Чужие крылья. Академия при Храме всех богов

 
Мстислава Чёрная
 
Чужие крылья. Академия при Храме всех богов
  
Глава 1
 
Набранные за день жемчужины следовало прикрепить на стену в холле общежития, иначе жемчужины «сгорали», и прибавка к рейтингу не засчитывалась. Низкий рейтинг – это не только неизбежное отчисление из Академии, но пятнадцать лет работы на Храм. Не удивительно, что в преддверии экзаменов сокурсники стали нервными: их больше пятисот, а мест на следующей ступени всего двести пятьдесят.
Сегодня жемчужин у меня было не так много: шесть от магистра Лаялинь за удачно приготовленное зелье и три от магистра Паланы за хороший доклад. Я спустилась в обычно пустующий холл и обнаружила десятка два сокурсников стоящих у «жемчужной» стены. Странно. Не обращая на собравшихся внимание, я направилась к столбику с моим именем, но внезапно была остановлена:
– Варя Лаппа, не стоит спешить.
Я обернулась. От группы отделились четверо.
– Ты нехорошо поступаешь. Все мы знаем, что жемчужин этих ты не заработала. Задания выполнял Вьёрд, с которым ты спишь ради денег и помощи по учёбе. Брось ленту с жемчужинами и иди ублажать своего тролля.
Я не поверила своим ушам. Не ожидала наткнуться на столь вопиюще глупое поведение.
– Ребят, вы всякие границы перешли, – присвистнула я. – Угрозы, оскорбление, шантаж – полный комплект.
Я повнимательней присмотрелась к лицам. Имён я не знала, я вообще мало с кем общалась, предпочитая общению учёбу, но кое-кого вспомнила. Неудачники с рейтингом ниже среднего вместо того, чтобы учиться и зарабатывать жемчужины решили мешать другим. Какая прелесть! Предчувствуя отчисление, совсем страх потеряли.
– Брось ленту и иди.
Двое парней спинами загородили столбик с моим именем, и это уже не шутки. Самое неприятное, что эти парни правил как раз-таки не нарушают. Стоят в общественном месте, рук не распускают, магию не применяют. Я нахмурилась, прикидывая, как их обойти.
– Что же, я предупредил, – лидер двоечников отошёл и кивнул рослой мускулистой девице с лицом, неиспорченным интеллектом. Как только поступить сумела? Получив отмашку, девица ожила.
– Здесь не бордель, – заявила она, самодовольно улыбаясь.
Я мысленно ругнулась. Вьёрд не раз предупреждал, что накануне экзаменов начинается веселье, к учёбе отношения не имеющее, но я не верила. По его словам, доходило до того, что адепты с самыми низкими баллами за хорошую плату соглашались нарушить Устав академии и расчищали дорогу для денежных мешков.
– Эй, не лезьте к ней!
Я оглянулась на неожиданного защитника, и это оказалось ошибкой. Парень просто меня отвлёк, девица метнулась вперёд и со всей дури ударила меня по запястью кулаком. Я вскрикнула, выронила ленту с нанизанными на неё жемчужинами. Девица обрушила на них ботинок.
Она топнула раза два, результат её не устроил, и она принялась прыгать на жемчужинах, кроша их каблуком. Мысленно попрощавшись с девятью баллами, я покачала головой. Напрыгавшись, девица присела на корточки, вытащила из-за пояса нож и, глядя мне в глаза, разрезала ленту на части. Помешать я вряд ли бы смогла. Не в драку же лезть.
– А твои приятели сбежали, – протянула я, любуясь тем, как стремительно пустеет холл.
Знают, что сейчас будет. Не успела девица подняться, как из зала внутренних порталов вышел дежурный магистр:
– Что здесь происходит?
Я молча протянула руку, предлагая считать последние события с браслета. Дежурный притронулся к алому ободку пальцем, застыл с отрешённым выражением лица, считывая информацию, затем тоже самое проделал с браслетом девицы и удовлетворённо кивнул:
– Адептки, сообщение об инциденте будет передано в администрацию прямо сейчас, комиссия соберётся завтра. Хорошего вечера.
Что и следовало ожидать. Самое обидное, что никакого разбирательства не будет. Сокурсницу, безусловно, накажут за порчу имущества, скорее всего отчислят, но и мне достанется. Не смогла уберечь ленту – виновата.
Дежурный, убедившись, что драки не будет, покинул общежитие. Не дожидаясь новых неприятностей, я направилась к лестнице.
 
