Фейри-таун (СИ)
«Иксы» мелькали из-за строений красными перекрещивающимися линиями, у входа, как обычно, видимо, толпились малолетки с пивом и одной на всех, передававшейся по очереди сигаретой.
— Вот поэтому я и не люблю такие места, — произнес Арман, протискиваясь ко входу.
Внутри оказалось до невозможного душно и предельно влажно: на полу, на барной стойке, в подмышках бармена и между ног доступных красоток, сидящих на диване в компании местных мачо. Клуб являлся чем-то вроде «Вешалки», только дешевле и без фейсконтроля.
— Я к Луи, — наклоняясь к уху Армана, сказал Вивьен. — Хочу поговорить наедине. Если что-то будет нужно, я позову.
— Ты думаешь, я услышу тебя сквозь такой грохот?
— Ты услышишь меня, даже если я буду на другом конце Земли.
Арман фыркнул, усаживаясь за стойку, подумав, что, скорее всего, он опять флиртует на автомате, но Вивьен говорил серьезно — тот, кто ему нравился, удостаивался особого внимания. Правда, спустившись к Луи, он пожалел, что оставил Армана в зале — лапища, сомкнувшись на его горле, сломала бы ему кадык, будь он человеком.
— Сигаретка не найдется? — спросила подсевшая за стойку девка.
Ботфорты на сетчатые колготки, юбка-лоскут и сиськи под сетчатой майкой. Арман, взяв свой стакан, отсел на стул подальше, и девка отстала. Спустя пару минут с другой стороны нарисовалась другая, постарше, и пришлось уткнуться в свою выпивку, игнорируя интерес персоны, которая пахла как постельное белье из корзины для стирки. На фоне местных торчков и завсегдатаев, с которыми эти девки переспали не по разу, Арман, естественно, выделялся своей новизной, но даже в бытность человеком его не интересовало подобное. И раздражало, а еще больше раздражали мужчины, пользовавшиеся доступностью: если ты называешь свою случайную партнершу сукой и лезешь на нее, туда, где побывали многие до тебя, — кто тогда ты?
Хотя Вероника так же познакомилась с ним, вот так подошла в баре и попросила угостить себя текилой. Страшненькая, на его вкус, худая, с некрасивым родимым пятном на щеке, которое потом он стал считать очаровательным. Такая ершистая, уставшая от одиночества, циничная стерва, но никогда не выходившая на охоту, в отличие от Криса, своего старшего брата. С ним он и познакомился благодаря Веронике, и не будь Криса, уже не было бы и его.
Осознание, что с Вивьеном что-то происходит, прокатилось холодком по загривку — липкий, вязкий страх. Арман поднялся и в следующий миг уже стоял у двери в кабинет хозяина клуба, соседствующего с кладовкой. Еще спустя миг прижимал Луи, здоровяка-мулата, к стене, оскалив клыки.
— Он не хотел! — просипел Вивьен, растирая шею с багровыми отметинами от пальцев. — Он сам боится!
Арман отошел, отпуская мулата, и тот, упав на пол, глянул на него снизу, как затравленное животное. Луи был физически прекрасно сложен — античная статуя в живой холеной коже, одному знакомому ценителю темнокожих парней из Луизианы, хозяину дома в колониальном стиле на Ферст-стрит, точно такой понравился бы. Владельцу особняка цвета бедра испуганной нимфы нравились молодые полнокровные мужчины задолго до того, как Арман перестал быть человеком.
— Я думал, что вы — лоа* воплощенные, — проговорил Луи, обхватывая руками колени и раскачиваясь. — Что вы пришли за мной.
— Лоа — это духи, да? — спросил Арман, выдвигая стул в центр каморки и садясь на него. Одинокая лампочка, свисающая с потолка, раскачивалась — прямо над ними был зал. — Нет, мы не лоа. Почему ты ждал их?
Луи молчал и косился на Вивьена, дыша тяжело и с хрипами в широкой груди.
— Я могу устроить тебя по программе защиты свидетелей, никто не узнает, куда ты исчез, — сказал Арман, видя его замешательство. — Или ты исчезнешь уже без программы, и тогда есть шанс, что твои останки передадут родственникам для кремирования.
— От проклятия нет защиты, — произнес, как выплюнул, Луи, вытирая взмокший лоб ладонью. — Единственное, что могу сказать, — Глор хотел тебя защитить. Собирался встретиться со мной перед смертью. Не думай, что он был ублюдок.
