Война паука (СИ)

— Подавляют конкурентов в своих рядах, — кивнул я.
Тут не нужно быть гением.
Жажда власти и силы побуждает их копить могущество и выжидать, чтобы в нужный момент нанести удар, но во время ожидания слуги могут стать достаточно могучими, чтобы бросить вызов хозяину. А потому слишком сильных нужно убирать или подавлять.
— Верно. Тот же Гаурун уже давно бы мог стать новым Лордом. Он давно дорос до нужного уровня и может эволюционировать, но кто же ему даст, — покачал головой бывший паладин. — Он все еще связан с ней и стоит тому начать эволюцию, как она сразу же узнает и найдет его, а затем прикончит до того, как войдет в полную силу. Поэтому он и ходит по суккубам да ослабляет свои Хроники, чтоб не так мучительно сдерживать эволюцию было. В смысле, и поэтому тоже, если ты понимаешь, о чем я, — осклабился огр.
— Но ведь Гаурун уже Высший Атавист, разве он не может освободиться?
— Будь на месте Нарциссы кто-то другой, то смог бы, но она Высший Мастер-вампир в купе с тем, что она бывшая Высшая Сестра, а потому умеет держать своих слуг на очень коротком поводке.
А вот этого я не знал.
Значит, нынешняя Высшая Сестра Мабан получила свой пост, не убивая предшественника, а просто дождалась, пока начальство само ушло, освободив место.
— Остальные занимаются примерно тем же, — продолжил огр после небольшой паузы. — Они либо подавляют тех, кто растет слишком быстро и может бросить им вызов, либо устраняют. Эта война подняла нескольких ребят весьма неплохо, а потому, видя её завершение, мне пришел приказ начать избавляться от слишком ретивых. На тебя приказ пришел первым.
Он кивнул на стол, где валялся конверт.
— Но почему я? Мне плевать на их власть и как только я получу силу, то сразу же покину Дункельхейд.
— Ты серьезно думаешь, что прожженные политики, что привыкли видеть заговоры против себя и конкурентов, могут поверить, что сильный не захочет отнять у них власть?! — рассмеялся Бахок, повернувшись ко мне. — Сам подумай. Около полугода назад среди руин появляется жалкий и хрупкий скелетик, который в рекордный срок становится элитной нежитью, и вот погуляв пару дней, приходит на Рынок, будучи уже пятым рангом. Да один твой вид заставляет волосы на их жопах отрастать и шевелиться! Га-ха-ха-ха! Разумеется, они во всем видят заговор и уже думают, кто из конкурентов мог такого как ты вообще курировать. Если ты за все это время стал пятым рангом, то, сколько тебе понадобится для того, чтобы стать равным им?
Эти слова заставили меня серьезно напрячься.
Я и не думал, что мои действия могут что-то такое создать. Я же просто выполнял свою работу, никому не мешал и не агитировал, чтобы кто-то мою власть принимал, да и фракцию не создавал. Однако меня все равно заметили…
— И почему же ты мне все это рассказываешь? — посмотрел я на огра. — Уж не из орденской солидарности? Орден Прощения и Выжигатели Пустоты как-то не ладят.
— Хо? Ты из этих психов? — с ухмылкой удивился оркоид. — Твоя отмороженность теперь объяснима. Га-ха-ха-ха! — он подошел к своему столу и снова уселся на свой трон. — Нет, я все это тебе говорю не из-за нашего общего прошлого. У меня свои, вполне себе личные мотивы.
— Хочешь сам стать Лордом? — понял я.
— Отчасти, — Безрогий почесал свою лысую голову. — Если получится отвлечь Лордов гоняться за кем-то другим, то я сам смогу дорасти и эволюционировать. И тогда моя власть над Мясным Рынком станет абсолютной, ну и северные кланы будут тут официальной силой, а не гостем, которым все «манипулируют».
Не очень понял, что он имел в виду, но переспрашивать не стану.
— Вторая причина в том, что мне просто скучно. Я хочу увидеть, какие еще ты принесешь неприятности и как выживешь в будущей буре. Война рано или поздно закончится, а вот что будет после нее, это уже куда интереснее.
— А последняя причина?
— Я не верю, что война уже закончилась, — мрачно произнес Бахок. — Ты и сам должен понимать, что текущая обстановка слишком хорошая. Пауки зачем-то развязали войну, и я никогда не поверю, что Долорэ серьезно рассчитывала текущими силами в ней выиграть. Армия слабаков, потом башни, подкопы? Глупости какие-то. Они уже применялись в прошлой войне. Нет, у нее явно был какой-то план, и мы все сильнее увязаем паутине её хитрого замысла. Эта бывшая эльфийка при Берите была тем еще дворцовым манипулятором, рядом с которой Нарцисса просто блекла и тут она так глупит…
 
