Рыжий 2 (СИ)
15 января Горбачёв сделал заявление о программе полной ликвидации ядерного оружия. И в четверг классная руководительница поручила мне подготовить доклад на политинформацию по этой теме. Блин, где я, а где Горбачёв! Проштудировав статью нашего Генерального секретаря в центральных газетах, я накидал краткий пересказ. Минут на десять. Короче уж никак не получалось. Там куча пунктов и сроков когда и чего предлагается ликвидировать. А тупо зачитывать из газеты мне что-то претит.
А для того чтобы заполнить ещё десять минут, я позаимствовал, безвозмездно, из кабинета НВП,*** несколько плакатов по ОМП,**** по его применению и защите от него.
Получилось весьма неплохо. Особенно классу понравился рассказ про оружие, и плакаты. Было куча всяких уточняющих вопросов, даже на физкультуру из-за этого опоздали. Классухе, видимо, не понравился мой формат проведения политинформации и мне больше ни разу не поручали подобные мероприятия. Чему я был вполне рад.
Наши с Олькой «н» по алгебре в журнале, зачеркнули красной ручкой, а слева, в разделе тем, красными чернилами сделали запись — «исправленному верить», с печатью и подписью директора.
Сидорова, видя на какие меры я пошёл чтобы защитить нашу с ней невиновность, оттаяла и простила меня. Теперь мне опять приходится таскать её портфель и провожать её из школы.
Запланированная мной афера с кассетами полностью провалилась. Юрий Викторович отказался выступать моим посредником в деле с хозяевами звукозаписей. Ну и ладно, подарю кассеты пацанам на дни рождения. Правда надо сначала выяснить, есть у них магнитофоны или нет.
В конце января я, наконец, решил проблему с электрификацией привезенных мной из Питера электрозажигалок. Долго мучился, облазил на животе почти всю кухню, прикидывая как мне протянуть проводку от розетки за холодильником к газовым приборам. Долбить канал в стенке было невозможно из-за батареи отопления, которая полностью закрывала подоконный проём. А сверху, над окном, было слишком сложно для моего пока ещё низкого тела.
Поэтому поступил просто: двухжильный кабель ППВ-380 вывел от розетки к плинтусу, вдоль которого его и закрепил нарезанными на уроке труда стальными скобами. Когда будет ремонт, кабель закрасится под цвет плинтуса и не будет бросаться в глаза. Внешнюю розетку на деревянной шайбе пришлось защищать козырьком от возможного попадания жидкостей с плиты или при протечки колонки.
В начале февраля Сидорова учудила. Взяла у меня почитать Толкиена. Потом, без моего ведома, дала почитать своей сестре. И книга растворилась в неизвестности.
— Оль, а ты когда Хранителей мне вернёшь?
А в ответ тишина, смущение и подозрительное беганье глаз. Пришлось выуживать информацию. Прям чуть ли не клещами вытягивать. Ссориться с подругой не хотелось, пришлось после тренировки заскочить к её сестре в универмаг.
— Тамара привет, — поприветствовал я старшую Сидорову, которая что-то считала на счётах в компании еще двух бухгалтерских тёток. — Можно тебя на минутку?
— Подожди немного, Жень.
Пришлось ждать, заодно почитал стенную газету в коридоре, в которой клеймили самогоноварение и самогонщиков. Какая однако актуальная тема в универмаге на этаже бухгалтеров.
— Привет мелкий. Чего надо? — нарисовалась старшая сестрёнка моей Сидоровой.
— Да вот, книгу одну ищу. Купил за дорого, дал на три дня почитать твоей Оле, а она говорит, что ты её у неё забрала.
— Ой, Женька, прости. Я тебе за неё деньги верну.
— Что значит вернёшь? Её у тебя, что, нет? А где она? — опешил я.
— Понимаешь, — замямлила девушка. — Моя начальница её увидела и попросила для подарка кому-то в главк.***** Очень попросила. А я не смогла отказать.
Весело. Мне на книгу в общем то плевать. Как пришло, так и ушло. Но я с неё намеревался хоть какую-то прибыль получить. И как мне быть?
— Вот, Женя, — Тамара достала пять рублей из кошелька и протягивала мне. — У неё на обложке цена вроде в пять рублей была.
— Это на обложке, — буркнул я. — А я её за сто рублей покупал. Стольник гони.
