Беглецы и Гончие (СИ)

— Ладно, — сказал я, отвлекаясь от салата. — Чем займемся сегодня?
Нам ехать еще дней пять и надо бы придумать себе занятие. Тренироваться тут негде, разве что читать книжки, что закачали в браслеты, но все же.
— Ну…
— Доброе утро, — неожиданно прозвучало за моей спиной.
Обернувшись, я встретился взглядом с девушкой с разными глазами…
1.По скандинавским легендам Конец Света — «Рагнарёк» начнется с того что Ужасный Волк Фенрир вырвется из своих пут.
2.Кайдзю — японское слово, означающее «странный зверь», но чаще переводимое как «монстр». Наиболее известный кайдзю — это Годзилла.
  
Глава 9
 
Цветок без запаха
 
Подошедшая к нам незнакомка оказалась весьма эффектной дамочкой с необычной внешностью. Я думал, что поживя как охотник уже привык к тому, что мои коллеги стараются выделиться и быть яркими, а девушки так вообще одна оригинальнее другой. Ну, из тех, кто именно выше второго ранга, так как вначале особо не выпендришься, выживание важнее.
Но эта девушка может посоперничать со многими в своей… обычной необычности, так это можно назвать. Наверно.
Суть в том, что с первого взгляда в ней нет ничего такого уж невероятного.
Средний рост, спортивная, одета в черно-серую экипировку как у тех солдат, что мы недавно видели. Черная кольчужная рубашка с длинными полами до колен, поверх короткий латный нагрудник и пояс-перезвясь на котором с левой стороны висел кукри, а с правой была… катана… Латные наручи, темно-серые штаны и на вид довольно тяжелые берцы.
Угольно-черные волосы, коротко подстриженные на затылке и челке, по бокам свисали двумя небольшими косичками. Бледная почти белая кожа, с острым подбородком, небольшим носом.
Но больше всего притягивали её глаза.
Большие, чистые, яркие, но разные, правый был изумрудно-зеленым, а левый лазурно-синим, причем цвет насыщенный. С гетерохромией(1) мне еще встречаться не доводилось.
Губы были растянуты в легкую полуулыбку, а небольшой прищур делал девушку немного похожей на лису или змею.
Катана на поясе в черных обтянутых кожей ножнах, с такой же черной рукоятью, и цубой в виде какого-то цветка и, почему-то, висела она с правой стороны, а не как положено слева.
В голове сразу же вспыхнули слова Военного Лидера, по поводу катаны и их владельцев. И что-то мне подсказывало, что передо мной не выпендрежник, что носит такое оружие для красоты.
Несмотря на добродушную улыбку холодный и острый взгляд этой девушки немного напрягал, и рука сама пыталась потянуться к оружию. Она чем-то напоминала мне Людвига, скорее всего, она тоже шэйдлинг, по крайней мере, легкое свечение глаз и общий вид подходит под описание.
— Доброе утро, — сказала она, встав перед нами. — Как спалось?
— Хорошо, — сказал я. — А вы из персонала поезда?
— Ах, да, простите мои манеры, — наигранной забывчивостью произнесла разноглазая. — Я нанялась в охрану поезда. Командир Четвертого взвода наемников Стальных Душ — Флорайн Гамильтон, — она слегка кивнула. — Но вам я известна как… Госпожа Цветок…
Вот эти слова заставили нас уже схватить оружие и быть готовыми защищаться.
— Не стоит, — покачала она головой. А на соседних местах поднялось еще пятеро человек, положивших руки на оружие. — Я не хочу устраивать тут кровопролитие.
— Это вы говорите после того что устроили в Тараскарии, — мрачно произнес я.
— Деятельность Вороны была не санкционирована с нами, — вздохнула она. — Глупая курица, пораженная скверной действовала самостоятельно без моего ведома. Я приказала ей ничего не предпринимать и все случившееся к нам никакого отношения не имеет. Мы бы никогда не стали бы подвергать город такой опасности. Она понесла наказание за свои действия и больше никогда никому не причинит вреда.
— Это не отменяет того факта, что она сделала, — моя правая рука будто отдалась фантомной болью вспомнив как её раздробили и как меня избивали.
— Если вам от этого будет легче, то мы постараемся компенсировать городу все издержки, — пожала… Госпожа Цветок плечами. Она говорила вежливо, обращалась на «вы», но в её словах не было ни капли почтения или уважения. — А теперь сядьте и успокойтесь, господин Максвелл. Я пришла с миром и советую ценить мою доброту.
 
