Династия. Феникс (СИ)

Егор молодец, успевает сделать всё необходимое к нашему приезду. Дом, в котором я живу, многоквартирный, всюду расположено видеонаблюдение. Поэтому приходится договориться со службой безопасности, чтобы на время отключили камеры. К счастью, охранники прекрасно знают, кто я такой, и соглашаются выполнить просьбу, а лишних вопросов не задают.
— Что ж, добро пожаловать. Какое-то время вам обоим предстоит пожить здесь, — говорю я, когда мы заходим в квартиру. Вернее, заходим только мы с мамой, а отца вносят на носилках мои гвардейцы.
  
Черепов стягивает медицинскую маску, которую на всякий случай надел, и осматривается.
— Неплохо ты устроился, Александр. Сколько отдал за эту квартиру?
— Несколько граммов свинца, — хмыкнув, отвечаю я.
— Что? — отец поворачивается ко мне.
— Саша получил эту квартиру в качестве репарации после войны со Старцевым. Я тебе рассказывала, помнишь? — спрашивает мама, и в её голосе я слышу нотки волнения.
— Да, точно. Вспомнил. После травмы порой забываю некоторые вещи, — чуть смутившись, отвечает Сергей.
— Ты обязательно поправишься. Парни, отнесите его в дальнюю комнату. Там уже всё готово, — велю я.
— Так точно, ваше сиятельство.
У меня звонит защищённый телефон. Достав его из кармана, вижу, что это Дмитрий. О, надо же. Я как раз недавно вспоминал про него.
— Появились дела. Встретимся позже, хорошо? Обязательно отметим ваше возвращение домой, — улыбнувшись матери, говорю я и ухожу к себе в кабинет.
Заперев дверь на замок, включаю глушилку и только затем беру трубку:
— Алло?
— Здорово, Саня. Ну как ты там? Смотрел твоё выступление, — Дмитрий восхищённо цокает языком. — Хорош, хорош. Уделал всех этих напыщенных мудаков.
— Спасибо, я старался. А у тебя как дела?
— Помаленьку. Погода в Германии хреновая, я тебе скажу. В Москве и то приятнее.
— Я только что из Сибири, про погоду можешь мне не рассказывать, — усмехаюсь я.
— И то правда. Есть темы поинтереснее. Думаю, ты уже знаешь про то, что Женя здесь, в Мюнхене?
— Да, я слышал. Говорят, усиленно заводит знакомства с немецкой элитой.
— Она стала местной звездой. Русская красавица то, русская красавица это… Пиз**ц, если честно. Я её даже на рекламном щите уже видел, — усмехается Дима.
— Времени даром она не теряет.
— Это точно. Но самое интересное не это, а то, что мой папаша тоже здесь. Прилетел сегодня утром. Как мне подсказал Виталя, он якобы прибыл с дипломатической миссией. Но мы же с тобой понимаем, что таких совпадений не бывает, да?
— Да, — соглашаюсь я. — Евгения провела предварительные переговоры, а твой отец прилетел заключить окончательную сделку. Вопрос в том, что это за сделка?
— Не знаю. По хрен, если честно. Это так, интересные факты. Хотя, когда я расскажу тебе, что ещё узнал… Может, ты сможешь всё это сопоставить, — говорит Дмитрий.
Я уже могу. Мне достаточно знать, что кукловод связан с той нейросетью, в которую, предположительно, хочет вложиться мой двоюродный дед. Таких совпадений, как только что сказал Дима, не бывает.
Но если он нарыл что-то ещё любопытное — с удовольствием послушаю.
— Я узнал, что Ярослав Грозин жив, — говорит Дмитрий.
Я не сразу верю своим ушам и переспрашиваю:
— Ты уверен?
— Да. Он жив, или был жив полгода назад. Его видели в Берлине, у меня даже есть записи с камер наблюдения. Местные династийцы помогли достать.
— Твою мать… И чем он занимается? С кем связан?
— Понятия не имею. Скорее всего, он живёт по поддельным документам, ни одного человека с фамилией Грозин или похожей в Германской империи нет, — отвечает Дима.
Я невольно задумываюсь — а что, если Ярослав до сих пор в Германии? Не мог ли Алексей прилететь туда, чтобы встретиться с ним? Да и вообще, замминистра иностранных дел часто бывает в Европе… У него есть и были все возможности лично видеться со старшим братом и вместе строить козни.
Встряхиваю головой, прогоняя эти мысли. Слишком надуманно. Хотя, как знать. Я уже не понимаю, как можно быть хоть в чём-то уверенным во всей этой паутине интриг.
— Как ты вообще узнал, что он жив? — спрашиваю я.
— Ну, ты же просил узнать, вот я и узнал, — смеётся Дмитрий. — А если конкретно, то я нашёл его старого друга по имени Франц. Наполовину немец, наполовину белорус.
— Не суть. Что рассказал тебе этот Франц?
— О-о, Сашок. Он рассказал мне такое, что у тебя волосы дыбом встанут. Ты там сидишь? Лучше сядь, потому что это просто лютый пиз**ц…
  
