Я подарю тебе тьму (СИ)

  
Глава 23
 
Тяжело в ученье
Блин! Все оказывается не так уж и просто. Руки у меня уже отваливаются, но я упрямо черчу и черчу. Сначала чернилами, а затем черной краской, поскольку ее мне не жалко. Арвета прямо за уши вытаскивает меня из-за стола для завтрака, обеда и ужина.
— Неплохо, — бросает мне маг, вернувшись вечером со службы. Он проверяет исписанные листы, но на похвалу скуп. Я было начинаю дуться, но Тиэрен заканчивает: — У тебя талантливая рука, Астра. Не каждый художник сразу схватывает суть руны и начинает писать ее правильно. И далеко не каждый маг может стать артефактором.
  
— А это у вас во всем мире так?
— Не уверен. Магических школ и магических технологий множество. Я рассказываю лишь то, что практикуют в Гросте. Но у тебя есть талант, Астра, повторюсь. Еще пара дней тренировки, и мы попытаемся создать первые чары.
Я хлопаю в ладоши, не в силах сдержать радости.
— Они такие интересные, Арвета! — заваливаю я знаниями экономку, которая шинкует овощи для завтрашнего супа. — Вода похожа на воду, на текущие волны. Но вот сейчас я тренировалась писать руну «луна». Когда-то она тоже действительно была похожа на половинку месяца. С червячками внутри. Но постепенно рисунок превратился в такую кривоногую лесенку с перекладинами.
Я возбужденно рисую мукой на столешнице руну. Тиэрен, поедающий жаркое рядом со мной, лишь улыбается. Арвета бросает укоризненный взгляд, потом вежливо удивляется:
— Как ты их запоминаешь, Астра? Это же так сложно! Я и буквы-то с трудом выучила. А тут такая этажерка из черточек!
— Ну, там в книге есть история происхождения рун. Но руну «луна» я по-другому запомнила.
— И как? — с интересом спрашивает меня Тиэрен.
— У нас в мире есть сказка про Песочного человека. Якобы он живет на луне, откуда спускается ночью по лестнице вниз, бросает волшебный песок детям в глаза, и они засыпают. Вот я так и запомнила, — смущаюсь я.
— Очень красиво, — замечает маг.
При расставании на ночь Тиэрен задерживается.
— Астра! — с замешательством говорит он.
— Что? Что-то с магией? — тут же догадываюсь я. — Опять стала слабей?
Тиэрен грустно кивает.
— Ты не могла бы проводить ночь в моей постели? Ужасно звучит…
Мужчина смущенно ерошит волосы, и этот жест напоминает мне Льерена.
— Все нормально, — успокаивающе касаюсь я руки мага. — Я же понимаю.
— Ты просто чудо, — благодарно говорит Тиэрен. — Просто полежи со мной рядом. Видимо, это действительно не дает проклятию разрастаться.
— Ага. Сейчас приду. Только допишу еще пару рун.
— Спасибо. Может, я буду уже спать. И кстати… — тут Тиэрен наклоняется прямо к моему уху: — У тебя чернила на лбу и щеке.
Я краснею. Черт! Надо будет хорошенько отмыться. И пальцы все тоже грязные.
Вместо того чтобы идти дальше писать, я отправляюсь в ванную и хорошенько отмачиваюсь. Лежу в воде и оттираю мочалкой запачканные пальцы. Вдруг слышу легкий шорох в углу под шкафом, в котором лежат полотенца. Подскакиваю в ванне, ударившись о кран, и пялюсь во все глаза в темноту.
— Эй, ты кто? — шепчу я испуганно, и под шкафом вспыхивают уже однажды виденные мной голубые угольки глаз. А затем раздается звук:
— Мняу! — звук совсем не похож на мышиный писк, скорее на мяуканье, но странное.
Я застываю и жду продолжения с бешено колотящимся сердцем. Потом быстро смываю мыло, вылезаю из ванны и вытираюсь. Присаживаюсь и осторожно заглядываю под кровать. И снова эти голубые глаза. Неведомая зверушка мигает и смотрит на меня:
— Кис-кис! — неуверенно произношу я. — Эй, а ты кто?
— Мняу! — сообщает мне зверь.
И вот кто это, интересно? После того, первого случая, я обшарила всю спальню, но нашла лишь маленькую дырку, прогрызенную мышами в плинтусе. Дырку господин Кримир забил, так что я потом спала спокойно, уверенная, что ко мне никто не проникнет.
— Выходи! Не бойся! — говорю я. — Я сама тебя боюсь.
