Уйти, чтобы вернуться. Исповедь попаданца (СИ)
Несмотря на то, что до отеля было недалеко, ходить пешком по Нью-Йорку, таская с собой чемодан с миллионом долларов, он не хотел.
В отеле он снял одноместный номер на два дня, расположенный на самом верхнем этаже, куда ходил лифт, обслуживаемый негритенком. Это был недорогой номер со всеми удобствами, полностью устроивший Кирилла.
Поселившись, Кирилл сходил в ближайший банк, где снял в депозитарии ячейку, в которую поместил сумку с деньгами. Хранить такую сумму в гостинице было небезопасно.
"Постоянно жить в гостинице в Нью-Йорке - дорогое удовольствие. Надо найти пансион в спокойном тихом месте. Меньше любопытных глаз, хорошее питание, приличное окружение. Помнится, подобрать пансион можно по объявлениям в газете или воспользоваться услугами специальной фирмы, заплатив смешные деньги. Лучше через фирму - быстрее".
Через час Кирилл пешком по 48-ой улице добрался до фирмы, занимающейся подбором пансиона для желающих, где его встретил клерк, внимательно выслушавший все пожелания в отношении жилья. Он внимательно просмотрел свою картотеку и развел руками:
- В настоящее время ничего подходящего для Вас нет. Через неделю освобождается комната в пансионе на 38-ой улице, недалеко от Шестой авеню. Это место полностью удовлетворяет Вашим запросам.
- Я могу ее посмотреть?
- Конечно!
Клерк по телефону сообщил хозяйке пансиона о Кирилле и сказал, что его ждут в любое время завтра.
Первый день в Нью-Йорке заканчивался. Кирилл поужинал в итальянском ресторанчике недалеко от гостиницы и вернулся в номер: надо отдохнуть.
Пансион Кириллу понравился. Всего семь жильцов, из них две семьи по два человека, без детей, занимающие по две комнаты, и трое мужчин - одиночек. На первом этаже живут семейные, имеющие по две комнаты. Там же расположена и общая на всех жильцов гостиная, в которой они за большим общим столом завтракают и ужинают.
На каждом этаже удобства, включающие туалет, душ и маленькую кухню, позволяющую что-либо приготовить в случае неурочного возвращения постояльцев, расположены в коридоре. На втором этаже - комнаты для мужчин - одиночек, и также общая большая гостиная.
Комната, предназначенная Кириллу, была метров двадцать пять, с большой деревянной кроватью, шкафом для одежды, письменным столом и небольшим диванчиком. На полу - ковер. В комнате два окна, оба выходят во двор.
Стоимость проживания вместе с питанием - в два раза меньше, чем занимаемый сейчас Кириллом номер в гостинице.
Перед входом в пансион расположено помещение для консьержки, там же проживает и кухарка, одновременно выполняющая обязанности горничной.
Кирилл переговорил с хозяйской, и согласился снять комнату на полгода, заплатив сразу за три месяца. Оказалось, что предыдущие жильцы уезжают раньше, чем ему сказал клерк в агентстве. Так что уже послезавтра он может занять комнату.
Вернувшись в гостиницу, Кирилл доплатил еще за одни сутки и предупредил о своем отъезде.
Нью-Йорк 1906 года совсем не впечатлил Кирилла. Город большой, но очень шумный, застроенный каменными шестиэтажными коробками из красного кирпича, между которыми изредка высятся небоскребы. Еще в гостинице его предупредили, что по вечерам, а особенно ночью, одинокому прохожему лучше не появляться на улице, не говоря уже о скверах и парках. А вот нью-йоркцы Кириллу понравились: поток неунывающих людей с раннего утра до поздней ночи заполнял улицы города. А кинематограф! Почти современный, со звуком, но пока еще черно-белый. Длительность фильмов составляла уже больше часа. Его удивило, что больше половины всех идущих фильмов произведены в России. Еще больше он удивился, когда узнал, что большинство кинотеатров принадлежат русской корпорации "RusCap". В материалах, переданных ему "Высшим", про это не было ни слова.
Этой же корпорации принадлежали огромные магазины, торгующие изделиями из леса, электрогенераторами, радиоприемниками, электронасосами, лекарствами и даже детскими игрушками и фотоаппаратами! И еще на каждом углу реклама: "Русские автомобили и аэропланы! Скоро в продаже!"
"Да уж, повеселились мои соотечественники, перепрыгнув из 21-го в 19-й век! Создать такую индустрию по всему миру, и это всего за 15 неполных лет! Можно только позавидовать и поразиться такой предприимчивости и удачливости. И это только пятеро взрослых и шестеро детей! Правда, дети уже сами стали взрослыми. Теперь понятно, почему они и их деяния вызывают такую жуткую ненависть. Это же надо! Сиволапая Россия вдруг потеснила ведущие страны мира в наиболее перспективных направлениях науки, техники и технологии!"
Сходил Кирилл и на нью-йоркскую фондовую биржу. Правда, на торги его не пустили, но за небольшую плату позволили с балкона понаблюдать за ходом торгов. Увиденное его тоже не впечатлило.
"Надо купить какую-нибудь брокерскую контору, которая на грани разорения. Создавать с нуля что-то новое - "замучаешься пыль глотать"! Схожу ка я в какую-нибудь брокерскую контору, поговорю с ее работниками, разузнаю, как и что. Может быть, сыграю по маленькой на бирже, чтобы почувствовать атмосферу, дух биржи".
Ноги сами привели его в брокерскую контору "Смит и Хорт", расположенную около биржи. Так уж судьба Кирилла распорядилась, что посетив эту контору он увидел молодого мужчину, примерно его лет, заполняющего распоряжение на покупку-продажу акций через эту брокерскую контору. Разговорились. Познакомились. Новый знакомый представился Джесси Ливермором.
"Да это же один из самых знаменитых и скандальных игроков на фондовой бирже! Он никогда сам не появляется на бирже, предпочитая торговать через брокерские конторы. Я читал книгу "Воспоминания биржевого спекулянта" финансового журналиста Эдвина Ле Февра, посвященную деятельности Джесси. Еще его называют "юный хват" за удачливость, беспринципность, звериную интуицию и бьющую через край энергию. Особенно он отличился во время биржевой паники в 1907 и 1929 годах, когда буквально несколькими сделками сколотил миллионное состояние".
- Джесси! Приглашаю на обед. Заодно просветишь бедного иностранца о порядках на бирже, да и, вообще, в Нью-Йорке. Я тут всего пятый день, так что многого не знаю. Согласен?
- Вот только закончу писать распоряжение, и я в твоем распоряжении! Какой каламбур получился!