Я подарю тебе тьму (СИ)

— Ой! — своим трубным голосом изрекает она и вытаращивает глаза.
— Я уже ухожу, Арвета, — заявляет дама и почему-то прикладывает палец к губам. Это она просит меня не рассказывать, о чем мы тут беседовали?
— А как же чай? — спохватываюсь я, потому что гостья даже не притронулась к напитку. Встаю вслед за дамой.
— Я снова зайду, как обычно, через несколько дней, Арвета, — обращается дама к служанке, та приседает и послушно кивает.
  
Дама натягивает перчатки.
— Свадьба будет, я так полагаю, в последний день осени? — снова наклонившись ко мне, шепотом спрашивает она.
— Как вы узнали? — раскрываю я глаза от удивления.
Дама лукаво улыбается, потом двумя пальцами касается моей щеки.
— Думаю, мы с тобой поладим, детка, — весело говорит она и выходит из кухни, оставив меня в полном ошеломлении.
  
Глава 27
 
Еще один визит
— Я вас провожу! — подрывается Арвета и бежит следом за гостьей, а я остаюсь в кухне и начинаю убирать посуду. Меня раздирает любопытство расспросить у служанки, что за странная гостья. Но Арветы все нет, и тогда я иду сама на разведку.
В холле наталкиваюсь на пару: молодых мужчину и женщину.
— Господин маг принимает у себя на службе, — терпеливо объясняет наша служанка. — Если вы хотите сообщить ему о каких-либо магических преступлениях, то лучше пойти туда.
Пара переглядывается.
— А можно мы дождемся его здесь? — жалобно просит женщина.
Она совсем бледная, и под глазами у нее синяки. Она нервно сжимает в руках снятые перчатки.
— Даже не знаю, — растерянно говорит Арвета. — Господин маг придет не раньше, чем через час или даже два.
— Мы будем ждать столько, сколько потребуется, — решительно сообщает мужчина.
— Ну если у вас такой исключительный случай… — тут служанка замечает меня: — Астра, проводи посетителей в гостиную. Там правда, не убрано…
— Мы вам очень благодарны! — с жаром говорит женщина.
Я провожаю их в гостиную, которую мы не используем. Арвета все грозится привести ее, как она говорит, «в божеский вид» и подавать нам с Льереном туда еду, но пока руки у нее не доходят. Поэтому она отделывается поверхностной протиркой пыли. Я спрашиваю гостей, не хотят ли они чая, но те твердо отказываются. Тогда я их оставляю и иду допрашивать служанку.
— Арвета, а что это была за дама? Которая Лилия.
— Да просто старая знакомая, — отмахивается служанка. — Раза два в неделю заходит по старой дружбе. Не бери в голову, Астра!
Я сверлю спину служанки, которая разбирает продукты с рынка, но Арвета меня игнорирует. Тогда я пожимаю плечами и иду заниматься. Мне требуется немедленный прорыв в изучении рун, если я хочу осуществить свои задумки.
Я так увлекаюсь рисованием, что не слышу возвращения мага. Лишь голос Льерена в коридоре и торопливое объяснение Арветы насчет посетителей приводят меня в чувство.
— Я хотел сначала увидеть Астру и поужинать, — устало говорит маг. — Но раз меня ждут… Хорошо, я сейчас с ними переговорю.
Я слышу скрип ступеней: это маг с визитерами поднимаются наверх. Я тщательно рисую руну «отверзать», стараясь не отвлекаться. Руна изначально представляла собой открытые ворота и руку, которая тянулась к ним. Вот эту черточку надо рисовать строго под углом сорок пять градусов к этой. А тут изгиб должен быть более плавным… Нет, так невозможно!
Я сдаюсь, бегу торопливо в ванную, где мою кисть и ставлю ее сушиться в глиняный кувшинчик. Отмываю руки и крадусь наверх. Надо будет на домашние туфли нарисовать заклятие неслышимости. Интересно, какие руны для этого подойдут? Есть ли руна «тишина»? Эх, учиться мне еще и учиться! Я на цыпочках подхожу к двери и замираю, надеясь, что меня никто здесь не обнаружит за подслушиванием.
— … И когда этот сон вам впервые приснился, господин Мапрель? — слышу я голос мага.
