Сердце Зверя
Тарелки с едой призывно пахнут, напоминая о времени обеда. Мать Артура готовит отлично, у нее вкусно абсолютно все, это правда.
Беру тарелку и втягиваю носом ароматный запах. Организм тут же реагирует выделением желудочного сока и желанием немедленно поесть.
– Фу, нет! – одергиваю себя и с силой швыряю обе тарелки в стену, наблюдая, как еда медленно стекает по покрытию.
Еще отравит меня Артур ненароком на пару со своей мамочкой, а потом представит все как несчастный случай. Затылком я ударилась тоже совершенно случайно и, конечно же, сама.
Тут с улицы доносится громкий звук. Кто–то жмет со всей силы на клаксон на руле? И до меня доходит.
– Окно! – резко подрываюсь на ноги, от чего едва не падаю из–за приступа головокружения, и подбегаю к окну. – Он вытащил ручку? – смотрю в недоумении на зияющую дыру в месте, где должна находиться оконная ручка. – И как это понимать?
Такое ощущение, что Артур не первый раз запирает людей против их воли. Он подозрительно подготовлен. За кого я собиралась замуж?
Замуж! Он этого и хочет. Этим и аргументировал необходимость помириться. Еще и какой–то древний языческий обряд приплел. Все более и более странно.
Не удивлюсь, если обрядом окажется человеческое жертвоприношение, вот только я не девственница, каких любили класть на алтарь.
В голове возникает картинка, где я лежу полностью обнаженная в древнем склепе, а Артур со своей семьей облачен в длинные балахоны, что–то читает на неизвестном мне языке, а потом пронзает меня кинжалом, собирая проливающуюся кровь в подставленную чашу.
Остервенело мотаю головой, прогоняя пугающее видение. Читать надо меньше, и не буду фантазировать на подобные темы. Жертвоприношения незаконны, и они имеют место быть лишь на бумаге в книжках для любящих пощекотать себе нервы особ вроде меня.
Правда, оборотни и вампиры действительно среди нас, а про них тоже написано куча «вымышленного» в книгах.
Но Артур не собирался меня убивать, он хотел, чтобы я прислуживала ему после свадьбы и обряда. Жертвоприношение с неполным убиением? Периодическое орошение алтаря моей кровью?
– Ааа, – кричу и со всей силы стучу в окно, пытаясь разбить его, – помогите!
Глава 13
Растеряно оглядываюсь в поисках подходящего тяжелого предмета, и мои глаза натыкаются на стул. Хватаю его и с разбега ударяю им об окно. Но на мою беду оно оказывается бронированным, и стул резво отскакивает обратно на меня. Я едва успеваю отпрыгнуть в сторону.
– Твою ж! – ругаюсь вслух. – Чтоб всех этих мажоров каток переехал. Поставили им в доме особые стекла, видать, не одна я жажду их разбить.
После этого физического подвига моя голова снова дает о себе знать. Адреналин притупил боль, но не убрал ее полностью. Приходится выпить таблетку и рухнуть в кровать лицом вниз в надежде на то, что следующее пробуждение будет лучше этого. А, может, я и вовсе окажусь где–нибудь далеко–далеко от Артура и его квартиры.
– Вот наглая девица, смотри, что она сделала с моей стряпней, – доносится до меня возмущенный голос. – Еще и стену испортила! Ее нужно заставить приводить все это в порядок!
– Мама, я запер ее в комнате, а до этого сильно ударил по голове. Я не специально, это первое, что пришло мне в голову, когда я не смог уговорить ее остаться. Алена жаловалась на боль и плохое самочувствие, когда очнулась, – виноватым голосом произносит Артур.
– Ты идиот.
Раздается звук затрещины.
– Ай! Больно!
– Нежнее надо с девушками, вот обручишься, тогда и будешь свои порядки устанавливать, а до этого ни–ни! – строго говорит женский голос, принадлежащий матери Артура.
– Да понял я, – обидчиво тянет тот.
– Нужно было мне с работы бежать, не отпускать тебя одного, этого бы не произошло. Ты мог ее убить! И доктор нужен, от чего она не просыпается. Она хотя бы дышит?
Моей шеи касается холодный палец, невольно ежусь.