— Сколько? — у неё даже глаза на лоб полезли. — Ты что? С ума сошёл? — закричала она на меня?
— Вы чего тут расшумелись, молодые люди? — вышла к нам её начальница, которую я уже знал по предыдущим посещениям.
— Галина Петровна, это Женя, — представила меня ей Сидорова. — Это его книга была. Ну та, которую вы у меня выпросили.
— Я поняла. И в чём проблема. Отдай ему деньги.
— Он говорит, что заплатил за эту книгу сто рублей.
Тётка зло на меня зыркнула и ехидным голосом сказала:
— Мальчик, мне плевать за сколько ты её купил, бери сколько тебе дают. Иначе я вызову милицию и придумаю, что им сказать.
— Вызывайте. Я заодно напишу заявление на хищение ею, — я мотнул головой в сторону старшей Сидоровой, — моей книги, которую я законно приобрел в букинистическом магазине в Ленинграде. У меня и чек есть, — блефанул я.
Тётка растерялась. Она не ожидала такого отпора от меня. Думала, что мне хватит слова — милиция, чтобы я растворился в подступающих сумерках. Уж не знаю что она себе надумала, но видимо решила закончить наш спор мирным путём.
— Тамара, иди работай, — скомандовала она девушке, на что та с облегчением кивнула и скрылась в кабинете. — А вас, молодой человек, я попрошу пройти со мной.
Я пожал плечами и пошел за ней следом. Пришли мы в подвал, вернее в склад в подвале. Вот здесь мне стало малость страшно. Сейчас стукнет меня здесь по голове и конец котёнку. Надеюсь она не для этого меня сюда привела.
— Евгений? Я правильно запомнила ваше имя?
— Да, Галина Петровна. Зачем мы здесь? — не выдержав, спросил я.
— Для безопасности, что бы лишнего никто не услышал. Ты знаешь что эта книга под запретом печати?
— Да.
— И все равно имеешь наглость утверждать, что купил её?
— Да. В букинистическом отделе. На продажу запрета нет.
— Хм. Может быть, — она пожевала губами. — Я понимаю, что у нас сложилась неловкая ситуация. Может тебе что-то нужно, — и видя мое недоумение, пояснила. — Может каким товаром возьмешь? Стиральный порошок могу предложить.
А! Так у неё банально нет денег и она хочет рассчитаться товаром? Подозрительно как-то. Я возьму этот товар, а она потом заявит, что я его украл? А на хрена ей это надо? Ведь история с книгой всплывёт всё равно и это может аукнуться не только ей, но и тому, кому она её подарила. Рискну согласиться. Хоть шерсти клок.
— А что за порошок?
— Хороший. Тайд.******
— Что? — мне показалось, что я ослышался. — Тайд?
— Ну да. Вот, — указала она на стеллаж, на котором стояли и лежали пачки желто-оранжевого цвета с названием по-русски «Тайд». — По рублю за пачку. Сто пачек, две коробки. Берешь?
— Да, — пробормотал я, пребывая в шоке от встречи с брендом, которого никак, по моему разумению, в Советском Союзе быть не могло еще. — Да, беру. Но как я их утащу?
— Ох. Ладно. Отвезу к тебе домой, заодно посмотрю где живет хитрый вымогатель, — улыбнулась она мне. А у меня опять появились подозрения о последствиях от нашей сделки.
Но всё обошлось. Меня и две коробки с порошком, Галина Петровна, честно довезла до моего подъезда. А дальше уже я корячился сам. Бабуля была в шоке от моего обмена какой то «редкой книги» на такую кучу стирального порошка. Но хвалила от души. И даже помогала трамбовать ящики в кладовку.
Вечером, изучая одну из пачек порошка, с удивлением узнал, что его выпускают на Казанском химкомбинате. Но вот почему пустили с названием Тайд, а не перевели в Прилив, я так и не понял. Ну и ладно. Порошка завались теперь дома, как гуталина у Матроскина.******* Осталось только стиральную машинку купить.
Английский замок* — внутренний, врезной замок с цилиндровым механизмом.
Нулевой урок** — это занятие, которое начинается на один академический час раньше первого урока.
НВП*** — предмет начальной военной подготовки в школе.
ОМП**** — сокращение от «оружия массового поражения». Ядерное, химическое и бактериологическое.