Начало нас (ЛП)

Райли постукивает указательным пальцем по подбородку, ухмыляясь.
— У меня есть несколько идей, — мурлычет она.
Я издаю стон. Она убивает меня, и это будет сладкая, блядь, смерть.
— Иди и собери свою сумку, — прорычал я.
Она издала придыхающее хихиканье и крутанулась на пятках. Она делает два шага вперед, а затем останавливается. Я слышу ее шокированный вздох, и ее тело напрягается.
В замешательстве я поворачиваю голову в ту сторону, куда она смотрит, и ищу, что ее так расстроило. Когда я, наконец, замечаю причину ее шока, мое сердце ударяется о ребра.
Время замедляется.
И ужас наполняет мои вены. Черт.
Это последний человек, которого я хочу сейчас видеть, и я не хочу, чтобы он находился рядом с Райли. Как долго он сидит здесь, на ступеньках крыльца Райли, и ждет?
Он медленно поднимается на ноги, засовывает руки в карманы джинсов и делает шаг к моей чертовой девочке.
Ее ноги по-прежнему прикованы к земле, тело напряжено и неподвижно. Я не знаю, дышит ли она вообще. Он делает еще один шаг, потом еще два, медленно сокращая расстояние между собой и Райли.
Когда он оказывается в пределах досягаемости, я замечаю, что ее пальцы дрожат. По ее телу пробегает тихая дрожь, и мои легкие болезненно сжимаются.
— Привет, Райли, — произносит он ее имя с нежностью на губах.
Все ее тело вздрагивает от звука его голоса, и она словно наблюдает за оживающей статуей.
— Грейсон, — выдыхает она его имя.
ГЛАВА 46
Райли - 22 года
Звук моего имени на его губах опустошает меня.
Прошло два года, одиннадцать месяцев и восемнадцать дней с тех пор, как я в последний раз слышала его голос.
Грейсон все тот же, но в чем-то другой.
Его волосы по-прежнему коротко подстрижены, а на подбородке, по крайней мере, несколько недель назад появилась грубая щетина. У него родинка прямо под правым глазом. Раньше ее не было. И теперь он стал крупнее, если это вообще возможно.
Грейсон выглядит… старше. Более зрелым.
И усталым.
В его темных глазах горе. Знакомое горе, которое находит отклик во мне.
Я открываю рот, чтобы сказать, но потом снова закрываю его. Я не знаю, что сказать. Грейсон здесь, стоит передо мной, и я так долго ждала этого самого дня. У меня так много вопросов, но теперь, когда он здесь…
Я не знаю, с чего начать.
Я не могу… дышать.
Грейсон смотрит поверх моих плеч, и я знаю, что он видит. Колтон и я вместе. Он отвез меня домой на своем мотоцикле. Мы представляли собой идеальный образ уюта и интимности. Грейсон видел, как мы флиртовали раньше? Он услышал?
Его взгляд скользнул обратно к моему, скользя по моему лицу. Грейсон внимательно изучает меня, и мое сердце замирает в глубине живота. Он сглатывает, прежде чем заговорить снова. 
— Ничего, если мы поговорим? — осторожно спрашивает он.
Мое сердце болезненно колотится в груди.
Насколько я помню, он до сих пор такой красивый. Смотреть на него, слышать его слова, видеть его перед собой - это глубоко ранит меня. Я истекаю кровью там, где ее не видно, в самой глубине моей души. Там, где все еще живет боль от разбитого сердца, и мне горько от этого.
Позади меня Колтон издает звук сдавленного разочарования в глубине горла. 
— Мы опоздаем. — Я вздрагиваю от внезапной резкости в его голосе. — Нам нужно успеть на рейс.
Я инстинктивно делаю шаг назад, от Грейсона к Колтону.
— Подожди, Райли, — говорит Грейсон с легкой паникой в голосе. Он протягивает руку, как будто собирается прикоснуться ко мне. Но затем он понимает, что собирается сделать, и его рука падает обратно на бок. — Я знаю, что никогда не давал тебе должного заключения, но мне просто нужен шанс… объяснить. Мне просто нужна минутка твоего времени. Я не займу больше десяти минут, обещаю.
Раньше все его обещания были ложью.
Но…
Я хочу знать, что он скажет.
Почему он бросил меня? Почему он разбил мне сердце? Почему он ждал почти три года, прежде чем снова предстать передо мной?
