Сенсация! (Scoop!) (СИ)

 Но запрещать себе о чем-то думать — так же глупо и бессмысленно, как пытаться удержать разъяренного льва в картонной клетке. Все попытки Джона отвлечься приводили лишь к тому, что он начинал мысленно спорить сам с собой, и в голове у него, как назло, все отчетливее возникали запретные образы…
 Он искренне надеялся, что по его виду нельзя понять, о чем он думает.
  
 К счастью, детектив не был расположен ни анализировать, ни разговаривать. Гостиную и кухню они проверили практически в полном молчании (Шерлок лишь изредка выкрикивал что-то про пироги и Лестрада, что, видимо, предназначалось Майкрофту) и в каждой из этих комнат обнаружили по камере и по прослушивающему устройству. То же самое оказалось и в спальне Шерлока, но больше ничего в доме не было.
 — Осталась ванная, — устало присев на кровать детектива, сказал Джон.
 Шерлок что-то неразборчиво промычал, еще не бросив попытки найти «чужую» прослушку: он ходил по комнате и пристально разглядывал мебель и стены, но Джон и так знал, что это бесполезно.
 Он потянулся, разминая шею и плечи. Армейская рана больше не болела, но тело ныло после вчерашнего падения, а в спине «стреляли» нервы.
 Почувствовав резкую боль в левом боку, Джон приподнял кофту и увидел три круглых темных синяка, которые утром даже не заметил. Синяки эти располагались чуть ниже ребер и походили на следы огромных пальцев. Джон нахмурился, пытаясь понять, обо что же такое ударился при падении, и уже хотел опустить кофту, когда слева от него послышалось:
 — Покажи.
 Джон оглянулся. Шерлок с мрачной решительностью подошел к кровати и встал перед ним, щурясь с особой суровостью.
 — Встань, — велел он.
 Джон молча поднялся на ноги. Шерлок находился так близко, что от его знакомого опьяняющего запаха сердце дрогнуло и забилось чаще.
 Не замечая волнения Джона, детектив протянул руку и, двумя пальцами приподняв край его кофты, принялся внимательно разглядывать синяки. Он молчал, сдвинув брови; губы его выпрямились в тонкую линию. Так, замерев и не говоря ни слова, он стоял не меньше минуты. Джон старался дышать спокойно, но потерпел неудачу, когда Шерлок (видимо, пытаясь лучше рассмотреть следы) неожиданно опустился перед ним на колени. Почувствовав на животе теплое дыхание, Джон был вынужден отвести взгляд, потому как все его тело (начиная с покрывшейся мурашками кожи и заканчивая обмякшими ногами) начинало мгновенно реагировать на один только вид стоявшего перед ним на коленях Шерлока Холмса.
 — Извини меня, — голос Шерлока звучал как-то отчужденно, но в нем чувствовалась искренность. — Извини меня, Джон.
 — За что? — Джон удивился, что смог произнести эти слова: голова у него слегка кружилась, язык почти не слушался…
 Пальцы Шерлока порхнули по поврежденной коже на боку у доктора.
 — За это, — Шерлок сглотнул, не глядя на него. — За плечо. За все.
 — Это не твоя вина, Шерлок, — мягко ответил Джон и, поддавшись внезапному порыву, коснулся рукой его упрямых темных кудрей.
 Шерлок тут же опустил взгляд и покачал головой.
 Они опять замолчали, на этот раз всего секунд на десять. А потом Джон сказал:
 — Пойдем, проверим ванную, — и, быстро коснувшись губами мягких волос детектива, двинулся к выходу под аккомпанемент своего сердца.
 Когда Джон зашел в маленькую комнатку, его тут же накрыла волна воспоминаний о вчерашней ночи, и бабочки, трепетавшие в животе, запорхали особенно неистово. Следом в комнату вошел и Шерлок — по-прежнему молчаливый, но уже немного приободрившийся. Щеки его казались слегка порозовевшими.
 Поймав на себе взгляд Джона, Шерлок прижал палец к губам, призывая его к тишине. Джон кивнул. Их могли подслушивать.
 Они безмолвно принялись за дело, но спустя двадцать минут стало ясно, что в ванной комнате нет вообще ничего — ни камер, ни прослушивающих устройств.
 — Ну, хотя бы какое-то облегчение, — усмехнулся Джон, задергивая душевую штору. — У Майкрофта хватило совести хотя бы здесь нам уступить. Одну крошечную капельку приватности.
 Но Шерлок, хмурясь, покачал головой, и лицо его выражало сомнения. Он кивнул на дверь и, выйдя из комнаты, вернулся в свою спальню. Джон последовал за ним.
 — Это не имеет никакого смысла! — воскликнул Шерлок и принялся шагать по комнате. — Как такое может быть?.. Я не понимаю. Как?!
 Джон пожал плечами.
 — Может, у нас дома вовсе и нет других прослушек, Шерлок.
 — Не может быть. То, что ты мне вчера сказал, Джон, про свою рану — ты ведь нигде этого не повторял?
 — Нет.
 — Тогда как — объясни мне — как эта информация попала в Интернет?
 Джон покачал головой.
 — Хм… Может… может, «жучок» был у кого-то из нас в одежде?
 Шерлок сощурился. Сначала он не двигался, будто что-то обдумывал, а затем ринулся к своему шкафу, достал оттуда вчерашние рубашку и брюки и принялся проверять карманы. Вскоре Шерлок зашвырнул одежду обратно в шкаф и разочарованно сказал:
 — Ничего нет.
 — Могло быть и у меня, — предположил Джон.
 — Насколько я помню, ты стоял в одних трусах, — задумчиво пробормотал Шерлок.
 Джону показалось, что в комнате стало жарче. Он покачал головой.
 — Да, но моя грязная одежда лежала на стиральной машине.
 Они переглянулись, а затем, не произнеся ни слова, одновременно бросились в ванную. Однако и там их ждало разочарование...
 — Все чисто, — сказал Джон, повернувшись к Шерлоку. — Ничего нет.
 Шерлок поджал губы. Потом он вытащил из кармана мобильный и, что-то напечатав, повернул его экраном к Джону. Прочитав коротенькое сообщение, Джон улыбнулся и кивнул. Оно гласило:
 «Новое правило: не разговаривать в ванной». 
 Когда они вернулись в гостиную, часы показывали четверть седьмого. Пошел ливень, и через открытое окно в квартиру проник прохладный сырой воздух, пахнувший дождем. По стеклу громко барабанили крупные капли, а под порывами ветра бесшумно танцевал белый тюль.
 — Все? С прослушкой мы закончили? — поинтересовался Джон.
  
 — Куда-то торопишься? — бесстрастно поинтересовался Шерлок.
 — Ну, я подумал, что можно приготовить еду и что-нибудь посмотреть. Раз уж из дома нам все равно не выйти.
 Шерлок, казалось, был удивлен его предложением и ответил на него совсем не так, как ожидал того Джон: