Уйти, чтобы вернуться. Исповедь попаданца (СИ)
В следующую ночь Кирилл уже спал поспокойнее, а через месяц вообще перестал замечать клопов. Права была тетка!
В понедельник отец сходил к кому надо и обо всем договорился. Кирилла внесли в книги жилконторы и он на законном основании поселился на улице Дзержинского.
Теперь надо устраиваться в школу, в девятый класс. Неожиданно, это оказалось большой проблемой: мест нигде не было. Удалось записаться только в школу N 308 на Бородинской улице. Она находилась довольно далеко от дома. Опять все решил отец - и сходил с ним, и договорился. Помогло то, что он характеризовал сына как будущего художника, а в школе имелся театр, для которого постоянно надо было оформлять декорации. Так что для школы Кирилл был ценным приобретением.
До занятий оставалось еще полтора месяца. Он посоветовал Кириллу не тратить попусту время, а записаться в библиотеку и читать книги. Кирилл только посмеивался про себя: "Чем заняться, я найду! Столько вокруг музеев, да и другие немаловажные дела есть. Опыт у меня имеется".
Перед отъездом отец сказал им с теткой:
- Ежемесячно буду присылать Вам 50 рублей - ровно треть зарплаты. Этого должно хватить на питание. Пелагея, какая у тебя пенсия?
- 60 рублей.
- Значит, всего у Вас будет 110. На двоих хватит. Сейчас дополнительно оставлю денег на новый диванчик - 70 рублей, а то этот Кириллу уже мал: ноги свисают. На обувь и одежду к школе еще 60 рублей: за лето он вытянулся, руки и ноги неприлично из штанин и рукавов выглядывают. И на питание на месяц. Итого 180 рублей. Вот Пелагея, возьми. Все, что останется, пойдет на школьные принадлежности: учебники, тетради, ручки, карандаши. Ближе к зиме куплю новую зимнюю одежду: из старой к тому времени Кирилл уже вырастет.
Во вторник отец уехал обратно в городок. Кирилл вышел его проводить. При прощании отец сунул ему десятку, пожал руку и, не оглядываясь, пошел к трамваю. Кирилл долго стоял и смотрел ему вослед.
Тетка Кириллу попусту не надоедала. Определила ему круг обязанностей, предупредила, когда приходить на обед, и на этом успокоилась. Готовка и стирка были на ней, все остальное по дому должен был делать Кирилл: убирать в комнате, мыть пол, в том числе в коридоре, туалете и на общей кухне по очереди с соседями, ходить в магазин за продуктами. Тетка почти не выходила на улицу - только по четвергам в баню, благо она была рядом с домом - у нее был артроз коленных суставов. Ходила она с клюкой.
По ее предложению сделали перестановку мебели в комнате: отделили угол Кириллу, где он спал на новом диване и мог готовить уроки по вечерам: тетка ложилась спать уже в 9 часов, и свет от настольной лампы ей мешал.
Позавтракав, он уходил из дома и бродил по улицам, вспоминая и изучая город. Не осталось ни одной улицы, переулка, тупика, в котором не побывал бы Кирилл в районе улиц Дзержинского и Бородинской за время, оставшееся до занятий. Теперь он этот район знал очень хорошо. Недаром в него вбивали все годы учебы в школе КГБ: первое, что надо знать, это места, где живешь и работаешь. Все проходные дворы, парадные, дыры в заборах - все могло пригодиться и при случае выручить. Тем более, это помогло найти короткую дорогу от дома в школу по проходным дворам.
Не забыл он записаться в библиотеку: к чтению пристрастился давно и сейчас, пользуясь свободным временем, запоем читал книги.
Прожить еще одну жизнь в "совке" Кирилл не собирался.
"Это что ж, до 1987 года, еще 26 лет "строить коммунизм", а потом еще 26 лет "строить капитализм"? Пережить развал России, разгул бандитизма, а потом и полную деградацию власти, когда в государственный принцип возведен лозунг "друзьям - все, врагам - закон"? Когда в справедливость судов у народа полностью потеряна вера, когда полицию население боится больше бандитов, когда ребенка до 15 лет одного страшно отпустить на улицу? Когда любой твой протест против неправедных действий властей воспринимается как потрясение основ государственности? Когда твой бизнес могут отобрать, а ты "должен еще благодарить и кланяться", что тебя оставили в живых. И управы ни на кого не найдешь. Оно мне надо?- размышлял он.- Используя мои специфические знания и умения надо смазывать пятки и бежать за границу. Там тоже "не сахар", но такого беспредела, как в России, нет!".
Кирилл уже составил для себя четкий план действий на ближайшие пять лет. Самое главное, в чем он совершенно был уверен относительно себя, это пять "Не":
1. Не пойдет на службу в КГБ.
2. Не станет вором и бандитом.
3. Не будет ни у кого ничего просить.
4. Не будет ничего бояться.
5. Не будет никому верить.
"Необходимо пересидеть два года в школе, потом два в институте, затем "загреметь" в армию, желательно в войска, находящиеся в ГДР. А уж оттуда, прослужив год - два, перебраться на Запад, где он знал "все ходы и выходы", обязательно сымитировав свою гибель, например, от несчастного случая". Имитация гибели была необходима, чтобы в будущем ни у кого даже мысли не возникло, что он мог сбежать на Запад.
Кирилл хорошо знал, какие "длинные руки" были у его бывших сослуживцев, и какими методами они действовали в случае необходимости или приказа.
"Чтобы эти годы прошли с толком, надо наполнить их приобретением полезных знаний и навыков, которые могут понадобиться в будущем. Также надо найти источник постоянного дохода, поскольку, как я знаю из прошлой жизни, уже летом следующего года умрет от полученных еще на войне ран отец, а через два года ранней осенью от болезней умрет и тетка. То есть, в семнадцать лет я останусь совершенно один.
К такому развитию событий надо готовиться заранее".
Поиском источника дохода в первую очередь и занялся Кирилл.
"Пока мне не исполнится шестнадцать лет, ни о чем серьезном думать не приходится: меня просто никто не возьмет ни на какую работу. Но готовить почву для этого необходимо, чтобы в нужный момент все произошло как бы само собой. Работа должна быть такой, чтобы не отнимала много времени, так как надо учиться в школе и институте. Она должна приносить достаточный доход для безбедной жизни: ведь теперь заботиться о пропитании, одежде, обуви, платы за коммунальные услуги и еще многом другом придется мне самому! До восемнадцати лет, как учащийся, потерявший кормильца, я буду получать пенсию в размере 28 рублей. Хоть небольшие, но деньги. Поступлю в институт. Там стипендия, кажется, тоже 28 рублей в месяц. Но уже не будет пенсии. Если еще дополнительно зарабатывать сто рублей в месяц, то не роскошно, но нормально существовать можно. Вот работу на такие деньги и надо искать".