— От кого защитить? — быстро спросил Вивьен.
— Не могу сказать, мне и так дали понять, чтоб я не совался. Уходите.
На лестнице, ведущей вверх, Арман задержал Вивьена под тусклой лампой, приподнял голову за подбородок, осматривая шею и отметины на ней. Места было мало, и Вивьен касался его бедром, отчего температура тела повышалась сама по себе.
— Все в порядке, через пару часов ничего не останется, — заметил Вивьен, высвобождаясь. — Его запугали, ты видел? Он действительно боялся.
— Давай уточним этот вопрос.
У бармена, одного из товарищей Луи, не слишком честным путем удалось выяснить, что не так давно, до прихода Глора, курьер доставил Луи посылку. Содержимое посылки, кроме него самого, никто не видел, но с тех пор Луи не спал по ночам, только днем, и почти не выходил из своей норы.
— Что могло напугать до смерти такого здоровяка? — вслух размышлял Вивьен, когда они вышли из клуба. — Смерти он не боится, он никого не боится, Глор часто брал его на разборки именно поэтому — ему плевать на пули, ножи и любую полуночную тварь вроде тебя.
— У потомков бывших рабов культ вуду в крови. Я думаю, что дело в этом — кто-то сыграл на его веровании в религию предков. Я читал в досье, что Луи ежегодно отправляется в паломничество к Храму питонов**, вероятно, он считал себя под защитой духов, а теперь ему внушили, что ее нет. Предположу, что в посылке была кукла с иголками или что-то вроде того. Ему внушили, что он проклят и что проклятие войдет в силу, если он станет помогать нам или помог бы Глору.
— Логично, — произнес Вивьен задумчиво.
Они шли молча довольно долго, пока из окна промчавшейся мимо машины не послышалась музыка в стиле техно, долбящая по ушам, синтетическая, шуршащая, как новый целлофан, и Вивьен вдруг сказал:
— У тебя никогда не было такого чувства, точно ты уже жил в будущем? Эти звуки, музыка такого рода, вызывают во мне ощущение, которое я называю «воспоминания о будущем». Я где-то слышал, что время — это луч, у него есть начало, но нет конца, и точки на нем равноудалены. Мне иногда кажется, что реинкарнация — это не только воплощения из будущего, мне кажется, что мы проживаем свои жизни хаотично, согласно какому-то личному развитию, и я вполне мог существовать в будущем тысячи лет вперед, чтобы вернуться сюда и жить эту жизнь. Может же такое быть? Люди не верят в нас, но мы есть. Возможно все, даже такое. — Вивьен взглянул на сдвинутые брови Армана и усмехнулся: — Все, прошу, забудь, мне больно видеть твои мыслительные усилия. Это просто бред, который я иногда несу, все так делают, господин полицейский.
— Наверное, — произнес Арман, все еще пытаясь сообразить, как в его голову приходят подобные мысли. — Мне кажется, нужно усилить охрану. Я позвоню в отдел утром и сообщу, что пока буду находиться с тобой.
— Ты хочешь пожить у меня? Как это мило с твоей стороны.
— Это вынужденная мера.
Вивьен улыбнулся снисходительно:
— Конечно, господин полицейский.
Комментарий к Лоа
*Лоа — в религии вуду невидимые духи, осуществляющие посредничество между Богом и человеком, но при этом являются не божествами, а в большей степени аналогом христианских святых. Наделены огромной силой и почти неограниченными возможностями. Лоа играют важную роль в ритуалах вуду и часто связаны с таким понятием, как одержимость.
**Оплот культа — бенинский район Уида. На ежедневное жертвоприношение к Храму питонов стекаются десятки людей. Под бой барабанов нарядно одетые мужчины и женщины танцуют вокруг корзин с просом, алкоголем и зарезанной курицей. Внутри храма в яме копошатся полсотни змей, а верующие замаливают грехи на церемонии очищения.
========== Луна-парк ==========
Новость о том, что хозяин перебирается к Моро на неопределенное время, Гретхен восприняла с воодушевлением неслыханного масштаба — за полчаса с небольшим выгладила его лучшие, по ее мнению, рубашки и сложила их в чемодан вместе с другими вещами, собрала бритвенные принадлежности и средства гигиены, начистила ботинки и упаковала в чехол верхнюю одежду.