Бывшая лучшего друга (СИ)

— Да, спасибо, — быстро ответила Поля и села туда, где до этого размещался Яр.
Кир включил электрический чайник, поколдовал над поздним ужином, стоя к Полине спиной, освобождая ее от необходимости что-то говорить. Хотя она все равно не выдержала.
— Может, не стоило мне приходить?
Кир тихо вздохнул, пока она не видела, и развернулся лицом к девушке.
— Полин, сейчас тот самый случай, когда Яр сказал умную вещь. Не к чужим людям пришла. Хотела на улице сидеть мерзнуть? Или где?
— Это неудобно.
— Неудобно спать на вокзале, а вот это, — он обвел глазами кухню, имея в виду всю квартиру. — Очень даже удобно.
Теклер поставил перед Полей на столе тарелку с пастой и заварил чай в две чашки. Полина быстро и сухо поблагодарила его и принялась накручивать длинные спагетти на вилку.
— Надеюсь, не будешь так же долго сопротивляться спать в моей футболке?
— Ты же не с себя ее снимешь, — хмыкнула Поля.
— Сомневаешься? — улыбнулся Кир в ответ.
— Нет, не сомневаюсь… Боже, Теклер!
Он рывком стянул с себя футболку, скомкал и бросил в угол дивана. Полина была озадачена, но быстро нашлась.
— И что я тут не видела?
Хотя не видела. Стоило признать.
За это время Кир начал серьезно взрослеть, плечи подались вширь, мышцы даже чисто зрительно стали крепче. Но плохой фигурой он никогда не страдал, даже в школе, так что это были небольшие изменения. Самое главное — расписанная чернилами левая рука.
Узоры заставили Полину залипнуть, ведь татуировки любила и она сама. Рисунок впечатлял, но показывать это Киру не очень хотелось. Поэтому, переставив тарелку подальше, Поля задрала юбку и закинула ногу на край стола. Конечно, на ней были колготки, но тонкие и телесного оттенка, поэтому татушка прекрасно просвечивалась.
— Думаешь, удивил? — спросила она у Кира, стреляя глазами на своё прикрытое лишь тонким капроном бедро.
— Ух ты, — выдохнул Теклер, впиваясь взглядом в рисунок на коже девушки, которая сводила его с ума даже одетой. А тут и вовсе…
— Так что одевайся спокойно, а футболочку чистую мне дай, ок?
— Хорошо, — согласился Кир, но одеваться не спешил.
А Поля опустила ногу и продолжила ужинать, словно и не было всей этой сцены.
Кир ухмыльнулся и взял футболку в одну руку, а чашку с чаем — в другую.
— Не буду смущать тебя, — кинул он, направляясь к двери, ведущей в коридор.
— Ты меня не смущаешь.
— Приятного аппетита, — пожелал Теклер, выходя с кухни.
Как только хлопнула дверь его комнаты, Поля тут же спрятала лицо в ладонях. Щеки, казалось, горели. То ли она перемёрзла, слишком много времени проведя в дороге этим вечером, то ли Кир ее смутил, в чем совсем не хотелось признаваться.
Ведь она действительно уже все видела. Теклер и не думал ее соблазнять — это не было целью. Его цель — куда серьезнее. Не просто потрогать татуировку на бедре, а забраться в душу и выяснить, зачем Поля это набивала.
Ей было не так просто находиться здесь, но парни были правы: они не чужие. Полина не боялась, что они сделают что-то плохое — во-первых, слишком давно знакомы, во-вторых, она бывшая девушка их друга, в-третьих — Кир годами по ней убивается. Не решится ли он повторить прошлое, раз она сама пришла к нему домой?
Нет, не решится. Полина знала и чувствовала это, не имея даже тени сомнения.
Только не была уверена, что после сегодняшней ночи Кир не начнёт думать, что она растаяла и готова подпустить его к себе.
Не подпустит.
Паста остывала на столе, и Полина поспешила закончить ужин, выпить чай и самостоятельно вымыть за собой посуду. Кир так и не показывался из комнаты. Электронные часы на холодильнике говорили о том, что самое время проснуться ночной Москве. Но уставшим время ложиться спать.
Она не знала, какая из двух комнат принадлежит Киру, но стоило ей пройтись по коридору, как Теклер тут же выглянул из своего убежища.
— Дашь белье?
— Хочешь украсть трофейные трусы? — повёл бровью Кир.
— Дурак, постельное.
— Да, конечно. Сейчас постелю.
— Я могу и на кухне, на диване.
— Если хочешь, хоть на полу, на ковре, — огрызнулся Кир на то, как Полина продолжала не принимать оказанное ей гостеприимство. Он молча достал чистое полотенце и огромную футболку, протянул их Полине и начал вытягивать из шкафа новый комплект постельного белья. — Где душ, ты знаешь. Женских гелей не держим, уж извини, придётся тебе пахнуть как мужик. Мое все на верхней полке.
 
