Игра в любовь

— Оставь нас, — велел Айден служанке.
Он подождал, пока Кора спустится в зал. Какое-то время он смотрел на Энн, после чего решил:
— Хорошо, давайте думать.
Он принялся мерить шагами комнату.
— Думать о чем?
— О плане. Мы должны его перехитрить.
— Айден...
— Я поеду с вами.
— Нет! Тогда он в любой момент сможет до вас добраться, если Робби Ганн сознается.
Он что, умом тронулся?
  
— Подстригите мне волосы.
Он протянул ей ножницы для стрижки газонов. Такая, резкая перемена темы застала ее врасплох.
— Что?! Зачем вам это вдруг понадобилось?
Он сел на край кровати.
— Вы сами говорили, что они у меня слишком длинные. Сделайте мне прическу. Что-нибудь, что сейчас в моде. Сделайте из меня джентльмена снова. — Он что-то прикинул в уме. — Пусть у меня будет прическа, как у того поэта, от которого млеют все женщины в Лондоне.
— Байрон?
— Да, он самый.
И он уселся в ожидании. Она замялась.
— Это часть плана?
Айден нахмурился.
— Конечно... Хотя сам план я еще до конца не продумал. Он потом придет мне в голову. А пока стригите.
— Не знаю, получится ли у меня, — честно призналась она.
— Вот мы сейчас это и выясним.
— Айден, это нелепо.
Он раздраженно застонал.
— Энн, вы хоть раз можете беспрекословно исполнить то, о чем я вас прошу?
Его просьба не давала ей покоя. Если он хотел, чтобы она подстригла ему волосы перед уходом, что это значило? Она подошла к кровати и стала состригать прядь за прядью. Ей доводилось раз или два подстригать волосы кузинам, а иногда и себе. Но с Айденом все было не так. Волосы у него были очень густые, и после каждого движения ножниц между пальцев оставались более короткие завитки, не захваченные лезвием.
Вошла Кора. Лейтенант Фордайс велел сообщить, что не может ждать вечно. Айден охотно послал лейтенанта к черту, но Кора такого передать не могла. Поэтому Энн немного перефразировала ответ. Она попросила лейтенанта дать ей еще немного времени, чтобы переодеться.
— Да, передай ему, что миледи заканчивает свой туалет, — согласился Айден и тихонько рассмеялся, перебирая пальцами состриженные пряди своих волос.
Закончив работу, Энн не могла не восхититься результатами своего труда. Короткая стрижка придавала его чертам больше мужественности.
— Вам очень идет.
Он усмехнулся.
— Переодевайтесь, Энн. Наденьте свое лучшее платье. Мы отправляемся в путешествие. Я должен побриться.
Он живо выскочил из комнаты. Сама Энн не могла похвастать подобной бодростью.
Энн выбрала муслиновое платье, отороченное зелеными лентами, которое было на ней вчера. Она заколола волосы и надела шляпку, завязав кремового цвета ленты под подбородком. Перчаток у нее не было. Столь мелкие детали туалета потерялись еще при крушении кареты, и у нее не было времени восполнить эти потери.
Последнее, что она сделала, — залезла в охотничью сумку и достала оттуда свое обручальное кольцо. Прежде чем его надеть, она пальцем провела по выгравированному на нем изображению оленя. С кольцом на пальце она сразу же почувствовала себя уверенней.
Она вышла в коридор. Айден все еще переодевался у себя в комнате. Она даже слышала, как он мурлычет что-то себе под нос. Временами ей казалось, что муж — совершенно нормальный человек... А иногда она была уверена, что он сумасшедший и слухи, которые о нем ходят, вполне оправданы. Она боялась, что сейчас как раз один из таких «сумасшедших» моментов.
Лейтенант Фордайс ожидал в холле. Собрав волю в кулак, Энн впорхнула в зал с деланной непринужденностью.
— Надеюсь, я не заставила вас слишком долго ждать? — спросила она, одарив его самой неотразимой из своих улыбок.
— Нет, миледи, — почтительно ответил он.
Энн пришла в голову мысль, что они с лейтенантом могли бы поскорее уйти еще до того, как появится Айден. Но заслышав на лестнице шаги, она поняла, что опоздала.
Она повернулась навстречу мужу — и едва не потеряла дар речи. Потрясенная, она попятилась назад.
