Солнцеворот желаний (СИ)
Даже здесь, среди вздымающихся морских валов, подогретых силой нориуса, он чувствовал её там, во дворце, сияющую звезду среди придворной грязи. И даже разрыв их связи, даже отвержение её от их совместной силы, не лишили его этого чувства. Он никогда не терял Селесту, и прикладывал все силы, чтобы так оставалось и впредь.
Однако это и омрачало его мысли. Заключённая сделка поставила крест на простом решении их разрыва. Пока жив Артан Гадельер, Селеста никогда полностью не станет его. А значит они всегда будут драться друг с другом, не в силах ни разорвать порочный круг, не выйти из него. Ник понимал, что нарушение условий приведёт к ещё большей трагедии — потеря нориуса превратит его в обычного дракона и исчезнет основа связи с ариусом, и он не был уверен, что его чувств окажется достаточно, чтобы войти в сердце девушки и изгнать из него даже памяти об Артане.
И сейчас, мучимый тревогой и неизменной жаждой успокоения, он, вдоволь накувыркавшись среди гигантских чёрных волн, освещённых вспышками молний и подводным пением электрических скатов, поднявшихся, чтобы собрать искры с извилистой морской глади, устремился обратно во дворец, к тому-единственному, кто всегда находил слова утешения и поддержки.
* * *
На ходу превращаясь в человека, Никлос торопливо взбегает по ступеням и переступает через открытые двери дворца. На пороге его встречает служанка со стопкой полотенец, а за ней, чуть поодаль стоит один из немногих, действительно верных ему людей. Взлохматив полотенцем волосы и наскоро обтерев лицо от влаги, Ник принял от другой девушки чашку с крепким кофе и в два захода выпил, а потом, идя мимо, кивнул ему следовать за ним.
Эта часть дворца сейчас была погружена в лёгкую полутьму, подсвеченную лишь небольшими настенными лампами, создававшими приятный жёлтый свет. Ник сознательно сократил количество персонала, оставив только самые проверенные кадры. Он понимал, что чем больше вокруг ушей и глаз, тем скорее придворные догадаются, что между ним и Селестой не всё гладко, а этого он не желал. И поэтому рядом с девушкой всегда находились только самые-самые верные ему люди. Как этот скучающий кэрр, держащий в руках бокал с лёгким вишнёвым вином.
Он по пятам следует за Никлосом, готовясь сообщить горячие новости и при этом думая, как бы не попасться под вспыльчивую королевскую руку. Ник завёл его в одну из малых гостиных, и жестом велел сесть. Сам же прошёлся вдоль ряда книжных шкафов и среди коричневых томов землеописания ангусских владений выудил курильный набор. Усевшись напротив королевского шпиона и раскурив трубку, он жестом велел тому говорить.
— Сегодня. Возможно прямо сейчас они пытаются вытащить Ктуула из Томара Бай, — лёгким скрипящим голосом заговорил Август Бол. — Как вы и велели, я передал Амалии карту тайных проходов и оставил на видном месте тёплые вещи. Я не задавал вопросов, не участвовал в планировании, был лишь на периферии их затеи, поэтому Селеста доверила мне эту часть.
— Молодец, всё правильно, — скрипнув зубами по лакированной поверхности трубки, кивнул Ник. Закинув одну ногу на другую, он задумчиво выпустил кольцо дыма в потолок, прислушиваясь к доносящимся из-за окна звукам грома.
Август невозмутимо допил вино и, с разрешения, воспользовался табаком, скручивая себе самокрутку. У этого парня была непростая судьба. Оба его родителя были убиты во время войны с песчаными демонами, а родственники неохотно приняли его к себе и при первой удачной возможности сплавили в столицу, чтобы больше не нести за него ответственность. Оставшиеся от богатств семьи деньги, парень потратил на поступление в академию общих наук, но не смог проявить себя в учёбе. Однако прошлым летом раскрылся его настоящий талант: он разоблачил нескольких преподавателей, участвовавших в заговоре и сумевших избежать наказания. Август сумел выйти на людей Богарта, добиться личной аудиенции, где рассказал много чего интересного о творимых в академии дел, чем вызвал искренний интерес со стороны канцлера. И когда королю потребовался подходящий кандидат на роль секретаря Селесты, выбор пал на него. Самым сложным было подстроить список кандидатур так, чтобы девушка выбрала именно его. А на собеседовании юноша смог убедить Селесту в том, что чист как стёклышко. И стал личным шпионом короля в стану белой драконицы.