– Тебе не дадут новую ленту, – злорадно крикнула девица.
Возможно. Я мельком взглянула на «жемчужный» рейтинг. Со вчерашнего дня ничего существенно не изменилось. Первое место по количеству жемчужин занимает Вьёрд, а я хоть и являюсь середнячком, но в сотню лучших вхожу.
– Пусть так. В любом случае, в отличии от тебя, меня на вторую ступень возьмут.
– С чего бы? Без возможности добавить новые жемчужины, ты просядешь в рейтинге.
Я напустила на себя побольше загадочности, фыркнула и, передумав подниматься по лестнице, шагнула на платформу-лифт.
На самом деле всё было не так радужно, как мне бы хотелось представить, но я буду не я, если не перейду на следующий курс. Не выдадут ленту? Отлично! Выложусь на экзаменах так, что ни у кого сомнений не возникнет, брать меня дальше или не брать.
На этаже я столкнулась с Вьёрдом.
– Оказывается, меня в твои любовницы записали, – пожаловалась я троллю.
– Ты только сейчас это узнала? – удивился Вьёрд.
Я отрицательно качнула головой.
– Тогда я не понимаю, зачем заострять внимание на старых слухах, – он провёл пальцем по кончику непропорционально большого носа, чуть улыбнулся, и из-под верхней губы выступили короткие клыки. У вампиров, пожалуй, зубки поскромнее будут.
Я не заостряла внимание на сплетнях. Хочет кто-то тратить время на рассказывание обо мне гадостей – пожалуйста. Мне было неприятно, что мои заслуги приписывали Вьёрду. Да, иногда он мне помогает, но задания я выполняю сама. Я отвернулась от тролля и вошла к себе.
Благодаря бабушкиному наследству я оплатила даже не комнату, а целые покои: собственный холл, гостиная, кабинет, спальня и несколько дополнительных помещений. Получилось расточительно, но выбора не было: когда я получила деньги, более дешёвые варианты были заняты.
Навстречу мне вышли Серан и Хён. Серан нежить, причём уникальная, сама создавала из мёртвой плоти, серебра и забывшей своё прошлое души. Хён – подаренный мне птенец чёрного феникса, в прошлом оборотень, лишившийся ипостаси и застрявший в птичьем облике.
Хён широко раскрыл крылья, подобрал одну ногу и грациозно поклонился. Раньше он после подобных пируэтов всегда заваливался, а месяца три назад наловчился исполнять поклон безукоризненно. Сначала я думала, что для Хёна много значит воспитание, поэтому он передо мной вытанцовывает, лишь недавно поняла, что он всеми силами пытается сохранить свою человечность. Я не стала подхватывать его на руки, как привыкла, и гладить по перьям. Вместо этого улыбнулась:
– Привет! Соскучился?
Птенец хрипло каркнул.
Кажется, вернуть Хёну ипостась нужно как можно скорее, пока он не свихнулся. Я прошла в гостиную и обернулась к Серану:
– Сделаешь чай?
На вечер у меня были планы. Я собиралась дочитать многотомную энциклопедию теории магии и начать повторять материал к ближайшему экзамену. Расписание уже составили, и оно, мягко говоря, не радовало. Первой дисциплиной назначили «Жреческое дело». Экзамен начнётся в восемь утра, в то время как завтрак в столовой с девяти, то есть предполагается, что отвечать адепты будут на голодный желудок. Больше того, экзаменовать нас будут не преподаватели академии, а приглашённые жрецы храмов. На каждого адепта один экзаменатор.
По «Магическому праву стран мира» письменная работа на четыре часа и, изверги, в тот же день работа по «Культуре народов мира». Последний экзамен будет по моему любимому предмету «Нежитеведение. Борьба с нежитью» и пройдёт в несколько этапов.
– Ваш чай, госпожа!
Хорошо иметь ручную нежить, лучше только ручной вампир, с которым мне недавно пришлось расстаться, впрочем, не только с ним.
Поблагодарив Серана, я сосредоточилась на последней главе энциклопедии, которую мучила уже не первый месяц. Книжка была написана заумно, но толково. Как мне сказала наставница, учебника лучше я не найду и оказалась права. Пришлось ломать мозг о тяжеловесные словесные конструкции, но оно того стоило. Я ни разу не пожалела, что взялась за энциклопедию всерьёз, а не ограничилась отдельными разделами.