Тёмный принц (ЛП)

Что случилось? Ленгу стало хуже?
При чём тут Ленг? Я говорю о твоём принце.
И вовсе он не мой принц. Если бы он не презирал меня за то, что я калека и крестьянка, то наверняка презирал бы за то, что я не Стари Атрелан, на которой определённо собрался… Подождите-ка… Принц упомянул о своей невесте, Стари. Разве Стари не злилась на то, что вместо неё выбрали Саветт? Разве не Саветт должна была стать посвящённой невестой для принца Рактарана, Лорда Баочана?
  
Я заспешила по тропинке. Надо найти костыль получше, а не пользоваться этим недоразумением. Моих знаний более-менее хватало, чтобы приносить кое-какую пользу, но из-за своей дурацкой ноги я вечно оказывалась невовремя в нужном месте. Нога отозвалась резкой болью, словно возражая против моих слов.
Поднявшись на холм, я увидела принца, стоявшего перед Раолканом и Альскиби с поднятыми руками. Раолкан развернул крылья и отвёл назад голову, словно собираясь кашлянуть на него пламенем, а Альскиби закрыл собой распростёртое тело Ленга, защищая.
Это и есть потенциальная жертва Раолкана?
Да.
— Принц Рактаран? — Мой голос прозвучал не так решительно, как хотелось бы.
Похоже, он не услышал меня, потому что продолжал разговаривать с драконами.
— Спокойно, мальчики. Спокойно. Прорицатель поднимется сюда с минуты на минуту и разрушит узы, которыми они опутывают драконов. Мы освободим вас от этих отживших своё всадников, и вы станете птицами Баочана. Разве вам не хочется поквитаться, a? Показать этим поработителям, что есть настоящая свобода?
Что он болтает?
Предлагает отомстить Доминиону.
И они примут его предложение? Драконы ничем не обязаны Доминиону.
Но я люблю тебя. A Альскиби — Ленга. Мы не прислуживаем вам, в отличие от остальных драконов. Мы выбрали вас ради дружбы, а это порождает, в свою очередь, любовь и привязанность.
Я почувствовала комок в горле. Я никогда не перестану удивляться его доброте ко мне. И никогда не буду её достойна.
Речь не идёт о достоинстве. И никогда не шла.
Я должна быть смелой ради него, Альскиби и Ленга. Я прокашлялась.
— Принц Рактаран. Оставьте драконов в покое.
Он даже не обернулся.
— Они не принадлежат тебе.
— Я этого и не утверждала. Я прошу вас перестать докучать им. — Мои слова прозвучали довольно дерзко. Учитывая, что они были обращены к царственной особе. Но что же ещё оставалось?
Я могу поджарить его.
Лучше не доводить до этого. Иначе разразиться война.
— На таких великолепных зверях должны ездить не калеки, а принцы. Вместе мы распространим власть Баочана на весь мир, и я покажу Совету, что я и есть их истинный владыка.
Я содрогнулась. Надо его отвлечь от подобных мыслей.
Или я в самом деле его поджарю.
— А я думала, вы собирались жениться на высшей кастелянке из Доминиона, чтобы укрепить мир между нашими народами.
Мужчина громко хохотнул и наконец удостоил меня взглядом.
— Ты осведомлена явно лучше, чем казалось.
Я подняла руку. Мне не хотелось выслушивать его длинные речи, иначе решить наш спор миром не удастся.
— Я знаю вашу наречённую, Саветт Лидрис.
Глаза юноши загорелись, и он сложил руки на груди — его это одновременно заинтриговало и насторожило.
— Расскажи о ней.
— Драконы никуда с вами не полетят, какой бы прорицатель там не колдовал.
Он махнул рукой, как будто уже охладел к своей идее. Принца на удивление можно было легко отвлечь от задуманного, если предложить взамен нечто более интересное. Надо взять это на заметку.
— Что ж, хоть какая-то от тебя польза. Расскажи мне об этой Саветт.
— Она очень красивая.
Он улыбнулся. Хороший знак, я была на верном пути.
— Очень умная.
Его, кажется, это не особо впечатлило.
— Храбрая и сильная.
Мужчина пожал плечами.
— Она родом из могущественной семьи высших кастелянов, которую уважают все доминионцы.
