По извиистым волнам (ЛП)

Майло протянул руку, чтобы поддержать меня, когда волна накатывающейся воды вывела меня из равновесия. Гнев поднялся во мне, как огромная волна, я позволила себе упасть в его объятия и издала стон поражения.
— Она наняла команду дайверов. Она победила. — Я плакала, уткнувшись в его гладкую ветровку, когда он обнял меня.
— Ш-ш-ш, — тихо сказал он, — это не значит, что она победила.
  
— Нам не следовало ждать, — сказала я. — Нам следовало прийти сюда прошлой ночью. Немедленно. Мы были бы первыми.
Майло мягко отстранился и посмотрел мне в лицо, заставив меня замолчать, когда я сосредоточилась на пряди медовых волос, падающей на его левую бровь со шрамом, как всегда.
— Мы бы никогда не смогли найти его в темноте. У Корделии явно больше ресурсов, чем мы можем себе представить, и ты не должна винить себя в том, что она ведет игру нечестно.
Я кивнула, пытаясь разобраться в своих бурлящих мыслях.
— Ты прав. Но это не меняет того факта, что если я не смогу остановить ее, последствия будут намного хуже, чем просто проигрыш в игре.
— Мы. — Я подняла глаза на внезапно поправившего меня Майло. — Мы можем остановить ее. Ты не одинока. Ты должна перестать взваливать все на свои плечи. Я тоже здесь.
Я потерла виски холодными ладонями.
— Тогда что нам теперь делать?
Я не ожидала ответа, но молчание Майло резануло меня, как нож. Я знала, что ответ может быть только один. Прохладный морской воздух наполнил мои легкие, и я глубоко вздохнула, прежде чем ответить на свой вопрос.
— Мы найдем трезубец.
7. Грязный пират
Майло
— Если мы собираемся плыть к Дьявольскому треугольнику, нам бы пригодилась лодка побольше. — Я указал на маленькое суденышко, на котором мы стояли.
— Ну, я совершала великие подвиги гораздо меньшими затратами. — То, как Катрина говорила, было похоже на иностранный язык. В ее словах проскальзывала холодность, которую я не узнавал. Она так сосредоточилась на своих мыслях, что мне казалось, будто она находится за миллион миль отсюда. — И у нас нет времени.
Она поспешно завела лодку и направилась обратно к дому. Я наблюдал, как она стояла у штурвала. Ее взгляд ни на секунду не отрывался от устремленного прямо перед собой морского простора, расстилавшегося перед нами. В последний раз я видел на ее лице такую решимость, как перед тем, как она прыгнула за борт с корабля Вальдеса. И я втайне опасался, что на этот раз нам придется нырять с головой.
— Ты поможешь мне раздобыть припасы? Я хочу уехать сегодня вечером. — Она повернулась ко мне, перешагивая через корпус и ступая на причал после того, как мы подвели лодку к левому борту.
— Сегодня вечером? — Конечно, я понимал, что время не терпит отлагательств, но тот факт, что у нас все еще не было подходящего судна, заставлял меня колебаться.
— Ты же эксперт. Как думаешь, сколько времени у нас это займет?
— На этой посудине, — вздохнул я. — Думаю, самое меньшее шесть дней. На чем-нибудь с более мощным двигателем, может быть, вдвое меньше.
— Что ж, если мы не сможем найти лодку побольше за несколько часов, похоже, нам придется обойтись парой дополнительных дней.
— Тогда частью моих приготовлений будет молитва о хорошей погоде. Если мы попадем в шторм на таком расстоянии, сомневаюсь, что у нее все получится. — Я похлопал по веревке, туго затягивая узел.
Катрина прошлась по причалу, а затем внезапно остановилась.
— Я собираюсь собрать еду и другие припасы. Ты можешь достать топливо и все остальное, что нам понадобится?
— Я собираюсь купить топливо и кое-какие запчасти в магазине.
— Хорошо, — кивнула она и шагнула ко мне, чтобы чмокнуть в щеку, но почувствовала холодок.
Я и не подозревал, что Ной был в магазине так рано, пока меня не разбудил звук роллеров, когда он выскользнул из-под машины. Должно быть, он услышал, как я вошел, хотя я приложил все усилия, чтобы войти тихо.
