Неукротимые удовольствия (ЛП)

Он подвёл её к креслу, но она покачала головой.
— Что-то у меня пропал аппетит.
— Тебе нужно поесть. Садись, я сделаю бутерброды.
Грейс встала.
— Я приготовлю. Вы двое садитесь.
Мила искренне не думала, что сможет есть, но от запахов свежего хлеба, тунца и майонеза у неё заурчало в животе. Она проглотила все, толком не попробовав, её мысли были где-то далеко. Покончив с сэндвичем, она отодвинула пустую тарелку в сторону. Вместо того, чтобы почувствовать прилив энергии от еды, она почувствовала себя ещё более уставшей, чем раньше.
Она уже собиралась зевнуть, когда зазвонил её телефон. Она достала его из кармана, и её пульс участился, когда она увидела, что звонит Винни. Она ответила:
— Скажи мне, что он у тебя.
— Ну, я говорил с ним, — сказал Винни. — Но Дин Симмонс, с которым я только что разговаривал в кабинете его альфы, не тот рысь, который был в парикмахерской ранее.
Её губы приоткрылись от удивления, Мила потёрла висок.
— Парень, которого ты только что встретил, все ещё может быть человеком, который назначил награду, верно?
— Он клянётся, что не делал это и я ему верю. К тому же, у него нет племянника по имени Финли. Это означает, что рысь, которую ты знаешь, на самом деле солгал тебе.
Мила выругалась и запустила руку в волосы. Только пальцы Доминика, массировавшие её затылок, удержали её от того, чтобы вскочить на ноги и расхаживать взад-вперёд.
— Я предполагаю, что он выбрал случайную рысь и использовал его личность, находясь парикмахерской, — сказал Винни. — Он когда-нибудь говорил тебе что-нибудь, что могло бы намекнуть на то, кто он на самом деле?
Многие из её клиентов сплетничали или рассказывали о своей жизни, но Дин не был одним из них.
— Нет, ничего. Мы просто болтали об общих вещах.
— Хм. Если он заметит, что веб-сайт закрылся, он заподозрит, что мы за ним следим. Он будет держаться от тебя на расстоянии.
— Все зависит от того, почему он назначил награду. — Мила вздохнула. — Я действительно не понимаю, почему он хотел моей смерти, Винни. Я никогда не замечала от него даже малейшего намёка на враждебность.
— Некоторые люди хороши в актёрском мастерстве.
— Это правда. — Закончив разговор, Мила посмотрела на Доминика. — Ты все это слышал?
Он кивнул.
— Слышал.
— Я ничего из этого не понимаю. — Она слегка повернулась на стуле, чтобы лучше смотреть ему в лицо. — Ты сказал, что он наблюдал за мной. Как наблюдал?
— Это не было заигрыванием. Он не проявлял к тебе никакого сексуального интереса, поэтому я не уделял этому столько внимания, сколько следовало.
Мила тоже не испытывала никакого сексуального влечения. Он никогда не флиртовал с ней, но был дружелюбен и вежлив.
— Он сделал мне комплимент всего один раз, и то, сказав, что у меня приятный голос. Он сказал, что видел моё выступление, когда привёл свою девушку в клуб.
Доминик нахмурился.
— Ты видела его там?
— Нет. Он только рассказал мне об этом. Но тогда это могла быть ещё одна ложь, верно? Я никогда не видела его нигде, кроме парикмахерской…
Заметив, что Доминик стал жёстким, как доска, и что в его глазах блеснуло что-то очень, очень тёмное, Мила спросила:
— Что? Что случилось?
— Возможно, он солгал тебе о том, что у него есть девушка, но он не солгал о посещении клуба. Я видел его там. Он был один, сидел в баре в VIP-секции. Единственная причина, по которой я обратила на него внимание, заключалась в том, что он разговаривал с кем-то, кого я хорошо знаю.
Мила прищурилась.
— Кто?
Некоторое время спустя Доминик прислонился к будке охраны, когда знакомая машина въехала в высокие ворота. Она добралась сюда быстрее, чем он ожидал. Но тогда он наверняка казался немного потерянным по телефону, не желая, чтобы она заподозрила настоящую причину, по которой он пригласил её сюда. Он сказал ей, что ему нужно поговорить с кем-то, кому он мог бы доверять, и это было правдой. Он не сказал, что ей можно доверять, но он знал, что она воспримет его комментарий именно так.
