По извиистым волнам (ЛП)

Выражение лица МакКензи помрачнело, она прищурилась, когда нахмурила брови.
— Катрина, куда мы направляемся? Ты говоришь такими загадками.
— В… — Я сглотнула и сжала челюсти. — В Бермудский треугольник. Чтобы… найди трезубец.
Они оба молча уставились на меня так, что у меня внутри все перевернулось, как у только что пойманной рыбы в сети. К этому времени наша лодка отошла уже достаточно далеко, и у них не было никаких шансов сойти на берег. Они были в этом замешаны, независимо от того, верили они мне или нет.
  
В этот момент напряжение разрядил голос Майло, донесшийся сверху.
— Кто-нибудь может помочь мне с парусами? Нам нужно поднять грот, если мы хотим сохранить скорость при таком встречном ветре.
— Пойду помогу ему, — произнесла я, воспользовавшись предлогом, чтобы ускользнуть, прежде чем предпринять последнюю жалкую попытку успокоить их. — Вы, ребята, должны мне поверить. Устраивайтесь поудобнее, потому что поездка будет долгой.
Молясь, чтобы Ной не передумал звонить в полицию, я поднялась по короткой лестнице на палубу, чтобы помочь Майло, оставив двух наших новых товарищей по команде молча стоять на корме.
— Ты украл лодку? — Я схватилась за трос, привязанный к гроту, и потянула его, пытаясь сообразить, что с ним делать. — У своего босса?
— Если бы мы взяли «La Esperanza», то могли бы и не вернуться. Мы можем даже не добраться туда, — Майло стиснул зубы, указывая на паруса. — Я уже развернул кливер, теперь просто держи трос вот здесь и следи, чтобы он не натягивался на лебедке.
Я пыталась следовать его указаниям, но это был мой первый опыт работы с парусниками. Я взяла веревку из его рук и держала ее, пока он не начал вытягивать кажущуюся бесконечной веревку, и большая простыня над нами начала медленно опускаться.
— Но ты украл ее, Майло! Ты больше не пират. За такие вещи тебя могут посадить в тюрьму.
— В в 1725 году меня бы за это повесили. — Он замер на секунду, когда его взгляд заострился на мне. — Разве ты не видишь, что я пытаюсь помочь? Если мы не найдем этот трезубец, на карту будет поставлено гораздо больше, чем тюремное заключение, Катрина.
Я застонала, сжимая веревку в руке.
— Знаю… — Я вздохнула. — Я просто не хочу, чтобы все закончилось плохо.
— Думаешь, я хочу рисковать своим вторым шансом на жизнь, чтобы меня арестовали? Я бы не сделал этого, если бы не необходимость.
Он был прав. Я знала, каково это, когда тебя заставляют делать что-то неправильное, чтобы поступить правильно. Например, лгать МакКензи. Или когда мне приходилось заставлять папу поверить, что я разочаровалась в нем и маме. Но независимо от того, как много я понимала, что-то удерживало меня от того, чтобы сказать ему об этом. Поэтому я молчала, пока он выходил из-за руля и шел закреплять парус в парусной сумке наверху.
Я смотрела на воду впереди. И так шесть дней. И что будет, когда мы туда доберемся? Откуда нам вообще знать, где находится трезубец и как до него добраться?
Я услышала, как внизу подшучивают МакКензи и Ной, и поняла, что не смогу избегать их вечно. Я поспешила обратно к ним, следя за тем, как подо мной танцуют волны открытого океана. Они с подозрением наблюдали за моим робким приближением.
— Будет справедливо, если я объясню вам обоим, что происходит.
— Пожалуйста, объясни, — подруга скрестила руки на груди.
Я попросила их присесть, потому что знала, что у меня не было никакой возможности дать объяснение, которое не заставило бы их подумать, что я сошла с ума, и я знала, что буду ходить кругами, пытаясь это сделать. Но там, когда солнце поднялось выше в небе и рассыпало свои сверкающие белые бриллианты по поверхности моря, я рассказала им, как в прошлом семестре раскрыла русалочье проклятие, наложенное на команду пиратов-нежити, а также как разрушила его, и как теперь Корделия, все еще живая, готовилась отомстить всему миру. И я не преминула объяснить, что теперь мы соревнуемся с ней в поисках трезубца. Правда, я опустила ту часть, где говорилось, что я, возможно, русалка.
