тем лучше. Так вот, как ни странно, этот жирный мужик с плохими зубами никогда не испытывал недостатка в партнерах. Он их в изобилии находил на улицах Каллаха.
Операцию Рассеченного Круга по перекрашиванию воды можно было считать успешной. Во всяком случае, масштабной – им действительно удалось обработать все резервуары в городе. Брик вспомнил, какой ужас охватил людей в первый день, когда вместо воды они обнаружили нечто, сильно смахивающее на кровь. В городе воцарилась паника, торговля и все прочие виды деятельности замерли. Пошли слухи, что случившееся – ни больше ни меньше чем вмешательство грозных богов, и никто не ждал ничего хорошего от такого вмешательства. Несмотря на то что члены Рассеченного Круга распространили по городу слух о безопасности окрашенной воды для коренных каллахцев.
Фелькский гарнизон отреагировал на удивление быстро. Было проведено расследование и приняты соответствующие меры.
В итоге Брик пришел к выводу, что беспорядок, который они устроили, не слишком пошатнул позиции Фелька в городе. Может быть, лишь дал небольшую передышку местным жителям. Да еще не на шутку испугал полковника Джесила. Ведь если мятежники смогли перекрасить воду, то в следующий раз они сумеют и отравить ее. Или же предпринять еще какие-нибудь деструктивные действия.
Брик же, со своей стороны, испытывал некоторое разочарование. Он появился здесь две луны назад и всячески старался навредить фелькцам. Но, к сожалению, не всегда имел возможность надежно оценить результаты своей деятельности. Можно было только надеяться, что рано или поздно все эти акции наложатся друг на друга и сумеют пошатнуть власть проклятых завоевателей.
Недостаток веры он возмещал избытком ненависти. Он ненавидел Фельк за то, что тот сделал с его родным У'делъфом, с его семьей.
– Вы говорите, такое невозможно? – Тайбер ухмыльнулся, демонстрируя гнилые зубы. – Как летают эти огненные шары? Не может быть… Мы все наблюдали и никакою подвоха не заметили.
 
Толпа зачарованным взглядом следила за огненным рисунком, расцветающим в воздухе.
– Но вот же, они летают у нас на глазах! Значит, это возможно! Смотрите дальше… вас ждет кое-что еще.
С этими словами он изменил траекторию полета шаров – изменился и возникающий узор. Два шара продолжали летать по кругу, как бы догоняя друг друга. Третий же взлетел вертикально вверх, перечеркивая образованный круг. Через мгновение он снова скрылся в руке жонглера, в воздухе остался лишь пылающий след.
Процесс требовал точной, почти невероятной координации движений. Но тем более захватывающим получалось зрелище. Тайбер объяснил: все достаточно просто – надо только поймать нужный рисунок, а затем поддерживать заданный ритм.
На сен раз возникающий узор отнюдь не был абстрактным. На глазах у изумленной публики возникал символ Рассеченного Круга. Послышались первые ахи, в глазах зажегся блеск узнавания.
– Невозможного не существует! – кричал Тайбер.
Легкий кивок Брика – и три кожаных шара один за другим упали на землю. Раздалось тихое шипение: перед выступлением прошел дождь, и земля оставалась мокрой.
Публика разразилась аплодисментами и приветственными криками. Улыбающийся Тайбер отвесил глубокий поклон: ликование толпы он принимал как должное. Брик сдернул с головы щеголеватую шляпу с перьями и прошелся перед зрителями. Люди возбужденно переговаривались, те, кто успел опознать тайный знак, вполголоса объясняли его своим недогадливым соседям.
Несколько человек попытались сунуть деньги Брику.
– Оставьте себе, – говорил он мягко. – Вам самим нелегко живется при таких-то налогах. Рассеченный Круг трудится только во имя освобождения родною Каллаха.
Он вернулся к напарнику, который в этот момент укладывал свои приспособления.
– Пора идти? – спросил тот.
– Да, пожалуй, – кивнул Брик.
Фелькский патруль заприметил толпу, собравшуюся на углу, и уже двинулся в их сторону. И хотя в движениях солдат не было ничего угрожающего, Брику показалось, что он заметил тревожный блеск в их глазах.
Публика быстро расходилась. Увы, жонглеры с вызывающе раскрашенными лицами не имели возможности раствориться в толпе. Одна надежда, что маскировка позволит им остаться неузнанными. Брик спокойно повернулся к приближающимся фелькцам и низко – на манер Тайбера – поклонился. Его одежда имела столь же карнавальный вид, как и шляпа с перьями. Не проявив особого интереса к разряженному артисту, солдаты прошествовали мимо. Тайбер похлопал товарища по плечу.
– Ну что, идем?
– Да, пошли.
По губам Брика скользнула легкая усмешка. Никто из фелькских оккупантов не узнал в нем разыскиваемого убийцу. По сути, они видели лишь пестрый разноцветный костюм. Вот и отлично – его маскировка прошла проверку. Теперь снова можно беспрепятственно разгуливать по улицам Каллаха.
Брик не пользовался магией со времени Лакфодалмендола, когда ходил по городу и выжигал на стенах и дверях условный знак. Тогдашняя акция явилась серьезным испытанием для здоровья, она на несколько дней уложила его в постель. Сегодня все прошло гораздо легче.
Внезапно Брик почувствовал себя очень голодным. Им пришлось зайти в таверну. Однако Тайбер, увидев тамошние цены, вспылил и расшумелся.
– Это ни в какие ворота не лезет! – бушевал он. – Да за такие деньги вы должны нам предоставить девочку, которая залезет под стол и обслужит моего друга, пока он будет обедать!
Владелец таверны лишь плечами пожал. Выглядел он усталым и поникшим. Брик обратил внимание на то, что в заведении почти не было посетителей.
Однако Тайбер рвался в бой, миролюбие хозяина его только раздражало. Он сделал еще одну попытку завязать ссору.
– А то, может, пришлешь свою дочку? Тогда мы подумаем. Брик с трудом утащил его на улицу.
– Это все проклятые налоги, – внушал он товарищу. Они шли по улице, и люди оглядывались на их раскрашенные лица. – Из-за них цены взлетели выше небес. Боюсь, скоро все товары и услуги в Каллахе станут попросту недоступны простым людям.