Мифы и легенды. Книга 7. Последний из рода Бельских
Мои соратники растерянно переглянулись. Но смутить Гвоздева не удалось.
– Я хорошо вас слушал, господин. Мы все посоветовались, я со своей стороны проанализировал все риски… В общем, у нас есть один вариант, который, по моему мнению, может временно решить эту проблему. Если вы не отказываетесь от своего намерения принять Годунову в наш род, то тогда вам нужно срочно брать ее в жены…
Глава 4 Предложение
Мне показалось что я ослышался.
– В жены?! Годунову?! Вы серьезно?! А кто тут мне говорил, что это дочь врага и все такое?
– Мы можем признавать свои ошибки, – спокойно ответил Гвоздев, посмотрев на Шемякина, – но на нынешний момент, на наш взгляд, это весьма удачный вариант, господин. Если вы, конечно, планируете оставить Варвару Годунову при себе.
– Что ж… – Я внимательно посмотрел я на своего дипломата. – Насколько я помню, ты не горел желанием на этот счет. Тогда жду объяснений, почему это так выгодно для нас. И надо ответить на три вопроса: Первый – Скуратов, второй – Годунов, и третий – это моя помолвка с Наоми Сузуки.
– Это не так сложно, господин, – улыбнулся Гвоздев. – Скуратов… Если мы сейчас объявим о браке, и не просто объявим, а продублируем во всех основных газетах, да еще и в интернете, то вряд ли даже Скуратов рискнет пойти против общественного мнения. Второе… тут вообще не вижу проблем. Годунов не имеет такой власти, как Скуратов, поэтому на подобный демарш с нашей стороны он будет вынужден только скрипеть зубами. А насчет японки… надо разговаривать с ее отцом. Но тоже думаю, что тут все решаемо. Я могу подготовить его… и организовать ваш разговор. Он и так должен был быть позже, но можно ускорить. Требуется ваше разрешение.
– Вы знаете, господин, чего скрывать, мне не нравятся любые люди, носящие фамилию Годунов. Однако в данном случае я готов смириться с присутствием в нашем роде их дочери, но в качестве вашей жены. И у нее фамилия тогда уже будет Бельская…
– А если вдуматься, – негромко произнес Шемякин, – род-то разваливается: Павел его не удержит, а Константин слишком слабый. У него, насколько мне известно, честолюбие отсутствует. Ему и в Казани хорошо. Так что влияние Годуновых сильно ослабнет. Если убрать Павла, следующий наследник – Константин. Он, вроде, человек адекватный, но совершенно не честолюбивый.
– Как у вас все просто выходит! – проворчал я. – Сначала надо еще сделать предложение и получить согласие …
От меня не укрылись понимающие улыбки на лицах моих слуг.
– И нечего улыбаться! – недовольно проворчал я. – Я поговорю с Варварой… Вот сейчас и поговорю! И на самом деле я не уверен в том, что она согласится.
– Вы прямо сейчас? – неуверенно уточнил Гвоздев. – Может, выбрать благоприятный момент….
– Не надо их выбирать! – раздраженно ответил я. – Сам разберусь!
– Тогда разрешите спросить, господин? – Павел выглядел немного смущенным.
– Давай…
– Единственным препятствием на нынешний момент, которое я вижу, это родственники Варвары. Девушка вряд ли сможет бросить своего дядю в Казани…и тут надо определиться, насколько далеко мы собираемся зайти… Полностью уничтожить род Годуновых? В таком случае – да, могут возникнуть проблемы! – выдохнул Гвоздев. – И месть не означает, что мы должны всех вырезать: все-таки мы не Годуновы! – Он посмотрел на Шемякина и Ефима, ожидая поддержки, и, к моему изумлению, оба были согласны с моим дипломатом.
М-да… вопрос, конечно, весьма интересный. Я сам не знал на него ответа. Доля правды в словах Павла, конечно, присутствовала. Отомстить… А что является местью? Мой род был уничтожен практически полностью. Значит ли, что то же должно произойти с родом Годуновых? Хотя я понимал, что это в ближайшем обозримом будущем нереально: они по-прежнему богаты и влиятельны!
– В общем, у меня нет сейчас ответа на твой вопрос, Павел, – признался я, – Я реалист, но клятву свою не нарушу… – После этих слов я заметил на лицах присутствующих явное удовлетворение. – Я поговорю с Варварой. Это все?
– По поводу приема, господин, в субботу все будет готово. Приглашение пришло. Завтра в 14.00
– Так, и кто там будет? Что это вообще за прием такой? – поинтересовался я у него.