– Жива, а еще и проснулась, кажется. Открывай глазки, Алена, будем заново мириться, – произносит торжественно Артур.
Нехотя разворачиваюсь и сажусь на кровати. Молча перевожу взгляд с матери на сына и обратно. Я опасаюсь им что–то говорить, потому что ничего хорошего в голову не идет. А если я скажу, что по ним плачет тюрьма, и что я обязательно напишу на них заявление, то мой шанс на побег из этой комнаты станет ниже нуля.
– Деточка, здравствуй, как ты себя чувствуешь? – слово берет мать Артура. – У моего мальчика сработали рефлексы, он не хотел тебя ударить, просто так получилось. Психологически ты была для него опасностью, грабителем, проникшим в квартиру, вот он и поступил, как учили на курсах по самообороне. Ты его прости, не держи зла.
Откровенно дурацкая отмазка, но надо ведь ей что–то сказать.
– Здравствуйте, – произношу и на секунду замолкаю, чтобы восстановить баланс спокойствия и терпения в организме. – Бывает, наверное, и такое. А сюда он меня поместил, конечно же, испугавшись своего поступка, да? Но раз мы обсудили это недоразумение, я могу выйти?
– Кхм, – на лице матери Артура на мгновение появляется замешательство, – конечно, ты можешь ходить по квартире, мой мальчик переборщил с заботой. Но на улицу не стоит идти. Может голова закружиться, и ты упадешь.
Ясно, заточение продолжается.
– И как же долго я, по–вашему, должна быть на больничном?
– Пока не выздоровеешь, до свадьбы, думаю, успеешь. Я, правда, перенесла дату бракосочетания, оно состоится раньше, – произносит мать Артура с приторной улыбкой на губах.
А я смотрю на нее и чувствую приступ нечеловеческой ярости. Наверное, впервые мне хочется стать зверем и перекусить кому–то глотку.
Эх, Зверь, нашел ли ты себе кого–то другого? Бросаю взгляд в окно, там царствует вечер, самое время найти себе подругу.
Внезапно квартиру оглушает настойчивый звонок в дверь, и почти сразу к нему добавляется сильный стук, как будто кто–то очень жаждет, чтобы ему открыли.
Глава 14
– Кто это? – мать озабоченно смотрит на сына. – На соседей непохоже, или здесь изменился контингент за время моего отсутствия?
– Да вроде нет, – Артур растерянно смотрит на родительницу, – не замечал никого нового.
– Ты и старого не заметишь, – едко комментирую, поудобнее устраиваясь на подушках. Кто бы не ломился в дверь, он принесет мне пользу. Враг моего врага – мой друг. – Я всегда здоровалась с твоими соседями, а ты их словно не замечал.
Тем временем стук усиливается, дверь грозится слететь с петель.
– Ого, я смотрю, на окнах застройщики не поскупились, а входную дверку сделали хлипкой, да? Там фикция, имитация металла? – с интересом прислушиваюсь, выглядывая в проем.
С моего места как раз виден вход в квартиру.
– Иди посмотри, – цедит сквозь зубы моя несостоявшаяся свекровь сыну, – но аккуратнее.
– Так вы в правоохранительные органы обратитесь, пусть приедут вас спасать и меня заодно в больницу отвезут, чтобы два раза не ездить.
– А ты прекращай ерничать! – зло произносит женщина, ее рука дергается, но она быстро возвращает ее на место.
Правильно, сыночку своему оплеухи раздавай, а не мне.
Несколько секунд, что Артур медлит, вспоминая, что именно он мужчина среди нас, оказываются последними для двери. Она слетает с петель и с оглушительным грохотом падает на паркет в прихожей.
Теперь точно кто–то и соседей вызовет помощь. Для меня это выгодно. Лишь бы тот, кто выломал дверь, не перепутал меня с хозяевами квартиры, он явно пришел по их душу.
– Ау, есть кто дома? – раздается знакомый голос. – Ваша дверь упала, но я подниму ее, не переживайте, – гость с легкостью устанавливает дверь обратно. – Петельки, конечно, уже все, но, главное, дырка закрыта.
Догадка осеняет мой побитый мозг. Я одновременно боюсь в нее поверить и радуюсь, что это он.
– Алек? – слезаю с кровати, принимая вертикальное положение. – Я здесь!