По извиистым волнам (ЛП)
— Я знаю одно местечко, которое, возможно, стоит попробовать еще раз. Это слишком маленький водоем для судов, поэтому для большинства здесь это совершенно бесполезно. Там должно быть безопасно.
Внезапно я почувствовала на себе взгляды трех пар глаз, ожидающих моих следующих слов. Предполагалось, что я просто соглашусь попрактиковаться в превращении в русалку перед ними, будто это совершенно нормально? Полагаю, для нас это было, наверное, самым обычным делом за последние несколько дней. С сомнением и, возможно, даже с долей страха, я кивнула.
— Хорошо, — выдохнула я, закрывая глаза. — Я попробую. Но только потому, что должна победить это.
— Тогда я отведу тебя туда, как только ты будешь готова, — сказал Майло.
Насмешливый голос Корделии зазвучал у меня в голове, напоминая, как мало времени может остаться в нашем времени, если она к этому времени уже не уничтожила человечество.
— Пошли, — сказала я. — Я готова.
Своими орехово-зелеными глазами, которые держали меня в плену, он изучал мое лицо, прежде чем взять меня за руку. Старое, но знакомое чувство комфорта охватило меня… оно напомнило мне о том, что я чувствовала, когда он повел меня на маяк в тот праздничный вечер, когда я не ожидала, что он придет за мной. И каким-то образом на мгновение все стало хорошо, даже несмотря на тяжесть всего мира на наших плечах.
— Это небольшая прогулка. Нам нужно быть осторожными, — сказал он, его голос был сильным, но мягким, когда он взглянул на МакКензи и Ноя.
— Думаю, мы подождем. Если ты не против, мы останемся здесь и немного отдохнем, — Ной кивнул.
— Да, уверена, что Катрина оценит уединение. Знаю, что мне не нужны были бы зрители, если бы я пыталась превратиться в русалку. — МакКензи закончила фразу тихим смешком, который, как я поняла, она пыталась подавить. Это заставило меня улыбнуться.
— Тогда пошли. — Майло посмотрел на меня и сжал мою руку. — Может быть, мы доберемся туда уже после захода солнца.
— Чего бы это ни стоило, — пробормотала я, следуя за ним, когда он повернулся к двери. Мы попрощались с друзьями и вышли из таверны, блуждая в ночи.
Ночь была еще более хаотичной, чем день. В каждой таверне горел свет, и из каждого угла доносились смех пьяных мужчин и музыка. Люди лежали, развалившись, в дверных проемах и на скамейках, а парочки на открытом воздухе предавались пьяным стонам удовольствия.
— Отличное шоу, не так ли? — Майло ухмыльнулся мне, когда я посмотрела на него из-под ресниц.
— Это что-то, — игриво усмехнулась я. — Не могу поверить, что ты вырос здесь. И все же, ты такой джентльмен.
— Только когда мне это нужно. — Он наклонил голову, и на меня нахлынуло что-то знакомое. Я почувствовала себя так, словно впервые гуляла с ним по пляжу в государственном парке Константина. Это было так, словно всего на мгновение все тяготы, разделявшие нас, исчезли. Были только мы с ним, идущие навстречу чему-то новому и пугающему, как и в первый раз.
Но потом она снова всплыла в моей голове…
— Джентльмену не место в пиратской команде, — усмехнулась я.
— Наверное, ты права. Это была настоящая дилемма, — пожал он плечами, ускоряя шаг.
— Верно, — поддакнула я. — Уверена, что ты совершал по-настоящему дерьмовые поступки, не так ли? Хуже, чем все, что ты мне когда-либо рассказывал.
— Катрина, откуда все это?
— Что ты имеешь в виду? — Я приподняла бровь. — Я имею в виду, что ты только что убил человека у меня на глазах. Я просто хочу знать, кто на самом деле тот мужчина, с которым я встречаюсь? Твой отец скрывал все это от тебя и твоей матери. Откуда мне знать, что ты ничего от меня не скрываешь? Прямо как письмо?
Зачем ты заговорила об этом? Это уже в прошлом.
— Катрина… — он остановился, не закончив произносить мое имя, и повернулся, чтобы коснуться моего плеча. — Послушай, что ты говоришь. Это не ты.
— Это я. — Мой тон стал холодным. — Но ты ли это? Откуда мне знать? Как я когда-нибудь узнаю? Ты, наверное, такой же, как твой отец.