– Посвящённый их национальному празднику, – поведал мне Гвоздев. – На такое мероприятие обычно приглашаются все великие роды. Традиционно высылается приглашения и во дворец, но Император на них не реагирует. Но от власти обязательно кто-то будет. Насколько я понял, должен быть Скуратов…и, возможно, Годунов.
– Так, может, вообще не ходить? – спросил я.
– Нельзя, господин, – покачал головой Гвоздев. – Нам сейчас надо нарабатывать свой авторитет. Если наш род, который лишь недавно – простите меня – возродился из пепла, приглашают, то, значит, мы имеем определённое влияние.
– Кстати, дочь Трубецкого очень хороший ролик сделала, – заметил Шемякин. – Талант! Я дополнительный набор в СБ открыл. – Он вдруг как-то виновато посмотрел на меня. А…мне судя по всему не сказал, вот и смутился.
– Это твоя епархия, Иван! – махнул я рукой. – Я тебе доверяю.
– Хорошо. – Мой собеседник расслабился. – Так вот, я вынужден конкурс устроить, так много желающих.
– Ты смотри не переусердствуй, – посоветовал ему я, – а то «засланных казачков» наберем…
– Не волнуйтесь, господин, – заверил меня Шемякин. – Мы всех проверяем!
На этом наш разговор завершился, и, проводив гостей, я направился в покои Годуновой. Как оказалось, у Варвары в гостях была Мамонтова, и они что-то оживленно обсуждали.
– София, оставь нас, пожалуйста. Мне поговорить с Варварой надо, – попросил я после взаимных приветствий и остался один на один с несколько удивленной девушкой.
– Что-то случилось? – спросила она, и в голосе её слышалось напряжение.
– Ничего страшного! – улыбнулся я, успокаивая ее. – Просто нужно прояснить один вопрос.
Мы сели на диван, и я, взяв руку девушки, посмотрел на неё.
– Хочу предложить тебе стать моей женой! – выпалил я.
Ну, нет у меня опыта плести кружева и делать витиеватые предложения руки и сердца! Не умею я это, и, в конце концов, возможно, вот это мое предложение – просто способ спасти Варвару от сумасшедшего жениха! Хотя кого я обманываю?
– Что? – дрогнувшим голосом переспросила донельзя растерянная Варвара.
– Ты станешь моей женой? – повторил я вопрос. – Извини кольца пока нет, но это временно…
– Ты серьезно? – Она смотрела на меня, не веря своим ушам.
– Я понимаю это неожиданно, – согласился я, – но могу повторить еще раз. Сейчас для нас с тобой это выход, и ты…
С радостным визгом девушка обняла меня и прижалась всем телом.
– Это значит «да»? – выдавил я, так как объятия внешне хрупкой девушки оказались весьма крепкими.
– Конечно же, да! – Наконец, выпустив из объятий, вновь посмотрела на меня Варвара. – Подожди… – Она вдруг нахмурилась. Но я Годунова… а ты… ты же должен отомстить…
– Должен, – печально кивнул я, – но давай пока об этом не будем говорить. Это все сложно…
А что я еще мог ответить? Месть священна, и она свершится, когда род Годуновых станет такой же памятью, какой в свое время стал род Бельских. Но я не был уверен, что у меня хватит сил и злости довести до этого. Варвара, с одной стороны, была великолепным приобретением, она любит меня и после женитьбы станет Бельской, а с другой стороны, уничтожить Годуновых станет гораздо сложнее… Вот же блин! Хотя есть еще выход… наверно.
– Я не знаю, что тебе ответить, – честно признался я девушке, которая продолжала смотреть на меня, явно ожидая продолжения, – я давал клятву уничтожить ваш род, и эту клятву не могу нарушить. Ты же, выйдя замуж, станешь Бельской и не будешь принадлежать к моим врагам.
– Я так не могу, Веромир, – мрачно покачала головой Варвара. – Сейчас большая часть наших в Казани. Там Константин и мои родственники. Среди них дети… Они не виноваты в том, что устроил мой отец.
– Извини, Варвара, – тяжело вздохнул я, – тебе придётся выбирать. Среди Бельских, убитых вашим родом, тоже были дети. И тем не менее, я считаю, что дети за родителей не в ответе. С ними придется что-то решать. Месть не означает, что мы должны всех вырезать. Все-таки мы не Годуновы! – повторил я слова Гвоздева, которые тогда меня сильно удивили.