— Доброе утро, Песочный человек, — произнес он, и его голос холодным эхом разнесся по гаражу. Мне никогда не нравилось прозвище, которое он выбрал для меня. — Я, должно быть, скучал по тебе, когда ты уходил сегодня утром. Ранняя пташка сегодня, да?
Я покачал головой. С ним было бы трудно получить то, за чем я сюда пришел.
— Просто пришел кое за чем.
— О, да? — Он встал, вытирая руки о перепачканное черным полотенце, висевшее у него в переднем кармане. — Над чем работаешь?
— Это вроде как личное. — Я подошел к одному из ящиков с инструментами и принялся рыться в ящике с запчастями в поисках свечей зажигания, отверток, розеток и всего остального, что, по моему мнению, могло бы нам понадобиться, если бы что-то пошло не так с этим древним двигателем.
— Ну, ты не можешь просто прийти сюда и забрать все это, если не собираешься мне рассказывать. Как я должен объяснить своему дяде, почему все это барахло пропало, когда он вернется из отпуска? — Он наклонился надо мной, опершись локтем на ящик с инструментами.
— Скажи ему, что это было что-то вроде чрезвычайной ситуации. Двигатель для лодки.
— Тсссс, что за чрезвычайная ситуация на лодке у тебя, Песочный человек? — Он хитро усмехнулся.
— Ты бы мне не поверил, даже если бы я тебе рассказал.
— Братан, я знал, что ты странный, но перестань. Это совершенно новый уровень, даже для тебя.
— Нам с Катриной нужно кое-что найти. Кое-что, что находится далеко отсюда. — Я сложил инструменты и запчасти, которые собрал, в сумку для инструментов. Затем направился к полкам с маслами, чтобы найти то, что мне было нужно, несмотря на то, что мне становилось все труднее сосредоточиться из-за Ноя, который тявкал мне в ухо.
— О чем мы говорим? Ты же не собираешься взять старую лодку моего дедушки, не так ли?
— Твоего дедушки? — Я замер, занеся руку над квартой масла, которое мне было нужно.
— Да, мой дедушка продал ей эту лодку. Она рассказала тебе о Расселе, верно?
— Да, но… — Я нахмурил брови, уловив связь. — Внук Рассела?
— Да, это я. Так что я знаю, какая это старая развалюха — лодка. Я не знаю, как далеко вы, ребята, собираетесь зайти, но я бы не стал этого делать, если слово «далеко» означает то, что я думаю.
— Поверь мне, я знаю, — вздохнул я. — Но Катрина настроена решительно. И, честно говоря, если мы не отправимся в эту поездку, может случиться что-то плохое.
— Поверь мне, я понимаю. Знаю, что эти цыпочки могут натворить много плохого, если мы не будем делать то, что они хотят.
Я не смог сдержать ухмылки.
— Знаю, это безумие, но мы должны это сделать. Я не могу точно объяснить почему. Но поверь мне.
— Ладно, я чувствую себя очень виноватым из-за того, что закрывал глаза на то, как вы, ребята, совершаете самоубийство.
В этот момент я обернулся, все еще посмеиваясь над обычным встревоженным тоном Ноя. Мое внимание привлекла фотография на стене гаража, окруженная другими изображениями в рамках, которые я видел уже десятки раз. Но именно в этот момент у меня начала формироваться идея. Мой взгляд остановился на фотографии Роба, стоящего на своем моторном катере с огромной меч-рыбой в руках.
— Это лодка твоего дяди? — спросил я через плечо.
— Большая парусная лодка? О да, он купил ее всего пару лет назад и… — Он замолчал, будто оборвал свои слова на полуслове. — А что?
— Без причины.
— Мне не нравится то, о чем ты думаешь.
— Откуда ты знаешь, о чем я думаю? — Я развернулся и направился в офис магазина с сумкой для инструментов на плече.
— Потому что я не идиот, — огрызнулся Ной, нервно следуя за мной по пятам. — Он не хранит там свои ключи.
  
Так вот где он их хранит.
Я открыл дверь, не оглядываясь, но чувствовал присутствие Ноя у себя за спиной.
— Успокойся, — сказал я, внимательно осматривая кабинет. Если бы Роб был хоть немного похож на Вальдеса, эти ключи лежали бы в глубине ящика, закрытого на замок, в какой-нибудь коробке. — Я всего лишь записываю, что беру с собой. Он может вычесть из моей зарплаты все, что потребуется.