Аленький носочек, или Рандеву с монстром во вторник

Адреналин, ударивший в голову, заставлял сердце стучать очень часто, а мыслить невероятно ясно. Неизвестно откуда вылезли в памяти уроки по ОБЖ. У нас их вел в школе старенький Михаил Прокофьевич, его почти никто никогда не слушал, потому что гораздо веселее было резаться в морской бой на задних партах, или болтать о всяком с друзьями. Но я всегда была внимательной и любила учиться, хотя совсем заучкой и не была. Видимо, поэтому это осело в моей голове… На хрупкий лед нельзя было выходить в прямом смысле этого слова. Только ползти, увеличивая площадь, соприкасающуюся с застывшей поверхностью, таким образом распределяя нагрузку.
  
Я медленно поползла вперед, все мое внимание было приковано к барахтающемуся из последних сил псу. Сердце сжималось от страха и жалости к несчастному животному, однако, я не позволяла себе расслабиться. Понимала — дам слабину, и тогда у собаки не останется шансов.
И вот, когда я оказалась почти у самой кромки обломившегося льда, и стала звать пса ближе к себе, и он погреб, понимая, что ему сейчас могут помочь, я протянула руку, надеясь выцепить его за ошейник.
— Давай же, мой хороший! Сюда… Еще чуть-чуть… — молила я, очень надеясь, что животное меня послушает.
Собака была совсем близко, оставалось каких-то несколько сантиметров, как лед затрещал снова. А я, вскрикнув от неожиданности, вдруг оказалась в воде.
Холод почти сразу сковал легкие, и мне потребовалось несколько мгновений, чтобы начать дышать заново. Пальто с меховой обивкой и тяжелые зимние сапоги, мгновенно впитав в себя влагу, потянули ко дну.
  
9.4
 
Я замолотила руками, понимая, что здесь гораздо глубже, чем мне казалось прежде. С трудом, мне все же удалось кое-как привыкнуть к своему новому состоянию и оказаться на плаву. Делая очень медленные вдохи и выдохи, я погребла в сторону собаки. У той совсем не осталось сил, она то уходила под воду, то всплывала. Когда я оказалась рядом с ней, то кое-как вытолкнула все же на лед и подтолкнула, чтобы пес бежал к берегу. Уже спустя несколько мгновений он оказался рядом с перепуганной от волнения хозяйкой.
Я заметила, что там, на берегу, находятся еще несколько людей. Кто-то махал мне рукой. Не став отвлекаться больше, я попыталась выбраться из воды, но край льда, стоило мне только навалиться на него чуть больше, обломился, до крови обдирая острыми краями мои запястья. Едва не завыла от боли, и повторила попытку вновь, после еще раз и еще. Но это не принесло никаких результатов, кроме того, что обломилось еще несколько крупных кусков льда, а я сама почувствовала, как намокшие вещи стали совсем неподъемной ношей.
Каждая попытка выбраться отнимала невероятное количество сил, а приносила разочарование и животный страх. Никогда не думала, что умру, попросту утонув в ледяном озере, но сейчас эта мысль пронзила невероятно остро.
Кто-то кинул мне с берега веревку. Испытав на миг облегчение, смешанное с надеждой, я вцепилась в нее, попытавшись выбраться снова, но лед под нагрузкой треснул опять, на этот раз разодрав мне штанину возле колена и оставив глубокий кровавый порез.
Еще одна напрасная попытка. Еще.
— Я не могу! — закричала я в какой-то момент. — Не могу выбраться!
— Держи веревку! Пробуй! — закричали мне в ответ с берега. — Не отпускай!
Я и не хотела отпускать, но в какой-то момент она сама выскользнула из задубевших пальцев, а я едва не ушла вниз, погрузившись по самые уши и нахлебавшись ледяной озерной воды.
  