 
— Райли, — кричит Колтон своим глубоким баритоном.
Я не могу оторвать взгляд от лица Грейсона. Неужели у него есть ответы на все мои вопросы? Я явно в ярости...
И обижена.
Я сейчас так запуталась в своих чувствах. Я не могу мыслить здраво.
Стою между Грейсоном и Колтоном.
Моя первая любовь — мужчина, который разбил мне сердце, прося возможности объясниться.
А Колтон ждет, когда я сделаю шаг. Навстречу ему.
Потому что два года он оставался рядом со мной. Он держал меня в безопасности, защищал и всегда бросал все, чтобы прийти мне на помощь. Колтон был рядом каждый раз, когда я нуждалась в нем, даже когда я пыталась отказать ему в помощи. Он стал моей тенью и остался со мной. Не требуя ничего больше взамен. Я знаю, что он чувствует.
Я знаю, чего он хочет.
Но…
Кажется, я просто не могу уйти от Грейсона.
Мне нужны ответы.
Мне нужно знать правду.
Иначе я никогда не смогу жить дальше. Я всегда буду задаваться вопросом: почему?
Я поворачиваюсь и смотрю на Колтона. Он сидит на мотоцикле верхом, но шлем снял. Выражение его лица грозное, и он пристально смотрит на Грейсона.
Заметив мое внимание к нему, он протягивает руку. 
— Пойдем.
Я не беру его за руку.
Натянуто улыбнувшись, я шепчу:
— Я позвоню тебе позже.
Его рука падает.
Мое сердце заикается.
Его лицо дергается, в глазах мелькает боль, но она быстро проходит. Я моргаю и думаю, показалось ли мне это. Холодная маска безразличия скрывает выражение его лица. Колтон не говорит больше ни слова.
Острая боль пронзает мою грудину.
Он надевает шлем, запускает двигатель и уходит, исчезая в ночи.
Я проглатываю обиду и поворачиваюсь к Грейсону. Теперь, когда мы одни, он может говорить. Он может рассказать свою точку зрения. Но почему он выглядит таким несчастным, как я чувствую себя внутри, теперь, когда он передо мной, и я вспоминаю каждую эмоциональную рану, которую он мне нанес.
Грейсон нервно откашливается. 
— Ты выглядишь хорошо, здоровой. — Его глаза скользят по моему телу. — Все еще такая же красивая, как я помню. Хотя волосы у тебя светлее.
— Почему ты здесь? — спрашиваю я дрожащим голосом. Мне не нужны любезности; Мне не нужны его сладкие слова, и я не могу вынести нежного взгляда, который появляется в его глазах, когда он смотрит на меня.
Я не могу рисковать и влюбиться в него снова.
Но невозможно не споткнуться и не упасть… когда такой человек, как Грейсон, смотрит на тебя так, словно ты несешь луну в ладонях.
Его горло перекашивается от тяжелого сглатывания. 
— Лила сказала мне, что ты вернулась в город, я хотел тебя увидеть.
Когда он встретил Лилу? Почему он встречался с Лилой?
Но это сейчас не важно.
Он хотел меня увидеть?
Спустя почти три года. После того, как разбил мне сердце и не оставил меня без конца?
Он хочет увидеть меня сейчас?
Такое ощущение, будто меня ударили под дых. Его слова пронзают мою душу, разрывают мои только что зажившие раны, пока я снова не истекаю кровью. Для него.
— Мне было нелегко забыть тебя, Грейсон. Ты не можешь просто вернуться в мою жизнь, когда я, наконец, готова двигаться дальше. — Я качаю головой, слезы разочарования жгут мне глаза. — Это не справедливо.
Я приближаюсь к нему, пока мы не подходим достаточно близко, чтобы я могла чувствовать тепло, исходящее от его тела. Знакомое тепло, благодаря которому я чувствовала себя в безопасности.
Я тыкаю пальцем ему в грудь и чувствую под кончиком пальца биение его сердца. Ровный стук его сердца, к которому я привыкла прислушиваться и под который засыпала. 
— Я ждала тебя. Я дала тебе время. На самом деле времени более чем достаточно. Годы, Грейсон. Не недели или месяцы, я дала тебе годы, чтобы ты вернулся и дал мне объяснение. Но теперь ты решил вернуться? — Я яростно рычу. — Я уже собрала осколки, Грейсон.