На тропе Луны

Потом Арно подрос, и Кира изобрел отличный квест, круче, чем на компе, под кодовым названием «Иди домой». Он отвозил Арноху на машине в некий таинственный «пункт», а домой тот добирался самостоятельно – пешком, на электричке, маршрутке или метро. В последнее время эта игра выплеснулась за пределы Москвы в область. Причем всякое бывало – и от контролеров удирал, и подраться приходилось, и спрятаться, пройдя сквозь стену.
Отца бы удар хватил, если бы он узнал. Поэтому Арно ни словом не обмолвился о своих приключениях. Заботливый сынок, да и только.
Но самая круть началась, когда Арно исполнилось одиннадцать. Отправляться в очередной раз в скучный Кембридж в компанию «золотых деток» ему совсем не хотелось. Они с Кирой, конечно, все свободное время болтались по Соединенному королевству, но свободного времени было не так уж и много, а в ближайшие каникулы и вовсе не предвиделось. Арноха ничего не имел против учебы и тренировок, но и те и другие в летней школе в Кембридже были слабоваты – рассчитаны на деток сложного возраста, наследничков, которые интеллектом не блистали и никак не могли понять, почему Арно Резанов не рвется развлекаться с ними – травить менее «золотых» учащихся летней школы. Ведь это так круто!!! А Резанову точно ничо за это не будет, гы.
Просто у них не было Киры.
Арно как раз скидывал в чемодан какие-то рубашки и думал, следует ли сдавать в багаж новый набор инструментов, когда Кира без стука ввалился в комнату и с маху ухнул в кресло, вытянув ноги.
– Ну что, пацан, на Туманный Альбион не тянет?
– Не тянет.
– Совсем-совсем не тянет? – Кира хитро улыбнулся.
Внутри у Арно что-то зашевелилось. Надежда, надо понимать.
– Кира, ты что-то придумал? Не хочу я ни в какой Кембридж, там скучно, и дебилы одни.
– Ну-у, пацан, а ты у меня, значит, не дебил? Ну ладно, кип сикритс умеешь?
– Аск!
Как Кира провернул эту авантюру, Арноха так и не понял. Наверное, с помощью Юли и папиного секретаря. Ни в какой Кембридж они не поехали. Вернее, по бумагам-то поехали. Договорились обработать кое-какие прошлогодние фотки в фотошопе и выдать за новые. Отец все равно не слишком интересовался делами сына. Съездил? Отучился? Оценки хорошие, к школьному году готов? Вот и славно, молодец, наследник, папочкино светлое будущее.
Вместо Англии Кира повез Арноху в Григорьевку где жила его бабушка Надежда Кирилловна и куда на каникулы – кто на все лето, кто на месяц – съезжался добрый десяток Кирюхиных родных и двоюродных братьев. Кирюха и еще кто-то из взрослых чинили-строили, сажали-копали-поливали, а Арноха то помогал им вместе с остальными пацанами, то гонял по лесу и озерам с ними же – отличная подобралась компания, от шестилетнего фаната пряток Владика до хмурого Ромки-первокурсника.
Но где-то они, видимо, прокололись. Потому что после второго такого лета, год назад, Кира пропал. А Резанов-старший не собирался давать объяснений. Никаких и никому, в том числе сыну.
– Справляться перестал, – процедил он сквозь зубы. – Другая работа ему нашлась.
Арноха только скептически хмыкнул. Про себя, вслух не решился.
Отец припарковался как обычно, боднув между делом «хаммер» кого-то из подчиненных («Ду ю спик инглиш, сынок? Так вот, автомобиль – залог страдательный, ха-ха»).
– Ты точно не хочешь посидеть в машине? Может, в спортзал тебя закинуть? Обязательно туда тащиться?
Папа небрежным кивком указал на «Бургер кинг». Дешевая забегаловка прилепилась прямо к «Темной ночи», такова уж московская пестрая реальность, где бешено дорогое для избранных запросто соседствует с копеечным для всех.
– Пап, ну могу я, как обычный пацан, бутер в кафе слопать?
– Воля твоя, сын. Homework прихвати.
– Домашка у меня всегда с собой… – Арноха сцапал свой рюкзак.
В таких кафешках было здорово сидеть и смотреть на ровесников и взрослых, рисовать, чертить маршруты из Подмосковья домой, набрасывать проекты по улучшению всяких подвернувшихся под руку механизмов. Да просто быть одному и заниматься своими, и только своими, делами.