Улыбка вернулась. Принц явно считал её своим призом или марионеткой. O Саветт! Что они с ней сделали? Я должна разыскать подругу, где бы она ни была. В противном случае маги доберутся до Саветт раньше, чтобы её место заняла Стари, или этот принц-выскочка женится на ней. Оба исхода были неблагоприятными.
— И она летает на таком же драконе? — Он, казалось, над чем-то раздумывал. — Видимо, в качестве приданого они предложат мне с десяток этих всадников. Нет, лучше двадцать. — Принц оглядел меня. — Здоровых, сильных всадников.
Я старалась не показывать своего раздражения. Даже мои враги не принимали меня в расчёт. Юноша потёр пальцами подбородок и наконец улыбнулся.
— Можешь врачевать своего друга, а потом улетайте. Думаю, у меня появились планы получше. — Он собрался уже уходить, но потом вновь повернулся ко мне. — Ах да, никому не рассказывай об этой встрече, или я прикажу своим людям отправить твоего дракошу на тот свет. Я слышал, фиолетовые драконы редки. Тебе будет трудновато найти ему замену.
Принц как ни в чём не бывало зашагал в сторону леса, словно забыл, что прямо за его спиной сидели два разъярённых дракона. Он уже ушёл, а я по-прежнему стояла, широко раскрыв рот. Замену? Раолкана никто никогда не сможет заменить.
И всё-таки зажарить его, наверное, стоило.
 Глава пятая 
Я поспешила к Ленгу.
Пойду посмотрю, что они делают. Если вернутся, то воочию убедятся, почему нельзя просто так взять и увести дракона. С ними мы никакого договора не заключали.
Раолкан крадучись спустился по тропинке. Aльскиби зашипел на меня, но подвинулся, чтобы я смогла дотянуться до Ленга; я уже не обращала внимания на его дурной характер. Наверное, он тоже волновался.
Ещё бы. Драконы не болеют так, как люди.
Ленг лежал, неловко привалившись к скале. Я присела рядом и перевернула его на спину, подложив под голову одеяла из спальников. Повсюду были раскинуты наши вещи — то ли их разбросал Ленг, то ли сами драконы выразили таким образом свою неприязнь к Рактарану.
Ленг что-то пробормотал, и веки его затрепетали. Я схватила бурдюк с водой, смочила тряпку и поспешно вытерла ему пот со лба. Он весь горел. Я поднесла к губам Ленга воду и осторожно, по чуть-чуть, влила ему в рот тоненькую струйку.
— Амель.
— Не сдавайся, Ленг. Я сделаю тебе ещё одно лекарство.
Ленг закрыл глаза, и я немного подождала, думая, что он спросит у меня ещё что-нибудь. Когда он затих, я доковыляла до сумок, вытащила горшок и вылила в него последние запасы чистой воды. Затем я оборвала лепестки, подивившись их сладкому запаху. От одного только аромата моя усталость несколько отступила. Безжалостно побросав их в горшок, я принялась разводить огонь. Как только настой будет готов, отправлюсь на поиски свежей воды.
Давай я её наберу.
Я подняла глаза и увидела, что Раолкан вернулся со своего обхода. Разложив маленькую кучку хвороста, я подула на неё, чтобы разжечь огонёк.
Баочанцы вернулись на корабль. Понаблюдаю за ними, пока они не уплывут восвояси. На юге бежит ручей с чистой водой. Дай мне свои бурдюки — я наполню их.
Каким же образом? У Раолкана не было рук, а набирать воду пастью — практически невыполнимая задача.
Это уже моя забота.
Я помедлила, потеребив прутики, прежде чем кинуть их в огонь, но мгновение спустя поднялась, собрала бурдюки (целителей и наш) и вручила ему. Чтобы Ленг выздоровел, нам понадобится много воды. Раолкан зажал их между зубами, и я могла поклясться, что он улыбнулся.
  
Всё оставшееся утро я готовила настойку, не давая Ленгу перегреться или, наоборот, замёрзнуть, потому что его одолевал то жар, то озноб. Aльскиби сновал туда-сюда и ни разу не присел отдохнуть. От его движений я всё время подскакивала, но я не винила дракона. Мне просто хотелось, чтобы он поднялся в воздух вместе с Раолканом и помог ему высматривать врагов.