Драэкора (ЛП)

— А теперь давай попробуем снова, — сказал Ренко, многозначительно жестикулируя Алекс и ее друзьям, чтобы они следовали за ним из камеры.
Бросив на Биара взгляд «попробовать стоило», Алекс шагнула вперед и последовала за Ренко по ряду ослепительно белых коридоров, пока они не миновали охраняемый контрольно-пропускной пункт и не прошли гуськом через какой-то сканер тела. Это напомнило Алекс о прохождении службы безопасности аэропорта, и она задалась вопросом, какой в этом был смысл, поскольку даже их сотовые телефоны не были конфискованы во время их заключения… хотя они каким-то образом были деактивированы, что означало отсутствие входящих или исходящих звонков, несмотря на их отчаянные попытки связаться с Джонни для получения вариантов побега.
Независимо от того, искал ли сканер оружие или что-то еще, или, возможно, он действовал как электромагнитное поле и теперь активировал их устройства, или так надеялась Алекс, — он пропустил их без проблем, и оттуда Алекс и ее друзей втолкнули в лифт. После сногсшибательного путешествия наверх двери открылись в большую комнату, заполненную нарядно одетыми людьми, которые целеустремленно ходили.
До этого момента Алекс предполагала со слов Ренко, что их перевели в какую-то высокотехнологичную, необычайно чистую тюрьму, но теперь она понятия не имела, где они находятся. Нет, пока она не увидела табличку, вывешенную прямо над винтовой стеклянной лестницей, к которой их вели. «ВЕРХОВНЫЙ СУД МЕДОРЫ» было написано большими жирными буквами, под ним была выгравирована эмблема Стражей: два скрещенных меча под короной.
К этой картинке было дополнение, которого Алекс раньше не видела, с эмблемой, расположенной в середине щита над словами: Sosaar de ne lenorsa.
— «Нас много, но мы едины», — тихо продекламировала Д.К., отвечая на невысказанный вопрос Алекс. — Это должно быть напоминанием о том, что наши действия влияют на жизнь окружающих нас людей каждый день. — Ее взгляд прошелся по комнате, и она продолжила шепотом: — Не могу поверить, что мы в Верховном суде. Это так нехорошо, ребята. — Охранник позади нее ткнул ее Стабилизатором в спину, и она захлопнула рот.
В тот момент, когда все ступили на спиральную лестницу, Ренко что-то нажал на перилах, и они ожили, поднимая всех, как эскалатор. Когда достигли того, что, по мнению Алекс, находилось примерно на высоте четырех этажей, охранник подтолкнул ее, чтобы она последовала за Надзирателем по другому длинному коридору, на этот раз со стеклянными стенами, которые привлекали внимание Алекс на протяжении всего пути.
— Мардения. Город на холме, — сказал Ренко, проследив за ее взглядом и пристроившись рядом с ней.
Чувствуя, что он ожидает ответа, она прищурилась на открывающийся вид и сказала:
— Тут очень… чисто.
Каким бы странным ни было ее описание, это было единственное, что Алекс смогла быстро придумать. Глядя на город, раскинувшийся на склоне того, что определенно было холмом, Алекс поражалась тому, насколько все было белым. Как и Верховный суд, здания, тянущиеся вдоль ярко-синего океана, были выцветшими. Пейзаж вызвал в памяти воспоминание о том времени, когда она путешествовала по греческим островам со своими родителями, когда они работали на раскопках за пределами Афин. Они взяли четырехдневный отпуск на работе и наняли лодку, чтобы совершить круиз по Эгейскому морю и побывать на стольких островах, сколько позволяло время.
Прежде чем Алекс смогла должным образом предаться ностальгии, они дошли до конца коридора с окнами, и Ренко приказал им сесть в маленькой комнате ожидания.
— Ваш суд начнется через пять минут. Ждите здесь, пока вас не позовут.
Алекс с тревогой посмотрела на Ренко, когда он и охранники выходили из комнаты.
— Наш суд?
Он повернулся к ней, когда дошел до двери, его лицо ничего не выражало.
— Вы незаконно проникли на сверхсекретный объект. Неужели вы ожидали отделаться простым предупреждением?
И с этими словами он запер их в маленькой комнате.
— Так и что тут у нас? — спросила Алекс Д.К.