По его настоянию Шарлин припарковала машину на повороте возле хижины, а затем выбежала из машины, выглядя несколько взволнованной.
  
— Ты в порядке?
— Я в порядке, — ответил он, скрывая желание схватить её за горло. Потому что, если его подозрения верны, Шарлин за многое придётся ответить.
— Я услышала о стрельбе по телевизору. — Сморщив нос, она огляделась. — Где Мила?
— Со своей семьёй.
Плечи Шарлин слегка расслабились.
— Ах, ты позволил журналистам узнать, что она была здесь, чтобы они не искали её в нужном месте. Умно.
Она придвинулась к нему ближе, и её брови сошлись на переносице.
— Ты носишь её запах. И её парную метку.
Ни то, ни другое, казалось, не сделало её счастливой.
Доминик плавно отступил назад, когда она хотела дотронуться до него. Нет, он не мог этого вынести прямо сейчас.
— Пойдём со мной.
Шарлин моргнула.
— Конечно.
Когда они шли по опушке высоких, царственных деревьев, она сказала:
— Ты выглядишь таким… на взводе. Не думаю, что когда-либо видела тебя без улыбки в твоих глазах.
— Нечему улыбаться, когда я только что наблюдал, как подстрелили мою подругу.
— Думаю, нет, — пробормотала она.
— Тебе действительно не очень нравится Мила, не так ли?
— Я её не знаю, — уклончиво ответила Шарлин. — Она кажется достаточно милой, но…
— Но что?
Лиса несколько раз открыла и закрыла рот.
— Я просто не вижу, чтобы это зашло слишком далеко, вот и все. Я имею в виду, как я уже говорила раньше, она не в твоём вкусе.
— Той ночью в клубе, когда ты поняла, что я пометил её, у тебя было кислое выражение лица. Даже, кажется, разглагольствовала об этом перед парнем в VIP-баре. Кем же он был на самом деле?
Её мышцы сковало от напряжения. Она беспечно пожала плечами.
— Просто какой-то парень. Один из наших постоянных посетителей.
— Ты его знаешь.
Она отвела глаза.
— Я его немного знаю, конечно.
— Кем он был?
— Сомневаюсь, что это кто-то из твоих знакомых.
— Скажи мне.
Она остановилась, повернувшись к нему лицом.
— Что случилось? К чему все эти вопросы?
Доминик сделал решительный шаг навстречу ей.
— Кто он, Шарлин?
Она сглотнула.
— Доминик…
— Скажи мне, кто он.
— Просто друг Ленни.
— Его имя, — настаивал Доминик, но она плотно сжала губы. Он зарычал. — Если наша дружба когда-либо что-то значила для тебя, ты скажешь мне то, что я хочу знать.
Она всплеснула руками.
— Дин Престон. Видишь, ты его не знаешь, не так ли?
— Вот что я знаю. Ты делала все возможное, чтобы заставить Милу держаться от меня подальше, а Дин Престон назначил награду за неё. Ты знала об этом, не так ли? Ты знала, что она в опасности, и не хотела, чтобы я оказался на линии огня, поэтому попыталась вбить клин между нами.
Глаза Шарлин вспыхнули.
— Это не то, что…
— Почему ты ничего не сказала? — потребовал он, ярость закипала в нем. — Почему? Этот ублюдок хочет её смерти!
— Нет, он этого не хочет. Он не назначал награду, а просто хотел причинить ей боль.
— Это то, что он тебе сказал? Потому что, если так, он солгал.
— Нет, ты ошибаешься. Ему не нужно на неё нападать. Он не хочет, чтобы она умерла.
— Тогда чего он хочет?
— Он хочет свою истинную пару.
Доминик нахмурился.
— Что?
— Он нашёл свою пару несколько месяцев назад. Признал её своей. Но она запечатлена на другом.
— Если она запечатлена в другом мужчине, он не может знать, что она его.
— У Дина бывают видения. Он не Провидец, но в его семье течёт ведьмовская кровь. Давно у него было видение своей истинной пары, и он видел её счастливой с кем-то другим. Он был полон решимости найти её и предотвратить это будущее, но он не нашёл её вовремя. Тем не менее, он подружился с ней. Он сделал все возможное, чтобы сблизиться с ней, и ему удалось убедить её, что она его истинная пара. Он хочет, чтобы она ушла от парня, в котором запечатлелась, но она этого не сделает. Я могу это понять. Я люблю Ленни. Я не могла оставить его ради кого-то другого.