Айден последовал за ней, но выглядел он теперь совершенно иначе. Не стало кожаных бриджей, рубашки с открытым воротом, стоптанных сапог, которые обычно дополняли образ главы клана Данблэк.
Вместо всего этого на нем была синяя испанская куртка для верховой езды из первоклассной материи. Цвет ее выгодно подчеркивал зеленовато-синий оттенок глаз, рубашка на ее фоне выглядела ослепительно белой. Внизу оказался жилет из золотой парчи. Черные, начищенные до блеска сапоги казались лакированными. Темно-желтые бриджи плотно облегали его мускулистые ноги наездника. На голове была отличная бобровая шапка.
Это был истинный джентльмен, белая кость, голубая кровь. Светский лев. Образцовый экземпляр с потрясающим телосложением... Никакие уловки портных не смогли бы сымитировать столь мощный разворот плеч.
Он вошел в комнату со свойственной ему атлетической грацией, и даже лейтенант Фордайс ненадолго онемел. Одно дело — арестовать шотландского повстанца, а другое — титулованного дворянина, который вполне мог бы расхаживать по улицам Лондона и иметь влиятельных друзей. Энн наконец опомнилась.
— Вы и в самом деле знаете, как завязывается галстук, милорд, — восхищенно произнесла она.
В его глазах плясали чертики.
— У меня всегда наготове лежит пара-тройка накрахмаленных рубашек. — Он перевел взгляд на офицера. — Я послал Норвала с приказом, чтобы готовили мой экипаж. Я предпочитаю собственный транспорт — в нем моей супруге будет удобнее.
— Да, милорд, — ответил лейтенант, испуганный такой резкой переменой во внешнем виде Айдена.
Айден предложил ей свою руку.
— Пройдемте, миледи?
Она улыбнулась, поддавшись его обаянию. С этим мужчиной она готова была отправиться хоть на край земли.
— Да, милорд.
Обитатели Кельвина все еще ожидали их снаружи. Они буквально свернули себе шеи, чтобы как следует разглядеть своего лэрда. Энн удостоверилась, что не ее одну застало врасплох такое перевоплощение.
Энн кивнула Хью, но вслух не произнесла ни слова. Старший сын Фанга подогнал карету. Айден открыл перед Энн дверь и протянул ей руку.
— Одну секунду, если вы не возражаете, — сказал лейтенант Фордайс. Он подозрительно взглянул на Томаса Мовата. — Думаю, лучше пусть каретой правит один из моих людей.
— Как пожелаете, — легко согласился Айден.
Томас тут же спрыгнул с козел, и на его место забрался упитанный солдат. Лейтенант также приказал другому своему солдату сесть на одну из лошадей в упряжке, а третий солдат должен был ехать на крыше.
— Предусмотрительно, правда? — тихо шепнул Айден Энн. Он помог ей забраться в карету и сам последовал за ней.
Лейтенант Фордайс залез на свою лошадь и дал сигнал отправляться. Ему явно было неуютно в окружении ропщущих членов клана.
Карета оказалась очень тесной и на плохих рессорах. Айден своим массивным телом занял почти все пространство. Когда они выезжали за ворота, карету тряхнуло во второй раз, да так, что едущие в ней лязгнули зубами.
— Я уже сто лет ею не пользовался, — пояснил Айден. — Но Либстер отсюда недалеко. Мы окажемся там через один-два часа.
Он улыбнулся и помахал в окно Дэйви и его друзьям, которые бежали за каретой, провожая их.
Энн откинулась на жесткую кожаную спинку сиденья.
— Итак, каков ваш план?
— Я его еще не придумал.
Она сдавленно сглотнула.
— Так вот почему вы так вырядились?
— Человек, идущий на виселицу, должен выглядеть хорошо. — Он тут же извинился, когда понял, что она не сочла его шутку остроумной. — О, Энн, перестаньте хмуриться. Это была всего лишь неудачная попытка вас развеселить. Я обязательно что-нибудь да придумаю. Главное, что вы здесь, рядом со мной. — Он коснулся ее руки. — Вижу, вы снова надели кольцо.
— Я решила, что оно неплохо дополнит мой наряд, — произнесла она, не желая выдавать истинных причин.
— Так оно и есть. Идите ко мне. — Он положил ее голову себе на грудь и погладил ее по руке, стараясь согреть. — Будьте мужественной. Я что-нибудь придумаю.