 
— Мое предположение? — Д.К. нервно прикусила губу. — Ничего хорошего. Нас поймали с поличным, Алекс. Как бы это ни было отстойно, нам, возможно, придется попросить кого-нибудь связаться с моими родителями.
— Я вижу, что разговор идет как надо. — Алекс повысила голос, имитируя Д.К.: — Извините, начальник тюрьмы Ренко, вы не могли бы связаться с королем и королевой, чтобы сказать им, что их дочь заперта в тюрьме? Нет, правда, я обещаю вам, я принцесса. — Алекс закончила свою декламацию, многозначительно оглядев молниеносную, грязную внешность своей подруги. — По какой-то причине у меня такое чувство, что ему будет трудно поверить нам.
— К счастью для тебя, маленький человек, тебе не придется ждать, чтобы узнать, правда ли это.
Алекс обернулась только для того, чтобы разинуть рот при виде огромного мейаринского охранника Заина, небрежно прислонившегося к стене.
— Я оставляю вас одних на несколько дней, и вы в тюрьме, — сказал он, рассматривая их неряшливый внешний вид со смесью раздражения и веселья. — Однажды ты сказала мне, что тебе не нужна нянька, но все улики указывают обратное.
— Что ты здесь делаешь, Заин? — спросила Алекс, пораженная тем, что он стоит там вместе с ними. — Как ты вообще сюда попал? Нет, погоди. Как ты узнал, где нас найти? — Она сделала паузу. — Ты здесь ради нас, верно?
— Всегда такая любопытная, — сказал Заин, отталкиваясь от стены и двигаясь к ней с мейаринской грацией. — Повернись, Алекс.
Он не дал ей возможности последовать приказу, так как его тяжелые руки легли ей на плечи, поворачивая, пока она не оказалась к нему спиной. Девушка услышала щелчок, прежде чем путы упали на землю. Массируя запястья, Алекс наблюдала, как он освобождает Д.К. и Биара с помощью смертоносного на вид лезвия. Заин не пропустил, когда ребята вздрогнули, потирая раненые руки.
— Подойдите ближе, люди, и мы обработаем ваши раны в Мейе.
Когда Алекс открыла рот, чтобы повторить свои вопросы, он послал ей уничтожающий взгляд и сказал:
— Если, конечно, ты не хочешь остаться здесь и закончить судимостью и тюремным сроком?
Она захлопнула рот, и все трое придвинулись ближе к Заину. Почти сразу же земля ушла у них из-под ног, когда активировался Валиспас, выстрелив им прямо сквозь стены Верховного суда в закат.
К счастью, Заин недавно провел довольно много времени с человеческим «я» Алекс, поэтому он знал, что нужно протянуть руку и поиграться с настройками Вечного Пути — настройками, которые были невидимы для человеческих глаз. Он вдавил узорную последовательность в прозрачную стену, отчего холод ветра мгновенно исчез. Несмотря на то, что они парили над белыми зданиями Мардении с головокружительной скоростью, их полет был плавным и бесшумным. На самом деле, если бы Алекс закрыла глаза, она бы вообще не заметила, что двигается.
— Думаю, меня сейчас стошнит, — прошептала Д.К., бледно уставившись на размытый пейзаж, когда Валиспас набрал скорость.
Алекс забыла, что только она раньше испытывала Путь на полной скорости. Ее друзья занимались этим вместе с ней дважды, но только между Мейей и Раэлией, и в гораздо более спокойном темпе.
— Вот, — сказал Заин, вытаскивая из-под плаща смятый белый цветок и протягивая его Д.К.. — Пожуй, тебе станет лучше.
Как бы она ни была больна, она не стала его расспрашивать. Д.К. положила цветок в рот, закрыла глаза и сделала намеренно контролируемые вдохи. Через несколько мгновений лицо порозовелоц, и она снова открыла глаза, выглядя ошеломленной.
— Вау, — выдохнула девушка, продолжая жевать. — Хорошая штука.
— Фредонвид, — сказал Заин. — Лечит большинство поверхностных заболеваний желудка. — Его глаза загорелись озорством, и он добавил: — Когда его растирают в пасту, это также удивительно эффективный крем для обуви.
Д.К. снова побледнела, и она повернулась к Алекс.
— Я ем крем для обуви?
Алекс колебалась.
— Это на вкус как крем для обуви?