Киллер на удалёнке (СИ)
— Надо же… А ты знаешь, что Родионов был следователем?
— Знаю. Он начинал с очерков в «Искателе». Странно, что ты читала это произведение.
— Ничего странного. Мой папа, хоть сам и полицейский, очень любит читать детективы. Неважно какие. Зарубежные, советские… Он и Агатой меня назвал в честь Кристи.
— Так что? Кофе?
— Да, если можно, а то меня в сон клонит.
Илья включил чайник. Поставил чашки на стол. Сахар. Банку растворимого кофе.
— Другого нет, уж извини, — сказал он, наливая в чашку кипяток.
— Спасибо, — Агата придвинула к себе чашку и стала размешивать сахар. — Ну, что, давай приступим? — сделав глоток кофе, предложила она.
— Давай. — Илья раскрыл блокнот. — Начнём с самого простого вопроса. Кому выгодны эти смерти? Итак… У нас Петрушенко, Шишкины… хотя, с ними всё понятно. Теперь твоя тётя. Боков. Стас, ты с Палычем разговаривал? Что вскрытие Бокова показало? — Илья не стал распространяться о том, что они только что вернулись с Агатой из морга.
— Он сказал, смерть его очень странная. Возможно, какая-то новая болезнь. Словно из сердца всю кровь откачали. Как такое может быть?
— Ты с родными уже общался?
— Да. С женой говорил, когда на квартиру приехали.
— Как она тебе?
— В истерике женщина. Говорит, что на здоровье муж никогда не жаловался, а тут с утра схватился за сердце. Она ему валидол дала. Он лёг. Она пока детей в садик отвела, пока в магазин сходила. Пришла домой. Заглянула в комнату. Муж, вроде, спит. Она его беспокоить не стала. Обедом занялась. Пошла звать к столу, а он готов. Вот так, Ильюха, жили люди, ничего беду не предвещало и — на тебе! — закончил Стас. — А вы чем занимаетесь? — он встал и направился к столу Карташова.
— Пытаемся разобраться, кому была выгодна смерть Петрушенко. По всему выходит, только вдове.
— Лика к его смерти никакого отношения не имеет! — уверенно произнёс Стас.
— Это она тебе сказала? — усмехнулся Илья.
— Слушай, Карташов, дело закрыто. Что ты туда лезешь!?
— А что ты завёлся-то? Даже если и имеет она к этой странной смерти отношение, доказать ничего невозможно. Тело кремировано.
У Агаты зазвонил телефон.
— Слушаю, папа, — ответила она. — Я в отделении… да… хорошо… подожду. Отец сейчас подъедет, — сказала она Илье.
— Хочет узнать, отчего умерла его сестра?
— Да. Как думаешь, может, его сразу к вашему подполковнику направить? Ты же знаешь, как он относится к моей профессии…
— А что у Вас за профессия? — поинтересовался Васин.
— Я ведьма, — мило улыбнулась Агата и, увидев, как вытянулось лицо у Стаса, добавила: — Ну, или маг, если Вам так больше нравится.
— То есть ты к расследованию наших запутанных дел решил ведьму привлечь? Так сказать, клин клином, — с иронией посмотрел тот на Карташова, всем своим видом показывая, что большей глупости придумать невозможно.
— Я сама привлеклась. Лидия Сидякова — моя родная тётя и крёстная.
— И к каким же выводам Вы пришли, уважаемая?
— К самым очевидным. Все были убиты при помощи магии.
— Средневековье какое-то! Вы понимаете, что это недоказуемо?
— Понимаю. Но для нас важнее не доказать уже состоявшееся преступление, а не допустить новое.
— Ну, ну. Бог в помощь… или кто там Вам помогает?.. — усмехнулся Стас, заглядывая в записи Карташова.
— Вернёмся к нашим рассуждениям. Смерть Петрушенко выгодна была только Лике…
— Я же сказал, она тут ни при чём! — Васин даже голос повысил.
— Вы её любите, поэтому и не хотите верить в её причастность, — спокойно сказала Агата.
— Ты сказал? — Васин навис над Ильёй.
— Тут и говорить ничего не надо. Это без микроскопа видно, — пожала Агата плечиком. — Вам очень дорога эта женщина. Ваша аура выдаёт Вас, как только Вы о ней говорите или думаете.
— Да пошли вы к чёрту! — рявкнул Васин. Схватил с вешалки куртку и вылетел из кабинета, чуть не сбив с ног Николая Сидякова.
Часть 8 глава 1
Лика, увидев в окно машину Стаса, поспешила в прихожую ему навстречу.
— Привет, милый! Ты… — и замерла на полуслове.
Взгляд Стаса не предвещал ничего доброго. Он схватил её за плечо и буквально впечатал в стену:
— Всё-таки это ты! Ты заказала своего мужа!