Он опять преобразился в строгого следователя. Когда Льерен что-то говорит таким тоном, у меня мурашки бегут по спине. Наверное, прикажи он мне таким голосом: «Разденься, Астра!» — и я даже колебаться не буду. Краснею от этих мыслей и прикладываю руки к загоревшимся щекам.
— Три недели назад, ваша милость, — отвечает мужчина. — И сон был таким живым и ярким, что, когда я просыпался, не мог сразу понять, где нахожусь.
— Что вам снилось?
— Я иду по улице ночью. Улицы знакомые как будто. Но это во сне. Наяву-то я понимаю, что никогда их не видел. Город мне незнаком. Этот сон снился несколько раз, и с каждым разом я уходил все дальше и дальше по той улице. Сон немного повторял события предыдущей ночи и продолжался дальше.
— Я понял, — мягко сказал маг. — То есть сон все время один и тот же. Про человека, который идет по одной и той же улице.
— Да! Я шел и видел все его глазами.
Я слышу, как скрипит кресло. Интересно, что делает Льерен? Смотрит на мужчину тем пронзительным взглядом, как на того убийцу в конторе? Или же, наоборот, смотрит сочувственно? Зачем эта пара пришла к магу? Что их беспокоит? Сон? Какая чушь! Мне вон тоже все время тот сон снится странный, с мужчиной, похожим на Льерена. И что?
— Мы к целителю пошли, — продолжает рассказ муж. — И он травки дал успокаивающие. А еще амулет, что нечисть отпугивает. И сказал нам…
— Пожалуйста, расскажите мне все, — уговаривает его Льерен. — Каждая деталь может быть важной.
— И еще, — мужчина говорит совсем смущенно, — он сказал нам порознь спать девять дней. Ни в коем случае не в одной постели. И… ну вы понимаете…
— А вы этот запрет нарушили, — не то утверждает, не то спрашивает с усмешкой маг.
— Так получилось! — восклицает муж. — Марве однажды страшно одной было спать. Она ко мне пришла и… извините, не могу рассказывать.
— Не надо. Я понимаю. И что произошло потом?
— Мне сон не приснился. Зато приснился жене.
— Теперь вы рассказывайте, госпожа Мапрель, — строго приказывает маг.
— Я сразу поняла, что это тот же сон, — говорит женщина дрожащим голосом, — по рассказам мужа. И снова он продолжился с того места, где прервался. Мне так страшно было, что я проснулась с криком.
— Почему?
— Потому что я почувствовала, что в конце пути что-то ужасное произойдет. Сердцем почувствовала. Только я, в отличие от Алекса, этот город узнала. Это мой родной город. Там над крышами ратуша видна. Я ее ни с какой другой не спутала бы.
— Что за город?
— Нурдок.
Я слышу шуршание и догадываюсь, что маг разворачивает карту.
— А саму улицу узнали?
— Нет. Или во сне она другая, или я там не была.
— А здания сможете описать?
— Да, я некоторые дома запомнила. Один заколоченный, с жимолостью на веранде. Другой, видимо, после пожара еще не отстроили.
— Так. Мне надо будет, чтобы вы постарались подробно вспомнить все здания, мимо которых вы шли по улице. Как можно точнее. Сможете?
— Постараюсь, — неуверенно говорит женщина. — Но это же во сне?
— Я вас очень попрошу все вспомнить, — настаивает маг.
— Хорошо. Один дом был пекарней…
Я с недоумением слушаю, как женщина рассказывает Льерену свои ночные видения. Не понимаю, что происходит. Абсурд какой-то! Слышу, как скрипит перо по бумаге — видимо, маг все старательно записывает.
— Когда начались видения, господин Мапрель, какой дом вы увидели первым?
— Точно не вспомню, господин маг.
— Постарайтесь.
— Кажется, это был высокий дом с кованым забором. У них еще на воротах синим руны были нарисованы. Или это уже во втором сне мне приснилось?
— Хорошо…
Снова скрип пера. Я устала стоять в коридоре. Да и разговор оказался какой-то странный. Точно они не к следователю пришли, а к психоаналитику с почасовой оплатой.
  
— А скажите, госпожа Мапрель, кто из ваших кровных родственников проживает в Нурдоке?
— Родители и моя тетя.
— Их имена и адрес, пожалуйста.
Вообще как-то неинтересно, окончательно решаю я. Пойду-ка я отсюда свои руны дальше тренировать. Я уже поднимаю ногу, когда крик Льерена пригвождает меня к месту: