Мнимая ошибка (СИ)
Преподаватель взглянул на время на часах и встал. Проведя лекцию, которую он закончил пораньше, лектор быстро покинул кафедру, а после и саму лекционку.
Кросс вышел на парковку. Он увидел Виктора, что стоял на этот раз с белыми пионами.
***
— Ты ходил чистить зубы и умываться? Это очень важно: чистить зубки надо не только утром, но и вечером, чтобы они были здоровыми. Сходи умойся, и, когда ляжешь в кровать, я расскажу тебе сказку. Хорошо?
— Да, мне папа всегда так говорит! Я быстро, отец, никуда не уходи. — Альфочка улыбнулся, а потом убежал в ванную. Даниэл помог сыну с вечерними процедурами, а потом вошел в комнату после того, как туда вбежал Оливер. Альфочка лег в постель и укрылся одеялом. На его лице читались эмоции нетерпения и детского счастья. Омега медленно подошел к Виктору и встал сзади, касаясь пальцами его плечей.
— Ну что? Обещанную сказку? — Виктор улыбнулся, погладив руки омеги на своих плечах. Вандорт принялся рассказывать удивительную историю про путешественника, про его интересные странствия и приключения.
Даниэл медленно наклонился, приобнимая таким образом мужчину. Его грудь касалась головы альфы, а животом и ногами он прижимался к его широкой спине. Было тепло, уютно. Омега незаметно вдыхал терпкий запах, внимательно слушая добрую, очень интересную и богатую на события историю: то, что нужно юному альфочке. Вскоре Олли засопел, закрыв глазки. Когда малыш уснул, альфа поправил ему одеяльце, теплее укутывая сыночка, и поцеловал его в лоб.
— До сих пор не верится, что все это время у меня был сын… Такое чудо. — Альфа смотрел на него с такими любовью и заботой, что Даниэл ни на секунду не сомневался в его искренности.
Виктор и правда всю свою жизнь хотел детей, семью, но только с нужным омегой. К сожалению, такие ему не попадались. А когда один попался, он не признал в нем даже омегу. Виктор все еще винил себя во всем, что случилось с ними. Однако он очень хотел все исправить.
— Да, Оливер и правда самое настоящее сокровище. Он никогда не доставлял мне проблем. Был послушным и очень умным ребенком еще с самого детства, — прошептал Даниэл, выходя из темной комнаты вместе с мужчиной.
— Даниэл, уже поздно. Я пойду.
Даниэл поджал губы. Неожиданно раздались раскаты грома, а в окна ударили толстые капли воды, падающие с неба. Было темно. Было поздно. А еще погода была просто отвратительной. И самое смешное: она испортилась в мгновение ока. Будто кто-то сверху по щелчку пальцев вызвал ливневый дождь с грозой и громом.
Виктор посмотрел на неуверенное лицо Даниэла. Услышав очередной грохот, омега коснулся двумя пальцами рукава рубашки альфы, потянув в свою сторону.
— Не уходи, — сказал он тихо, отведя взгляд.
Альфа улыбнулся, а потом сделал один небольшой шаг вперед, тут же ласково обнимая омегу, словно медведь. Даниэл утонул в теплых и ласковых объятиях. Он сжал пальцами синюю рубашку на спине мужчины, сглатывая скопившуюся во рту слюну.
Аромат, который он не мог забыть и который раздражал все его рецепторы. Обжигающие прикосновения сильных рук. Горячее дыхание. И ласковые слова.
— Даниэл, солнышко мое…
Омега смущенно уткнулся в грудь альфы сильнее. Виктор оказывал так много помощи, что Даниэл перестал чувствовать себя сильным и независимым. Оказалось, быть слабым и ведомым крайне приятно.
— Пойдем спать. У нас ничего не будет, так что не думай там о… Угх, в общем, пойдем. Мы, конечно, спешим…
Неожиданно Виктор негромко рассмеялся, не в силах сдерживаться.
— У тебя сын от меня, какое спешим?
Омега улыбнулся, садясь на кровать.
— И правда… Боже, теперь мне кажется, что мы слишком медлим. Нашему сыну скоро пять лет исполнится!
Виктор присел рядом с омегой, нежно накрывая его руку своей. Он наклонился и чмокнул возлюбленного в щеку.
— Все в порядке. Конечно, я понимаю причину, по которой мы с тобой сдерживаем себя. Но если ты не готов, я буду терпеть столько, сколько нужно, пока ты полностью не доверишься мне.
Омега снова покраснел до кончиков ушей. Ну и как он умудряется практически каждой своей фразой заставлять наливаться капилляры, расположенные близко к коже лица, кровью?
— В-вот и терпи.
Виктор улыбнулся, а потом снова наклонился и клюнул омегу в губы. Он уже хотел было отпрянуть, но Даниэл обхватил его лицо руками и сам прижался к губам. Сначала поцелуй был нежный и ненавязчивый, они просто шевелили в такт губами. Однако Виктор прижал Даниэла к себе, в тот же самый момент проникая в раскрытый рот языком.
Омега плотнее закрыл глаза, цепляясь пальцами за плечи мужчины. Как же было приятно. Влажный и горячий язык изучал его зубы, небо, язык. Даниэл зарылся пальцами в волосы мужчины, чувствуя, как сердце предпринимает попытки вырваться из грудной клетки. Пальцы задрожали, а внизу живота приятно потянуло.
Учуяв более сильный аромат альфы, Даниэл медленно отстранился от мужчины, горячо выдыхая.
— Даниэл, ты меня с ума хочешь свести? — прерывисто произнес Вандорт, уткнувшись лицом в шею омеги, что еле заметно дрожал, ощущая на своей коже пламенное дыхание.
— Виктор, с ума тебя сведу не я, а мои родители. Мой отец тебя ненавидит. А как отреагирует папа — вообще непонятно. Так что для начала ты должен познакомиться с ними.
Виктор приподнялся. Он взглянул в глаза омеги, а потом кивнул. Кросс улыбнулся и обнял альфу за шею. Вандорт чмокнул омегу в губы.
— Давай спать.
— Не-е-ет, давай еще помилуемся!
— Виктор Вандорт, — грозно сказал Даниэл, выгнув бровь.
Альфа поджал свой хвост и понурый лег на свою половину постели. Омега рассмеялся, ложась под одеяло к мужчине.
========== Часть 11 ==========
Роб и Дэннис выглядели очень хмуро. Виктор молчал, опустив голову. Оливер ковырялся в тарелке, доедая макароны с мясом и овощами. Даниэл вздохнул, накрыв лицо руками.
Тишина.
— Папа, отец… Прошу вас…
Роб нервно ударил кулаком по столу, отчего вздрогнули преимущественно омеги. Виктор поднял взгляд, а Оливер нахмурился.
— Деда, не злись на моего отца! Он хороший. И папу любит.
Роб чуть воздухом не подавился! Никогда прежде горячо любимый внук не злился на него, а сейчас отчитывает, словно нашкодившего щенка.
— Что это такое! Я почти пять лет налаживал с ним общий язык, а пришел ты из ниоткуда и сразу же ему полюбился! Как такое возможно?! Ты оставил моего бедного сына одного во время беременности! Какой вообще нормальный альфа так поступит? И мне плевать на твои обстоятельства, Виктор. В итоге мы пришли к тому, к чему пришли. Ты оставил моего сына. Ты пропустил четыре года подряд день рождения сына. Из-за тебя Даниэл не хотел связываться с альфами! Мой бедный мальчик так страдал, пока ты совершенно свободный и не обремененный жил где-то там, работая, встречаясь с омегами. Ты жил, как ни в чем не бывало!
Виктор после слов Роберта вытер глаза, что были на мокром месте. Ему и правда было больно от мысли о том, что отец Даниэла во всем, абсолютно во всем прав. Нервно сглотнув слюну, мужчина встал из-за стола. Он приземлился на колени, опираясь о пол руками.
— Я не могу и не буду оправдываться. Когда я увидел Даниэла с Оливером, то был настолько шокирован, что не мог во все это поверить. Но одновременно с удивлением я обрадовался. Я чувствовал груз вины, даже некой обиды, что у нас Даниэлом ничего не получилось из-за недомолвок. Он даже думал, что у меня ребенок есть и муж! Он не захотел спрашивать, решив уже что-то для себя. Если бы я не настоял, если бы я не был напорист, то он бы никогда не позволил бы мне находиться с ним рядом. Но я хочу, чтобы вы знали, что я безмерно люблю Даниэла и Оливера. Я чувствую, что они моя семья, и я… Я хочу сделать все возможное, чтобы они стали моей семьей еще и на бумагах, потому что мне важно, чтобы Даниэл и Оливер носили мою фамилию и считались официально моей семьей. Я знаю, что это поздно. Но я счастлив и тому, что встретил Даниэла сейчас, а не спустя еще пять лет или даже больше.