 
И сегодняшнее дело
Отлагательств не терпело.
Прям стихи получились! Арноха вытащил свой смартфон и набрал номер, обозначенный как «НадежГриг, историк».
– Алло?
– Теть Надя, здравствуйте, это Арно… Резанов, помните? – Называть бабушку Киры по имени-отчеству или «баб Надь» у него не получалось.
– Ой, Арношенька, – ласково и встревоженно отозвалась та. – Как ты, у тебя все в порядке?
– Д-да, все хорошо… – Арнохе было мучительно стыдно перед этой замечательной теткой, потому что, как ни крути, а в исчезновении Киры виноват был он, и только он. – Теть Надь, от Киры слышно что-нибудь?
– Да считай, ничего, – почти всплакнула та. – Вот, денежки перевел и эсэмэску прислал, мол, здоров, зарплату получил, не волнуйтесь. А как тут не волноваться? Весточка раз в месяц… Разве что радоваться, что живой. Живой ведь, ты как думаешь?
– Конечно, – выдохнул Арно, хотя на самом деле он прекрасно понимал, что все это мог проделать любой, знакомый с Кириной биографией… и заполучивший его мобильник. Вот только зачем?
– Арноша, ты меня слышишь? – В голосе тети Нади зазвучала уже нешуточная тревога. – Если у тебя что-то случится, тут же прыгай в поезд и приезжай. Ты мне тоже как родной, мальчик. Звони почаще, говори, как дела. И от Владьки привет тебе, он на выходных был, второклассник уже…
– Спасибо… теть Надь, вы простите меня, пожалуйста.
– За что, Арноша? У Кирилла работа такая – людей защищать. Опасная она, только виноват не ты, а те гады, от которых приходится детей спасать.
Он быстренько распрощался, потому что стыдно было зареветь в трубку. А зареветь хотелось, просто от непоправимости.
Бургер, взятый скорее чтобы оправдать свое присутствие в заведении, не лез в горло. Да ну его совсем, не пожрать пришел. Пора выяснить, что же такое стряслось с Кирой. И что вообще происходит вокруг. Арноха был не дурак и понимал, что его способности относились к разряду «сверхъестественных», а раз папа так умело ими пользовался, значит, «сверхъестественное» глубоко пустило корни в семье и бизнесе Резановых. И еще глубже в «Охотничьем клубе», заседания которого отец никогда не пропускал.
Арно убедился, что никто не обращает на него внимания, и направился к стене, по его прикидкам, общей со стеной «Темной ночи».
Это было очень странно. Арно уперся руками в стену и как бы отодвинул ее. «Как бы», потому что он, конечно же, никуда стену не сдвигал, да и не смог бы. В его мыслях и, странным образом в объективной реальности, стена словно расслоилась. Арноха нырнул за ее верхний, наружный слой, оставил его позади.
А со стороны, наверное, показалось, что мальчишка просто прошел сквозь стену (хотя, скорее всего, никто и внимания не обратил – ну исчез и исчез, главное, за бургер заплатил). На самом деле Арно оказался внутри стены – кстати, весьма просторное помещение, заполненное всякой разной дребеденью – сломанными стульями, манекенами, чайными чашками, велосипедными колесами. И пылью. Глаза сразу зачесались, и захотелось чихать. Но ему еще предстояло поискать выход в «Темную ночь».
Арноха весьма уважал разного рода фантастику и полагал, что имел дело с так называемым четвертым измерением. Сам он называл это внутренностями. А Кира – глубиной. Забавным было то, что глубина рекламного плаката иной раз оказывалась размером со спортзал, а в глубину его собственной подушки сложно было даже руку просунуть. К счастью, выходы в соседние помещения во внутренности стен находились всегда.
Во внутренностях было довольно-таки светло, но передвигаться все равно приходилось на ощупь. Выход нашелся между одноглазым плюшевым медведем и велосипедным колесом – обычный перевернутый стол, помеченный штампом «“Темная ночь”, зал № 1». С виду простая деревяшка, он все же как-то по-особому подался под руками. И Арно, уже почти задохнувшийся от пыли, очутился в темном обеденном зале ресторана, прямо под столом, всего в двух шагах от уютного, очерченного светильниками круга, где расположились отец и его Охотничий клуб. Стараясь не дышать, Арноха переполз в стоящее рядом кресло и уселся в него прямо с ногами. Перед ним на столе высилась ваза, загораживающая обзор. Ничего, из-за нее можно и выглянуть; в темном зале его, скорее всего, не заметят.