— Пахнуть мужиком — это заманчиво, — зачем-то ответила Полина, оценила удивленное лицо Кира и умчалась в ванную.
В итоге на кухонном диване, узком и не слишком удобном, спал Теклер, Полина же осталась в его комнате. Перед тем, как выключить свет в квартире, они даже не пожелали друг другу спокойной ночи — ощущалось, что едва ли она будет спокойной.
Кир крутился с боку на бок, пытаясь улечься поудобнее, и в итоге встал и пошёл к своей комнате, убедиться, что Полина спит.
Он долго прислушивался, что происходит за закрытой дверью, и в какой-то момент готов был поклясться самому себе: там слышны всхлипы.
Он почувствовал, как пульс подскакивает, как хочется кулаком пробить чёртову дверь, зайти, нет, влететь в комнату, обнять Полю и сказать ей, чтобы больше никогда, никогда не плакала.
Но он знал — если он сейчас зайдёт и застанет ее такой, больше она не пустит его.
Занеся руку над дверной ручкой, он до боли сжал кулак и поморщился.
Что это — садизм или мазохизм?
Он тихо, осторожно опустился на пол, прижался спиной к двери и, закрыв глаза, слушал тишину, потревоженную тихими всхлипами. Сидел и слушал, пока тишина окончательно не победила.
На четвёртый год безответных чувств, в эту ужасную ночь он уже знал ответ на все свои вопросы.
Если не она — то никакая другая.
  
Глава 7
 
Полина провела ночь беспокойно, не находя себе места в кровати Кирилла. Стоило только улечься и накрыть себя одеялом, пахнущим свежестью и кондиционером для белья, как накрыло. Слезы, логичное завершение этого ужасного вечера, покатились по щекам. Плакать она ненавидела, считая это слабостью, недостойной ее самой. Но сейчас организму требовался какой-то выплеск эмоций.
Утром оба делали вид, что ничего страшного ночью не случилось. Полина заявила, что спалось ей отлично, Кир театрально порадовался за нее и зачем-то насыпал себе в кофе четыре ложки сахара, — переборщил.
Яр прихлебывал утренний чай, опять уткнувшись в ноут. В этот раз он решил не оставлять Теклера с Полиной одних на кухне, тем самым заставляя их вести себя дружелюбно. Если это вообще было возможно.
Полина планировала убежать сразу после кофе. В принципе, прятаться в чужой квартире дальше было бессмысленно, вчерашняя ужасная ночь закончилась, а утро принесло облегчение и спокойствие. С невозмутимым видом она допивала кофе, изучая вид за окном, пока Кир упрямо смотрел на нее. Ничего против она не имела — пусть смотрит, за это денег не берут.
— Какие планы на выходные? — неожиданно спросил Кирилл.
— А ты с какой целью интересуешься?
— Скажем так, разговор поддержать. Не люблю завтракать молча.
— Не переживай, на выходных дела у меня есть. А у тебя?
— И у меня есть, — раздраженно ответил Кир под глупый смешок Ярослава.
— Вот же как здорово! Ну, мальчики, я пойду, спасибо, что пустили в свою избушку, — с натянутой улыбкой излишне мило проговорила Полина. — Отличная квартирка, достойный выбор. Что ж, мне пора.
Она вышла в прихожую и потянулась к своим ботинкам, Теклер уже был рядом и собирался подать ей пальто, но звонок в дверь немного выбил его из колеи.
— Ты ждешь кого-то с утра пораньше? — поинтересовалась Полина.
Парень лишь пожал плечами.
— Яр, ты там доставку не заказывал?
Ярослав прокричал с кухни ясное «нет», и Кир, вновь пожав плечами, принялся открывать дверь звонившему.
На пороге стояли Марат и Лекс.