9.5
 
Откашлявшись, поняла, что если что-то не сделаю, то просто утону. В отчаянии я стала бросаться на лед, подобно взбесившейся рыбе, снова и снова, пытаясь разбивать его руками, коленями, локтями… Это было самое невероятное и ненормальное, что я когда-либо делала в жизни! Однако это было моим единственным шансом выжить. Постепенно, проламывая лед, я создавала себе эдакую дорожку, по которой медленно прорывалась вперед.
Тело сводило судорогой от усталости, холода и боли. Мне казалось, что руки и ноги стали похожи на один большой кусок изрезанного мяса, но я продолжала ломать лед.
До берега оставалось еще метров шесть-семь, когда я вдруг почувствовала странное почти обжигающее тепло, которое обвило мое тело. А после увидела яркий вокруг свет, и что-то потащило меня из воды.
Это было световое кольцо, от которого тянулся длинный такой же жгут к берегу. К фигуре застывшего там слепого Квендри. И как он только сумел меня найти?! Ведь озеро большое. Здесь так просто не сориентируешься по теплу и холоду, даже обладая магией…
Поняла, что уже оказалась снова на твердом льду, но жгут протащил меня до самого края озера. А там ко мне кинулись какие-то люди, помогая вытянуть меня на землю, стаскивая быстрее тяжеленную ледяную одежду.
— С-с-с… Спа… — я пыталась сказать “спасибо”, но язык отчаянно не хотел меня слушаться.
— Сумасшедшая девчонка! — Квендри едва не шипел. — Зачем бросилась туда, зная, что это опасно?! Еще хорошо, что твой блок пропустил мою магию, посчитав ее для тебя безопасной! Иначе бы и не знаю, чтобы делать пришлось!
— С-с…Соба… — вновь вырвалось нечто нечленораздельное из моего рта.
— Спасибо вам! — услышала я тоненький голос хозяйки собаки. — Спасибо! Если бы не вы, Мишти бы погиб! А я сама… Я испугалась, я с детства боюсь воды…
— Н-ничего… — с трудом все же произнесла я.
Мокрое пальто с меня стянули, а вместо этого Квендри отдал свое.
— Мы держим гостиницу здесь неподалеку! Согрейтесь в номере! Вам нужно принять горячую ванну, иначе заболеете! — сказал какой-то мужчина, кажется, именно он кидал тогда веревку.
  
9.6
 
Перед глазами плясали цветные пятна. Мне было уже все равно, что со мной будет дальше. Силы меня покинули, и я думала, что сейчас просто, по классике жанра, потеряю сознание, но этого не происходило.
Вместо этого я почувствовала, как этот мужчина подхватил меня на руки и куда-то понес. Обернулась на Квендри. Он, хоть и очень медленно, но шел следом.
В гостинице мне почти сразу же налили горячего чая, который я выпила почти на автомате. Меньше всего я ожидала, что мой день вообще может пройти так.
— Тебе нужна помощь? — спросил Квендри, который за это время успел тоже дойти до гостиницы.
— Спасибо, надеюсь, что справлюсь сама. Мне уже немного лучше.
— Не надо лишней бравады, — сказал мужчина. — Если нужна помощь целителей — скажи.
С детства не любила врачей и всякие медицинские процедуры. Поэтому почти сразу же отказалась. Вместо этого поспешила в выделенный для меня номер. Единственное, чего хотелось — это побыстрее принять горячий душ. А лучше ванну.
Когда набрала воду с душистой пеной и стала стаскивать с себя промокшую одежду, отчаянно старалась не заорать. Руки опухли от синяков и порезов, и выглядели плохо. Ноги возле колен и на бедрах были в таком же состоянии.
Тихо заскулив, погрузилась в теплую воду, чувствуя, как постепенно расслабляется и согревается утомленное тело. Прикрыла глаза, и почти сразу же распахнула опять, услышав из раковины какой-то шелест, или скрежет, который, как мне показалось, вдруг отчетливо перерос в нечто более оформленное. “Возвр-р-ращ-щайся домой”. На миг мне показалось, что я услышала именно это.
— Что это? — невольно вырвалось у меня.
Если честно, то приключений было более, чем достаточно на сегодня. С трудом поднявшись, заглянула в раковину. Вроде бы ничего. Нахмурилась, покачав головой, и снова опускаясь в воду.
  
Похоже, с этими всеми событиями у меня уже начались галлюцинации! Надо заканчивать с ванной, и скорее действительно идти домой. К Марджи. Рассказывать ей о своих подвигах!
Однако, когда я вернулась, то черноволосой красавицы дома не было. Вместо этого лежала записка, что она уехала по делам на пару дней.
Выпив на ночь стакан горячего молока, я отправилась спать.
  
Глава 10
 
Пятница началась ужасно. Мои вчерашние приключения напоминали о себе более, чем красноречиво, а свидание было уже не за горами. Вернее, всего-то через пару часов! За это время я уже перерыла весь шкаф с имеющейся одеждой. Выбирала из соображений практичности, ну, и чтобы ткань не сильно царапала израненные руки, которые я предварительно залила каким-то обеззараживающим раствором, найденным у Марджи в аптечке, и замотала бинтами.