Приобщение (СИ)
Владимир Шарапановский
Дорогу осилит идущий 3
Приобщение
Вступление
Жить надо так, чтобы тебя помнили и сволочи.
Несколько слов, да простят меня читатели, на тему логики, Да я давно знаю, что с древнейших времён философией занимались только мужчины, и потому вопросы логики рассматривались исключительно в их плоскости. Есть даже изречение, «женская логика — полное отсутствие логики», но это, опять же, по мнению мужчин, не улавливающих многомерную женскую логику. Ту неуловимую связь, что они не распознали, женщина сразу узнает. Так что предмет философии — Логика, ждет своих новых исследовательниц и создательниц нового раздела — Женская Логика. И это абсолютно без тени иронии, и тем более сарказма.
Сколько бы мы не думали, что восьмой вагон — это тот, что следует за седьмым и перед девятым, ничего в многомерном мире это не меняет. Я, увы, следовал мужской логике и считал, что цикл должен читаться только с первой книги (тем более, что они бесплатны). Но это абсолютно неверное суждение, и практика тому примером. Вполне можно читать, начиная с любой книги цикла, и это уже доказано. Сам грешен, бывало начинал чтение не с первой книги цикла (не всегда были доступны), так что возникла необходимость в кратком изложении предыдущих событий, описанных в двух первых книгах.
Те, кто читает с первой книги, могут смело пропустить этот фрагмент. Для остальных продолжим экскурс в историю.
Главный герой — престарелый донжуан, для которого «седина в бороду, а бес в ребро» — совсем не фигура речи, поднакопил деньжат и оплатил «Секс-тур в юность». Безусловно понятно, с какими намерениями. А так, как уже не всё действовало, как исправные часы, часто отставало, а то и вовсе останавливалось, — он понадеялся в юности наверстать, упущенное по старческой медлительности.
И вот он, наконец-то в своём юном теле и готов к подвигам. Но, увы, всё он рассчитал, но по старческому склерозу не учёл, что «в Советском Союзе секса нет». Нет, найти доступных девушек (и не обязательно с пониженной социальной ответственностью) было можно, и не столь уж сложно. Но всё упиралось во временные рамки, а они крайне лимитированы — одна неделя. А планов было на месяцы, и не просто хотелось оттянуться, а именно с теми, с которыми не довелось в школе. Вот и понесла его нелегкая — во все тяжкие…
Но не обломилось ему у одноклассниц. А вернее — три пощёчины, и удар по средоточию смысла. С тех пор он и очнулся от тридцатилетней летаргии мозга, в которую его вогнали рекламными слоганами, и утверждениями о партнёрстве Лёни Голубкова.
А переосмыслив суть жизни, и убедившись, что в будущем жизни нет, а есть лишь убогое существование, он восстает против такого будущего. В меру своих сил доводит некоторые научные открытия до учёных, а закрытые знания о будущем — до компетентных органов и руководства страны. То есть — свершил всё что мог в столь краткий срок. Продумал и дублирующие каналы для доставки части сведений.
Тур завершён, и пора назад в будущее. Но туда он не попадает к его всемерному удовлетворению, и как верит — в результате свершённого им вмешательства. Надеется, что будущее-прошедшее навсегда прекратило своё существование. Но каково новое будущее? Что оно несет и чем вызвано? Всю вторую книгу он пытается найти ответы, но доступ к такой информации у грудного ребёнка совершенно отсутствует. Да и у большинства окружающих также. Такие знания доступны только узкому кругу лиц, к которому ГГ не принадлежит, и к которому не очень жаждет приближаться, из-за обилия в нем завербованных западными разведками агентов влияния и шпионов. Да и кто там станет слушать годовалого ребёнка, будь он сотню раз из будущего?
Поэтому он принимает решение действовать самостоятельно, без оглядки на самый комфортабельный и престижный дом престарелых, принимает личину вундеркинда, и ломает представления окружающих о возможностях годовалого ребёнка.