Глава 8
 
— Знаешь, в последнее время у меня выработался иммунитет к шокирующим новостям, — говорю я. — Поэтому давай без пугающих прелюдий, выкладывай.
— У-у, какой ты серьёзный, — смеётся Дмитрий. — Ладно, слушай. По словам Франца, Ярослав был связан с теми оружейными фирмами, которые мы недавно накрыли. Не могу ручаться, что это так и есть, но Франц утверждает, что он занимался оружием и фирмы были именно в Италии.
— Легко поверю, что это правда, — говорю я. — Ярослав и раньше сотрудничал с Жаровым.
— И, судя по всему, продолжал это делать. Хотя знал ли об этом Жаров — большой вопрос. Опять же, Франц говорит, что наш с тобой родственник всегда действовал тайно и ни с кем не вёл прямых дел.
— Откуда этот Франц столько знает? — спрашиваю я. — Кто он вообще такой?
— Прямо сейчас — обычный алкаш, который целыми днями просиживает в баре. Я несколько дней поил его пивом и шнапсом, чтобы узнать всё необходимое, — отвечает Дима.
«Ну и про себя не забывал, наверное», — думаю я, но решаю оставить это при себе. Несмотря на то, каким балагуром Дмитрий себя выставляет, он отлично справляется с поставленной задачей.
— А вот раньше он был юристом и партнёром Ярослава, — продолжает Дима. — Помогал ему проворачивать хитрые схемы как раз для того, чтобы спрятаться от налогов и ответственности. Я навёл справки — у Франца действительно была адвокатская контора, но в какой-то момент он перешёл дорогу не тем людям и его разорили.
— И почему он с радостью тебе рассказывает всё, что знает? — уточняю я.
— Потому что скучает по дням, когда он что-то значил. Психология, Саш, психология. Хотя бы в своих рассказах старый пьяница снова становится крутым юристом, который решает серьёзные проблемы. А я его вовсю подбадривал и восхищался каждым словом, — Дмитрий усмехается.
— Цинично. Хотя, возможно, ты сделал его немножко счастливее.
— Однозначно сделал, потому что несколько дней поил его на халяву. Ладно, к сути: Франц утверждает, что Ярослав вёл немало дел с российским дворянством. В том числе, у него есть тайная доля в Фениксе, которой официально владеет какой-то венгерский ишпан. Граф, по-нашему.
— Но при этом он никогда не вёл дела напрямую. То есть, вероятно, даже Жаров не в курсе, что Ярослав является его акционером, — говорю я.
— Да, вполне возможно. Наш с тобой… Тебе он кто, двоюродный дед? А мне, получается, дядя. Ладно, плевать. В общем, Ярослав тот ещё жук. Любитель всё запутать, — смеётся Дима.
— Нам надо узнать, жив ли он до сих пор и может ли он быть связан со всем происходящим.
— Может, Сань, ещё как может. Франц говорит, Ярослав всю жизнь мечтал отомстить за изгнание. Как там было… «Я хочу обрушить бурю на свою семью, и всю Россию готов утопить в крови, лишь бы вернуть положенный мне титул». Вот. Это цитата.
— Поэтично. Если он и правда кукловод, то у него почти получилось, — хмуро произношу я.
— Угу. Слушай дальше, самое вкусное впереди. Когда я спросил про покушение, которое случилось тридцать лет назад, Франц удивился. Он спросил: а что, разве Ярослав не убил своего брата? Он ведь всё так хорошо спланировал! — восклицает Дмитрий, пародируя немецкий акцент.
Я всё-таки решаю послушать совета, который Дима дал мне в начале разговора, и сажусь на кресло. Прикрываю глаза и протираю лицо ладонью.
Так значит, всё-таки Ярослав спланировал то убийство… Именно по его вине погибла моя бабушка и чуть не погиб мой дядя. Хотя да, изначально бомба предназначалась для князя. Ведь это была его машина — ужасное стечение обстоятельств, что на ней поехал не Григорий Михайлович, а его жена и сын.