— Ты пришла с миром, лишь потому, что не может прийти с войной, — заметил Барти. — Мы на нейтральной территории.
— И на этой нейтральной территории нередко проводят переговоры, — усмехнулась она. — Так что никого не удивило, когда я решила на время выкупить весь вагон-ресторан для этой цели. Чтобы здесь не произошло — никто не вмешается.
Намек ясен — нас тут могут разрезать на куски и спустить в раковину, а потом прикинуться, что так и было. Не знаю, сколько придется отстегнуть этой Госпоже Цветок за то, чтобы персонал поезда закрыл на это глаза, но думать, что они совсем неподкупны, когда на кону наши жизни, как-то глупо.
Выбора у нас особо не было, так как мы окружены и сейчас не в лучшей ситуации. Те посетители, что еще находились в вагоне-ресторане, быстро покинули это место вместе с персоналом, оставив нас наедине.
Сама же… Флорайн или как её там, бесцеремонно подвинула меня с диванчика и присела рядом. Её люди спокойно уселись вокруг и отвернулись, типа не мешая нам, но любой дурак понимает, что им нужна секунда, чтобы скрутить нас.
Мы с Барти сидели смирно и были как две взведенные пружины, что готовы в любой момент дернуться. Лишь Крес продолжила спокойно жевать салат, но эту девицу пронять куда сложнее, да и не просто так она фигней страдает.
— Итак, — начала она. — Давайте не будем тратить наше время и делать глупости. Я пришла договориться, исключительно из уважения к вашему отцу. Вы пойдете с нами и поможете нам его найти. А после вас мы спокойно можем отпустить?
— А с чего нам верить вашему слову, Флора? — прямо спросил я. — Где гарантии, что вы сдержите свое слово и не пустите нас в расход, как надобность отпадет, чтобы лишнего не болтали?
— Во-первых, мы, Стальные Души, старейшая наемничья организация в мире и мы о своей репутации думаем, а потому всегда держим свое слово. А во-вторых, — она посмотрела на меня весьма холодным взглядом, — пусть у вас и есть прозвище, господин Максвелл, но это не делает вас равным мне, а потому извольте обращаться иначе.
От нее полыхнуло каплей раздражения.
— Как грубо. Но ваши слова ничего не доказывают, госпожа Флорайн, — фыркнул я, решив все же не грубить первым. Да и никто она мне, чтобы так к ней обращаться, а потому и правда, лучше перейти на деловой тон. — Деятельность вашего человека привела к гибели защитников города, разрушениям, а потому узнай кто, что этому причастна «старейшая наемничья организация» вряд ли с вами захотят вести дела.
— Самая наглая попытка блефа, что я только слышала, — рассмеялась она хрустальным смехом. — Открою вам секрет, господин Максвелл — какую бы страшную правду вы не знали, вы не можете никого шантажировать бездоказательными фактами. У вас нет ничего, что могло бы по настоящему навредить нам, и мы пытаемся с вами договориться только для того, чтобы уменьшить возможный «побочный урон» окружающим. Его и так было слишком много.
Да, тут мы не в самом выгодном положении. О вине этой организации мы знаем лишь с их же слов и никак доказать это не сможем. К тому же по международному соглашению ни одна организация не несет ответственность за людей, что осквернены или подчинены демонам. Так что даже если ту Хлою свяжут с их организацией, то им разве что в шпионаже что-то предъявить могут, да и то, информация к ним могла, как угодно попасть. Проблемы и потери у них, конечно, могут быть, но ничего, что не могли бы решить деньги и время. И это даже если мы что-то докажем…
— Сплошная доброта и милосердие, — покачал головой брат.
— Пока между нами не было пролито крови, я могу предложить вам всю доброту и гостеприимство, которыми располагаю, — сказала она, вставая из-за стола. — Пока это не мешает выполнению моего задания, конечно же.