Неукротимые удовольствия (ЛП)
Джоэл был быстрее. Сильнее. Но Дином двигал гнев, который он затаил против Джоэла с момента его первого видения Адель, и он выплеснул каждую унцию этого гнева. Это давало ему преимущество и немного сводило с ума — чёрт возьми, он даже пытался зубами оторвать кусок от уха Джоэла. Хуже того, подкладка Дина, казалось, мешала Джоэлу причинять максимальную боль.
Зандер поморщился, когда Дин провёл когтями по промежности Джоэла.
— Этот рысь — злобный ублюдок, не так ли?
— Он знает, что даже если он победит Джоэла, мы убьём его, — сказала Мила. — Знает, что умрёт сегодня вечером. Он хочет забрать Джоэла с собой.
— Единственный человек, который умрёт здесь сегодня вечером — это Дин, — сказал Доминик.
Хотя Мила была исцелена, запах крови его пары подпитывал гнев Доминика, пока ему не стало мучительно сдерживаться и позволить Джоэлу насладиться моментом с рысью. Оба мужчины были утомительными, и он знал, что это будет только вопросом…
Джоэл согнулся пополам с хрюканьем, когда когти Дина вонзились ему прямо в живот. Широко раскрыв глаза, манул отшатнулся, тяжело дыша.
Дин с ухмылкой двинулся на своего противника. Поэтому Доминик выстрелил в лодыжку ублюдка. Дин взревел от боли, его нога чуть не подломилась под ним. Доминик снова нажал на курок. Пуля вошла в лапу рыси, вызвав у него ещё один мучительный крик. А затем Дин рухнул на пол.
Нажав на предохранитель, Доминик отбросил пистолет в сторону. Едва держась на ногах, Джоэл выглядел так, словно все ещё мог броситься на рысь, но Доминик покачал головой и сказал:
— Нет. Он мой.
Доминик медленно подкрался к Дину, его глаза сверкнули волчьим блеском, когда его зверь потянулся к поверхности. Но Доминик подавил зверя и сохранил контроль.
Лёжа на животе, Дин слабо пытался дотянуться до другого пистолета.
— Планируешь застрелить меня? — Доминик цыкнул на него. — Это не очень мило. — Он замер, когда до него донёсся шум из-за грохота музыки.
Исцеляя Джоэла, Алли нахмурилась.
— Что такое? Мне показалось, я слышала крики.
Доминик прищурился.
— Я тоже.
Он обратился к своим чувствам, и то, что он услышал, заставило его сердце бешено колотиться. Крик. Вопли. Выстрелы.
— Что за чёрт?
Глаза Милы расширились, когда она посмотрела мимо него.
— Доминик…
Он посмотрел вниз как раз в тот момент, когда рука Дина сомкнулась на рукояти пистолета. Наклонившись, Доминик схватил ублюдка за волосы и откинул его голову назад.
— Я говорил тебе, что убью тебя. — Одним безжалостным взмахом Доминик перерезал горло Дина когтём.
— Снаружи, — сказал Деррен, сжимая руки в кулаки. — Снаружи доносятся выстрелы. И они становятся громче.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
Оставив мёртвое тело Дина распростёртым на полу, они выбежали из гримёрки и помчались по коридору. Музыка, танцы и смех прекратились, и все посетители уставились на вход, где два волка стаи Меркурия — Эли и Зандер, колотили кулаками в закрытую дверь.
Доминик схватил Милу за руку, чтобы она не следовала за его альфами, Данте и бетами стаи Меркурий сквозь толпу. Каждый инстинкт, который у него был как у силовика, подсказывал ему следовать за своими альфами и выяснить, что, чёрт возьми, происходит. Но он знал, что никогда не заставит Милу ждать позади, и он не позволил бы ей идти навстречу опасности.
Эли и Зандер отшатнулись от двери, когда тело, похожее на одного из швейцаров, скатилось по лестнице, пылающее и кричащее.
— Чёрт.
Затем внутрь были брошены два предмета, оба были направлены в сторону бара. На пути стояло так много людей, что Доминик не видел, попали ли предметы в цель. Но через несколько мгновений вспыхнул огонь.
У него скрутило живот. Чёрт.
Прежде чем у кого-либо появился шанс подняться по лестнице и напасть на того, кто там был, дверь захлопнулась. Его волк дёрнулся, когда громко и настойчиво завыла пожарная сигнализация. Из разбрызгивателей лилась вода. Люди колотили в дверь всем своим весом. Снова. И снова. И снова.