— Быть манипулятором и политиком не то же самое, что быть тактиком и полководцем, — заметил я очевидную вещь.
— Ты прав, — кивнул он. — Обычно подобные и совершают такие ошибки, но сейчас они слишком явные и будто нарочито сделанные… Нет. Здесь точно что-то не так. И пока война действительно не закончится, я не позволю убивать ни одного из моих элитных солдат. Ты, тот, кто совершает безумные поступки и становится сильнее, можешь быть слишком ценным, чтобы избавляться от тебя так просто.
Разговор завернул в неожиданный поворот.
Он мог не говорить мне всего этого, но рассказал и дал знать о том, что будет.
И это напрягает еще сильнее.
Он пытается играть со мной честно. И я не могу подобное игнорировать.
— Ну и что ты предлагаешь?
— Вот, — он кинул мне какой-то конверт. — Твое текущее задание. Отправляйся в центр города, отдай письмо в Обсерваторию и три дня можешь там заниматься, чем хочешь. Тебе как раз нужны доспехи и у черных дварфов ты их сможешь заказать.
— Какая щедрость. Может еще денег одолжишь?
— Обойдешься. Могу разве что твое жалование выдать за все время работы. Не более.
— Своих хватит.
— Все, проваливай. Или можешь остаться на десерт. Хочешь знать, кого мне подадут? — улыбнулся Бахок.
— Ты омерзителен! — прорычал я и под громкий хохот огра покинул штаб…
  
Глава 24. Центр города. ​
 
Путь до центра города верхом занимает не слишком много времени. Если скакать напрямую, то за час можно добраться. Однако мы не спешили, все же, как бы нам ни говорили о том, что война подходит к концу, но расслабляться нельзя. Пауки могут напасть в любой момент.
Ну и по пути я практиковался в Магии Воды создавая пузыри жидкости, затем заряжая их то Светом, то Тьмой и бросая в разные мишени. Нужно привыкнуть кидать их. Но если со Светом жидкость летела сама, подчиняясь мысленному приказу, то вот кусок льда с Тьмой приходилось самому метать. Это было несколько сложнее, ведь шар постоянно норовил выскользнуть из руки или замерзнуть со смещенным центром тяжести и полететь не туда.
К этому нужно привыкать и я как раз занимался подобным.
Главное сначала убедиться, что вокруг нет авантюристов и разведчиков, а то перед ними светить подобным я не собирался. Благо Мерли следит за обстановкой.
— Господин Ор, вы в порядке? — спросила позади сидящая Мерли.
— Да, я в норме, — отвечаю ей. — Просто никак не могу выкинуть из головы разговор с Бахоком.
После небольшого общения с огром мне сразу же захотелось помыться. Я словно в грязи извозился. То как он практически издевался надо мной, провоцировал и давил на слабые места, а затем подарок преподнес, это все ощущается, словно меня дерьмом облили.
Чувствовать себя беспомощным, не способным ничего изменить и исправить, вынужденный играть по чужим правилам. Это все клокотало во мне дикой злобой. Очень хотелось уничтожить что-нибудь или убить, но я лишь был вынужден молча принимать подачку. От такого самооценка серьезно страдает.
Однако ничего поделать нельзя и приходится работать.
Не хотелось бы уезжать и оставлять Гвен там одну, но девушка как минимум пару дней будет эволюционировать, так что ждать смысла нет. Да и в Библиотеке она сейчас, а там нас заверили, что никому к ней не допустят. Оставлять одну не хотелось, но и с ней оставить некого. Мерли, увы, недостаточная сила, что смогла бы обеспечить ей безопасность, а Бьонд мне и самому тут нужен.
Вот мы и едем по пути, испытывая свои силы и стараясь не попасть в западню. Пока вроде получается и пауки нас не беспокоят, но вот сколько это продлится, еще под вопросом.