Я очнулась от своего мрачного состояния, когда Майло схватил меня за плечи так крепко, что я чуть не вздрогнула. Он прижал меня к ближайшей стене, когда звуки бьющегося стекла и приглушенной музыки заполнили тишину.
— Ни. Ко. Гда. Не повторяй этого, — прорычал он сквозь стиснутые челюсти. Я никогда не видела у него такого взгляда — по крайней мере, направленного на меня — пронзительного и сосредоточенного. Он смотрел мне в глаза так, словно искал в них скрытое тайное послание. Затем, при свете ближайшего факела в таверне, я увидела в отражении его пристального, сосредоточенного взгляда мои собственные глаза цвета морской волны, смотрящие на него.
Я остановилась, у меня перехватило дыхание. На меня смотрели самые красивые, почти человеческие глаза, обрамленные тонкими ресницами, которые, казалось, сами по себе напряглись, чтобы привлечь все внимание к моему взгляду. Это были две залитые лунным светом лагуны, почти сияющие той ослепительной синевой, которая соперничала с самими глубинами. Словно по волшебству.
Я моргнула, крепко зажмурив глаза, а когда открыла их, все вернулось в норму. Я вздохнула с облегчением, но едва успела взять себя в руки, как Майло впился губами в мои губы. Он отстранился достаточно надолго, чтобы прижаться губами к моему уху, отчего между моих бедер разлилось тепло.
— Черт, я ненавижу эту твою сторону, — прошептал он.
— Тогда почему ты целуешь меня? — произнесла я.
— Потому что это все еще ты, — без колебаний ответил он. — И потому что я слишком долго умирал от желания поцеловать тебя.
Тогда я поняла, что должна рассказать ему о Беллами.
— Майло. Я… я поцеловала Беллами. Но…
— Но это была не ты? — сказал он. — Это то, что ты собираешься мне сказать?
— Ну, да… потому что это правда. Я бы никогда… — Я с трудом закончила предложение.
— Ты уверена? — Он наклонился ко мне, когда кто-то проходил мимо. — Потому что что-то во мне не совсем уверено. И именно поэтому я ненавижу эту твою сторону, Катрина. Потому что я не могу доверять тебе, когда ты в таком состоянии. Я не могу сказать, что правда, а что нет. И твоя сирена способна пролить свет на мои самые сокровенные страхи. Итак, я задам тебе этот вопрос, но я не хочу, чтобы ты отвечала на него, пока не станешь сиреной в полной мере и не удовлетворишь эту свою сторону на некоторое время. Потому что я хочу услышать ответ от тебя.
Я впилась в него взглядом, нахмурив брови, призывая его продолжать. Он опустил взгляд в землю, затем снова посмотрел на меня.
— Ты любишь меня?
— Ну… да… конечно, ты знаешь, что я…
— Нет, — выдохнул он мне в губы, лаская их, как бархат, своими. — Пока не отвечай.
— Хорошо, — сказала я, — тогда давай продолжим. Мы теряем здесь время.
Майло кивнул и пошел прочь, повернувшись лицом к ночи, чтобы провести нас через город к темным окраинам, где нас не ждало ничего, кроме запутанных джунглей и долгого похода в их середину.
30. Водопад
Катрина
Майло повел меня по тропинке, обрамленной свисающим мхом и узловатыми виноградными лозами. Лунный свет хорошо освещал наш путь, падая с яркой луны. Мы молчали, но жужжание ночных насекомых и летних сверчков наполняло воздух своей песней. После нескольких долгих мгновений, проведенных в этом тропическом лабиринте, до наших ушей донесся новый звук.
— Водопад, — отметила я, когда мы вышли на поляну с лагуной посередине.
— Здесь ты должна быть в безопасности. — Майло махнул рукой. — Когда я был моложе, мне нравилось это место. Немногие знают о нем, и, сомневаюсь, что это изменилось.
Я восхищалась зеленью, окружавшей нас на этой уединенной поляне. Лунный свет пробивался сквозь кроны джунглей и падал лучами на сверкающую кристальную воду, скапливающуюся у подножия водопада. Туман от водопада окружал нас, создавая нежную дымку, которая только подчеркивала ритмичные золотистые вспышки светлячков над водой. Но больше всего меня поразило сине-белое биолюминесцентное свечение пенящейся воды водопада. С каждой рябью вода озарялась звездным светом.