Голубые глаза мигают последний раз и пропадают. Я осторожно шарю под шкафом, но там тишина. И никто не выходит. Ну и ладно! Мало мне странностей в этом доме.
Я иду в спальню к магу. Он действительно не дождался меня и уже крепко спит. На стене висит рукописный календарь с обведенным кружком вокруг предыдущего дня. Я догадываюсь, что Льерен-Тиэрен первым делом пытается понять, сколько дней он пропадал из мира, и смотрит на календарь. На столике лежит запечатанный сургучом конверт. А так маг, наверное, коротко сообщает о важных событиях и своих действиях. Интересно, что там написано обо мне? От любопытства покалывает руки, но я сдерживаю свой порыв. Нет уж, читать чужую переписку ни за что не буду! И вообще, а вдруг сургучная печать заколдована? Мало ли что придумывает маг, чтобы оберегать свои секреты? Я проскальзываю в постель и прижимаюсь к Тиэрену. Какая-то у меня все-таки странная жизнь. И странные отношения с мужчиной. Какой мужчина, такие и отношения, отвечаю я сама себе и проваливаюсь в сон. Что-то будет завтра?
Но завтрашний день повторяет вчерашний. Тиэрен просыпается, бросает взгляд на календарь, помечает там день, после чего благодарит меня за возвращенную магию и убегает на работу. Меня не зовет. А я не напрашиваюсь. Новая учеба полностью захватила меня.
Мои знания уже дошли до пятидесяти рун, написание которых я отполировала до совершенства. Я научилась их писать и по отдельности, и вместе. Стащила из кабинет Тиэрена остальные учебники лестраля и с увлечением пролистала их. В конце последнего тома были написаны сочетания рун, которые давали разные чары.
Надо же как увлекательно! Например, руна «сильный» и «запах» могла усилить аромат, если нанести их на что-то, использовав между ними специальную руну-соединитель. А если…
— Астра?
Тиэрен сегодня вернулся с работы раньше обычного и сразу же заглянул ко мне.
— Как расследование? — спрашиваю я, стараясь загородить бумагами сворованные тома. Но маг замечает, потому что его глаза весело вспыхивают.
— Никак, — говорит он. — Пытались искать Похитителя по магическому следу, но тот растаял. Отец Тиммы преступника толком не разглядел, так что мы снова в тупике.
— А Тимма?
— Заезжал к ней. Пока девочка лежит в горячке. Будем надеяться, что она выживет и восстановится. Но тут уже все зависит только от нее. Лекарь и родители от Тиммы не отходят, — и он огорченно разводит руками. — А как твои успехи, Астра?
— Вот! — с гордостью демонстрирую я ряды ровненьких рун, нарисованных чернилами и краской.
— Великолепно! — хвалит меня маг. — Как и обещал, давай попробуем сотворить чары.
— Йе-ес! — кричу я и кружусь.
— Астра! — строго осаживает меня маг.
— Простите! — умоляюще хлопаю я глазами, но ноги у меня так и приплясывают.
— Итак, — говорит Тиэрен и раскладывает на столе кусок ткани. — Предлагаю создать водонепроницаемую ткань. Если получится, нанесешь эти чары на сапоги всем в доме. Полезная вещь в осенний сезон.
Конечно, это не совсем то, о чем я мечтала, думаю я. Я бы предпочла создать какой-нибудь неугасаемый светоч. Или магический бластер против гарраков. Или…
— Астра! — щелкает пальцами маг, чтобы привлечь мое внимание.
— Да-да. Непромокаемая ткань.
— Какие руны для этого ты применишь?
Ого! Да это экзамен! Ну держитесь, господин профессор! Сейчас я вас поражу!
— Я тут заглянула в конец последнего тома…
— Я заметил, — усмехается Тиэрен.
— Думаю, что руна «вода», «препятствовать» и руна-соединитель.
— Изящное решение, — соглашается маг. — Сначала на бумаге. Чернилами.
Руна «препятствовать» очень простая. Она возникла из рисунка руки, выставленной в запрещающем жесте. Я ее выучила одну из первых. Соединитель мне маг не давал учить. Но я же быстрая! И все схватываю на лету. Так что сама разобралась.
  
Я потираю руки, чтобы успокоиться, потом беру перо и быстро черчу нужное сочетание рун на бумаге.