— Что дальше, Ваше Величество? Вы накажете её за своеволие? — с интересом спросил Август, который ещё при первой встрече показал, что для него нет запретных вопросов, а свой пытливый ум он ловко прячет за аристократичной скукой.
— Зачем? — недоумённо ответил вопросом на вопрос Ник, удобнее устраиваясь на диване. Он отправил нориус за служанкой с кофе, решив дать Селесте время поговорить с Ктуулом. Ему показалось интересным, что из этого может получиться. В том, что колдунья сможет изгнать вечного он не верил. — Селеста свободна в своих желаниях и тайнах. Твоя задача — лишь наблюдать и контролировать, чтобы она ни во что не вляпалась. А разговор с моим гостем может пойти ей на пользу.
— Признаться честно, я до конца не могу понять, о ком именно идёт речь. Ваш гость — кто он?
Король недовольно поморщился и внутри Августа всё застыло. На мгновение ему показалось, что всё пространство маленькой гостиной занял огромный, чёрный дым в форме дракона, целящегося клыкастой пастью прямо на него. Он вжался в кресло и пепел от сигареты упал на чёрные брюки, рассыпаясь серым пятном. Миг и всё пропало, а король вполне обычным голосом ответил:
— Не думай об этом. Она никогда не доверится тебе настолько, чтобы это стало для тебя важным. Наблюдай и сообщай мне обо всех её планах. Копируй, как прежде, распорядок её дня. И разберись, наконец, зачем она торчит в этой проклятой больнице! Я не верю, что она там ради серых детей и хирурга Флара!
Красный дракон заверил, что будет и дальше копать. Но на данный момент не было ничего, что указывало бы на иное, как бы это королю не нравилось. Девушка и правда пытается лечить больных. Её и правда заботит будущее сирот и жаль, что король специально накручивает Совет Женевры, чтобы они препятствовали планам Селесты по созданию королевского приюта. Ему было невдомёк, что это искусственное препятствие было создано с одной-единственной целью — чтобы Селеста раз за разом по любому поводу обращалась за помощью к королю.
* * *
По лестнице вниз, через потайные двери, в созданную родоначальником королевской семьи тюрьму, куда заключались самые опасные враги королевства. Она всегда пустовала, так как не было у королей таких врагов, кто заслуживал бы сюда попасть, вместо тюрьмы Лакраш. До сего дня, когда Ник лично обустроил это место, стремясь с одной стороны создать непроницаемую клетку, а с другой — комфортное место для создания, бывшего столь древним и умным, чтобы попытаться найти с ним общий язык.
Король личным ключом открывает дверь и находит Ктуула лежащим на мягкой постели, окружённого десятком книг и несколькими блокнотами с набросками существ и пейзажей иных миров, о которых они так много говорили. При его появлении, вечный закрыл один из них, и Ник догадался, кого именно рисовал бог до его прихода. Оглядевшись, Ник не заметил следов пребывания Селесты, и если бы не знал, что она была здесь, в жизни не догадался бы учуять лёгкий аромат лилий и запах свежей крови. Сейчас вся комната пребывала в полнейшем порядке и только пытливый взгляд заметил, что у кофейного столика сбилась краска с угла, а на полу блестит маленькая стекляшка, отколовшаяся от поверхности стола.
Ник ничем не выдал своих поисков, наоборот он полностью сосредоточился на Ктууле, поднявшегося с кровати и перешедшего к кофейной установке в углу, где, следуя давно сложившемуся ритуалу, заварил крепкий, ароматный кофе и разлил на две чашечки, пока король с комфортом устроился на одном из кресел и положил на колени миниатюрную подушечку с забавными хвостиками. Перебирая пальцами золотистые нити, он в задумчивости уставился на одно фальш-окно, мысленно прокручивая события вечера и утра.