Таким образом, затевает грандиозные проекты, привлекая к ним специалистов, твёрдо зная в какую дверь надо постучаться, чтобы открылась, и кто может эти проекты осуществить в кратчайший срок и наилучшим образом. Сам же старается везде оставаться в тени.
Но не всегда ему это удается, а в жизни всегда есть место случайности, которая сталкивает его в противостоянии с компанией представителей «золотой молодежи». Это приводит ко многим коллизиям, но и позволяет обеспечить ГГ нормальными условиями для плодотворной работы в новом доме, и бдительной охраной его жизни, в статусе местной достопримечательности.
По ходу развития повествования он постоянно встречается со многими упоминавшимися в первой книге, а с некоторыми даже постоянно сотрудничает, и далее укрепляя советско — немецкую дружбу с братской ГДР.
Со многими незавершенными начинаниями и крупными проектами он продолжит разбираться и в третье книге цикла, а в этом ему всецело поможет новая обретённая семья, также как и прежняя его семья юного альтер-эго — джуниора. Он, как двуликий бог Янус, теперь представлен в обоих ипостасях.
Пролог
Ну, какой же я интеллигент — у меня профессия есть, и я Родину люблю!
Вот суета и хлопоты, связанные с переездом понемногу затихают. Ещё далеко не все переехали, но научный состав в полном сборе, и я успел пройтись по их домикам с визитами вежливости. Пообщался с учёными и их семьями. Впечатление осталось неплохое. Большинство хорошие специалисты, и, пожалуй, наукой интересуются не только с целью заработка на пропитание. Осталось лишь внимательно приглядывать, чтобы сведения не утекли за бугор.
Мне и вовсе заниматься таким, самое милое дело. Кто заподозрит в годовалом младенце — контрразведчика. Всё это дополнительные хлопоты, но я просто не желаю делиться некоторыми знаниями с врагом. Не стоит его укреплять. И так у нас в высоких кабинетах окопалась целая пятая колонна.
Тот же, небезызвестный мне Александр Яковлев, бывший при Меченом секретарём по идеологии ЦК КПСС, вспоминал позднее, что вредить начал ещё в 70-х. Неудивительно, его завербовали либо в Канаде, где он находится в посольстве, либо, даже ранее, когда он вместе с группой советских стажёров, в числе которых от КГБ был и небезызвестный Олег Калугин, в течение года стажировался в США в Колумбийском университете. Там они дорвались до сладкой жизни, и прямо напрашивались на вербовку.
Здесь же мне не понравились жёнушки двух учёных. Обрадовались, что мужья хорошо зарабатывают, и не спешат устраиваться на работу. Бездельничают, сидя по домам. И ведь издревле известно, а у англичан даже поговорка существует: «праздный ум — мастерская дьявола» [1]. За ними нужен глаз да глаз, а то сейчас бездельничают и не желают работать, а потом им станет скучно, и обвинять в том станут — всех и вся: что их держат в четырех стенах, а им не хватает общения. Затем кинутся во всё тяжкие, и когда их подловят вражьи агенты — станут сливать секретную информацию, узнанную у мужей. Не нравятся они мне. Все остальные добросовестно работают по дому, с детишками крутятся, и ещё в будние дни бегают по грязи до транспорта, чтобы попасть на работу и детишек отвести в садики и школы. А эти прынцессы сидят дома и даже порядок не наводят, ждут, когда за них это сделают остальные.
Точно поставлю вопрос перед Виктором Петровичем, а там пусть решает — либо они начинают трудиться как все прочие, либо пусть делает из них объект для слива дезинформации врагу, иначе их небезопасно оставлять без присмотра. Но тут возникает сложный вопрос, как отнесутся мужья, что их жён сделают каналом слива ложных сведений врагу? Не поставив тех в известность, то бишь — втёмную? Скорее всего, любят этих прынцесс и небось возмутятся.