— Подожди-ка, — МакКензи опустила взгляд на свои колени, вытянув указательный палец, будто соединяла точки на невидимом листе бумаги. — Значит, все те разы, когда ты гуляла по ночам так поздно… ты встречалась с призраками на берегу океана? Беллами тоже был одним из них? А те люди, которые преследовали нас в центре города, были… пиратами?
Я кивнула.
— В двух словах, да. — Ной не сказал ни слова, но по его широко раскрытым глазам и выражению отвращения на лице было ясно, что он не поверил ни единому моему слову.
— Ты хочешь сказать, что действительно веришь ей? — Он повернулся к МакКензи.
— Ну что ж… Я имею в виду, да, это немного необычно… но технически это имеет смысл. То ожерелье было довольно причудливым. И, кроме того, кто мы такие, чтобы утверждать, что знаем, что там происходит? Призраки пиратов и русалки вполне возможны. Я всегда говорю, что для таких историй есть причина.
— Это не «Пираты Карибского моря», МакКензи! Твоя подруга просто принимает тяжелые наркотики. — Ной встал и побежал по палубе. — Я забираю эту лодку обратно прямо сейчас.
— Ной, нет! — закричала я, вскакивая на ноги и бросаясь за ним. Пол под нами подпрыгивал и перекатывался, что затрудняло движение быстрее, чем при быстрой ходьбе.
Он сорвался с места и помчался к кабине управления. Когда он схватился за руль, я рванула вперед, держась за поручни, чтобы быстрее двигаться вперед. Добравшись до руля, я попыталась оторвать его от штурвала.
— Остановись, Ной! Я знаю, это звучит невероятно, но это правда! Ты не понимаешь, как это важно! — воскликнула я.
Он оттолкнул меня от себя, и я налетела на панель управления. Я снова бросилась на него и сбила его руку с руля как раз в тот момент, когда он начал разворачивать лодку, отчего мы покачнулись и потеряли равновесие, прежде чем он восстановил хватку. Я вздрогнула от глухого стука, когда Майло спрыгнул с мачты и с ловкостью профессионала приземлился перед дверью каюты.
— Ты должен остановиться. — Его голос прозвучал властно, что я слышала раньше только тогда, когда он остановил Беллами, когда тот пытался забрать мое ожерелье на пляже. Он встал перед рулем, чтобы отрегулировать его, но Ной крепко держался за него и сопротивлялся.
Ной вздрогнул. В панике он оттолкнул Майло назад. Майло покачал головой и шагнул вперед, не теряя равновесия.
— Успокойся.
— Успокойся? Мне нужно успокоиться? Ты похитил нас! — Он дернул руль в сторону, подбросив нашу лодку, из-за чего я поскользнулась и врезалась в стену. Когда Майло снова взялся за руль, Ной нанес неожиданный удар Майло в челюсть. Затем он нанес еще один удар. Хотя первый удар застал его врасплох, Майло с легкостью отразил второй удар ладонью, обхватив кулак Ноя. Он обхватил руку Ноя, заключив его в захват, который заставил Ноя поморщиться.
— Я сказал, тебе нужно успокоиться. — Он ослабил хватку на руке Ноя, развернув его лицом к себе, а затем слегка подтолкнул назад. Я стояла в напряжении, прислонившись к дверному косяку, и наблюдала за происходящим.
— Если ты думаешь, что у тебя все еще есть дом на чердаке магазина, подумай еще раз, — прошипел Ной.
— Делай что хочешь, Ной. Но такова реальность. Ты все равно застрял на этом корабле. Если мы доберемся до места назначения и окажется, что там нет трезубца, а мы все сумасшедшие, ты можешь позвонить в полицию. Отправь меня в тюрьму. Я приму свое наказание, каким бы суровым оно ни было. Но не вмешивай в это Катрину. — Он посмотрел на меня, убирая пряди волос, упавшие ему на глаза, только для того, чтобы они тут же упали обратно. — Согласен?
  
Ноздри Ноя раздулись, когда он встретился взглядом с Майло. Я увидела, как вздулись вены на его шее, когда он напряг плечи и сжал челюсти.
— Согласен. Пока что.
Майло отступил назад, оглядывая простиравшийся перед нами океан. МакКензи уже поднялась в рубку управления, на ее лице застыло выражение страха. Я никогда не видела ее такой растерянной.