— Стас! Пусти! Мне больно! — Лика пыталась убрать его руку.
— Ты специально закрутила со мной роман, что бы отвести от себя подозрение. Так?
— Ты сам закрутил со мной роман! — Лика, наконец, освободилась от его хватки и стояла напротив него, сжав кулачки. — Наверно думал, что я растаю от твоей любовной атаки и быстренько тебе всё расскажу!
— Значит, было что рассказывать? — спросил Стас вкрадчиво. — Значит?..
Лика закусила губу.
— Значит, ты… — выдохнул Стас и как-то сразу сник, привалившись плечом к стене.
— А что мне оставалось делать, если он собирался выкинуть меня не только из своей жизни, но и из Питера?! Думаешь, мне хотелось возвращаться в убогую двухкомнатную «хрущёвку» после такой жизни? — она обвела рукой огромное пространство. — Он даже времени мне не дал на решение всех моих вопросов! Велел к его возвращению из Мюнхена исчезнуть из города.
— Он собирался с тобой развестись?
— Собирался, — буркнула Лика. — Он вообще много чего собирался, — добавила она с презрительной усмешкой. — Вообще-то, я сама хотела с ним развестись после Нового года. Только он меня опередил. Стас… может, на кухню пройдём?.. Что мы с тобой в коридоре-то разговариваем?
— Не пройдём, Лика. И разговаривать нам больше не о чем. — Он повернулся и шагнул к дверям.
— Стас! Значит, всё это время, что мы с тобой провели вместе, ничего для тебя не значит? Просто развлёкся с богатой вдовушкой, да? Попользовался мной и выкинул, как ненужную вещь?! А я? Обо мне ты подумал?
— Что я должен о тебе подумать? — замер он на пороге.
— Я люблю тебя… — Лика шагнула к нему. — Правда, люблю…
— Неужели ты думаешь, что я, офицер полиции, могу связать свою жизнь с убийцей!? — он вышел из дома, громко хлопнув дверью.
Лика схватила его тапки и со злостью бросила их в закрытую дверь:
— Ну и вали, офицер полиции! Вали в свою полицию! Когда-нибудь твоя система перемелет тебя так же, как меня мой бывший!
Она разрыдалась взахлёб. Закашлялась до спазмов в желудке. Её даже тошнить начало.
— Так, Анжелика Валерьевна! Возьми себя в руки! — сквозь слёзы проговорила она сама себе. — Как там говорят? «Когда уходят полубоги, приходит бог». Так, кажется…
Она понуро побрела на кухню. Заварила себе зелёный чай.
— Буду считать, что Стас был полубогом и с этого момента начну ждать своего бога, — невесело пошутила.
Устроилась на диване, укутавшись в плед, и стала, обжигаясь, пить горячий чай. Слёзы текли по её щекам, оставляя влажный след. Она вытирала их ладошкой, приговаривая:
— Ничего… я переживу… что он, последний мужчина во всём Питере, что ли?..
…
Стас мчался в город. Он был зол. Зол на Лику. Она просто использовала его! Усыпила его бдительность. Подкупила нежностью и страстностью. Дрянь! Бессовестная дрянь! А он-то повёлся! Растаял… рассупонился, как малолетка. Прав был Карташов. Сто раз прав! Нельзя доверять богатым и красивым цыпочкам. Хотя, он, Васин, сам тоже хорош! Затащил её в постель чуть ли не с первой встречи, а от вывода, который напрашивался сам собой, просто отмахнулся. Решил, что Лика влюбилась в него. Самоуверенный болван! И ведь помнил страх в её глазах, когда намекнул ей на причастность к смерти мужа. «Болван! Вот ведь болван! — ругал он сам себя. — Тоже мне, опер со стажем! Правду ото лжи отличить не можешь!»
И тут промелькнула какая-то мысль… Его внутренний монолог принял совсем другое направление. «Опер со стажем?.. Да ты дважды болван, капитан Васин, а не опер со стажем!»
Теперь уже Стас злился на себя. Как он мог допустить такую ошибку!? Из-за своей злости и обиды он даже не спросил Лику, как она вышла на киллера? Где нашла? Откуда узнала? Как договаривалась? Не в интернете же человек написал: «Принимаю заказы на убийство. Звоните по такому-то номеру телефона». Стас резко ударил по тормозам, что бы остановиться и повернуть обратно. И тут машину занесло… Он вылетел на встречную полосу как раз в тот момент, когда мимо проезжал грузовик. Последнее, что он увидел перед ударом, это заплаканное лицо Лики. «Девочка моя сладкая…» — успел подумать он прежде, чем ощутил мощный удар. Потом наступила темнота…