Дверь не сдвинулась с места, не говоря уже о том, чтобы открыться.
Доминик прикинул, что если дверь была достаточно толстой, чтобы люди не могли проникнуть в клуб, то она также была достаточно толстой, чтобы они не смогли вы ломать её. Эли и Зандеру, должно быть, пришла в голову та же мысль, потому что они отошли от двери и поспешили вниз по лестнице к Деррену.
Все волки стаи Меркурия вытянулись по стойке смирно. Раздавались приказы. Обменивались жестами. Но Доминик не мог их понять. Не мог ничего сделать, кроме как наблюдать, как Харли и одна из официанток подбежали с огнетушителями.
Мила застыла на месте от шока, сжав в кулаке тыльную сторону его футболки.
— Доминик…
Её глаза следили за языками пламени, которые пробегали по стенам и поднимались к потолку. Её кошка стала такой же неистовой, как и её сердцебиение.
Доминик задрал вырез её футболки так, что она закрыла ей нос и рот, прежде чем сделать то же самое для себя.
— Все будет хорошо, детка.
Чёрт возьми, он должен был вытащить её оттуда к чёртовой матери. Даже с огнетушителями было трудно потушить пожар в клубе, наполненном чёртовым алкоголем, особенно когда огонь вспыхнул в самом баре.
Ди-джей говорил в микрофон, призывая всех следовать за Харли и Джесси по коридору — Харли вела некоторых к боковому выходу, а Джесси вёл остальных к запасному выходу в задней части здания. Посетители мгновенно бросились за парой в слепой панике, непримиримо налетая друг на друга, когда они пытались протолкнуться к началу очереди.
Когда его члены стаи подошли к Доминику, Тарин прорычал:
— Грёбаные экстремисты! Должно быть, это они где-то там!
Деррен хлопнул Трея по спине.
— Позвони 911, а затем убирайся отсюда!
Данте нахмурился.
— Тебе нужна помощь…
— Снаружи, — закончил Деррен. — Бог знает, сколько их ждёт снаружи, и они будут вооружены до чёртовых зубов, готовые выбить дерьмо из любого, кто сбежит. Пожарные придут, но не полиция — это клуб перевёртышей, поэтому они не придут сюда никого спасать. Убейте ублюдков наверху, чтобы они не смогли заманить нас сюда в ловушку! И возьми Алли с собой! — Когда она начала возражать, Деррен крепко поцеловал её. — Многим людям, которые пытаются сбежать, понадобится исцеление, если в них попадут пули! Вперёд! Я буду прямо за тобой!
С замученным видом Алли ткнула пальцем в лицо своему приятелю и заорала:
— Хадсон, убедись, что выберешься отсюда живым! Живым!
Пытаясь защитить Милу от толкающихся и спотыкающихся людей, Доминик присоединился к очереди, которая направлялась к выходу, зная, что члены стаи и Алли последуют за ним.
Он согласился с Тарин — люди снаружи должны были быть экстремистами. И они, без сомнения, были отправлены туда Пирсоном.
Огонь, казалось, кружился по комнате — обугливая, плавя, деформируя и черня все, к чему прикасался. Дым затуманивал и отравлял воздух. Его волк ходил взад-вперёд, чувствуя беспокойство и бессилие, потому что эта угроза не была врагом, с которым он мог физически бороться.
Доминик поднял голову, чтобы посмотреть, как далеко он находится от перекрёстка, ведущего к боковому выходу. Не слишком далеко. Очередь разделилась надвое на перекрёстке, и несколько человек направлялись к заднему выходу. Но большинство, как он и подозревал, свернули к ближайшему боковому выходу, надеясь быстрее выбраться из здания.
— Я позвонил в 911 и Тао, — прокричал Трей, перекрикивая звуки потрескивающего, выплёвывающего языки пламени. — Стая придёт.
— А как насчёт остальной части стаи Меркурия? — спросил Доминик.
— Тао сказал, что предупредит их на случай, если у Деррена не будет возможности позвонить им, — ответил Трей. — Он также позвонит Винни, так что у нас будет достаточное подкрепление.
Хорошо, потому что Доминик был уверен, что им это понадобится.
Люди пригибались, чтобы избежать дыма, но это было невозможно. Он был слишком густым, слишком крепким. Несмотря на воду, льющуюся из разбрызгивателей, и пену, бьющую из огнетушителей, огонь продолжал шипеть и потрескивать, распространяясь по клубу.