Отморозок 4 (СИ)

Потом в кабинет зашла средних лет женщина в очках и белом халате и, положив ногу на ногу, села на стул напротив меня. В руках у неё был чёрный планшет с серыми пришпиленными к нему листиками формата А4. Майор долго беседовал со мной на различные темы: от школьной программы до знания реалий жизни в Советском Союзе вообще и в моём городе в частности. Если бы это было возможно, я бы даже заподозрил, что майор подозревает во мне попаданца из будущего и пытается поймать меня на несоответствиях. Хорошо, что у меня было более полутора лет, чтобы освоиться в теле Юрки, и я нигде не прокололся. Женщина просто слушала мои ответы и время от времени делала какие-то пометки в листах на планшете, лежавшем у неё на коленях. Под конец майор спросил меня о травме головы, сведения о которой были в моём личном деле. Его очень интересовали обстоятельства, при которых я её получил. Я скормил ему ту же байку, что и капитану Казанцеву в своё время. На этом майор от меня отстал.
  
Меня пригласили в другой кабинет, где меня последовательно осмотрело несколько разных врачей. Результаты осмотра мне не сообщили, а отправили снова к знакомому мне майору, где тот сказал, что по результатам сегодняшнего тестирования и медосмотра будет принято решение о месте моей службы в армии. Он взял с меня подписку о неразглашении того, что происходило со мной в военкомате, и отпустил восвояси.
* * *
Я вышел из военкомата сильно озадаченным. Ну и что это было? Почему к моей скромной персоне такое повышенное внимание? Может, это привет из Энска от Вахо? Да вряд ли. Слишком уж сложно и не рационально. Зачем ему весь этот спектакль, когда проще прислать нескольких боевиков, вывезти меня в какое-то уединённое место и уже там вдумчиво побеседовать с применением методов, не одобряемых Женевской конвенцией. Ну, так я бы в случае моего захвата и не был бы военнопленным, чтобы она на меня распространялась. Нет, это точно не от Вахо. Тогда вопрос, кому все это нужно?
А может быть, милиция пошла таким экзотическим и сложным способом? Но какие ко мне могут быть вопросы у милиции? Вроде я нигде особо не наследил. Да и не стали бы они так действовать тоже. Меня бы вызвали к участковому или просто выхватили с работы и вдумчиво беседовали уже с применением ментовских методов допроса.
Но кто же тогда? Я больше нигде особо не светился. Может, меня действительно в какие-нибудь супер-пупер спецвойска готовят? А по какому принципу на меня обратили внимание? В нашем «Энском» районном военкомате при получении приписного свидетельства ко мне никакого особого интереса не было. Прошёл медкомиссию вместе с одноклассниками, потом заполнил анкету, и все. Странно все это. Но даже если все как мне сказали в военкомате, все равно я не хочу. Я уже навоевался по самое не могу. Хватит. Тем более я понимаю, что все зря, и через шесть лет страны, в армию которой меня хотят призвать, не станет. Ладно, поглядим, как события будут развиваться дальше. Пока информации для анализа недостаточно.
* * *
Со всеми этими делами я немного опоздал на совместную тренировку, которая должна была начаться сегодня в семь вечера. Я залетел в зал в семь ноль семь, когда все уже, включая и Вику, переоделись и начали разминку, которую в моё отсутствие проводил Ваня. Танюшка, как и обычно, просто сидела на скамейке у стены и наблюдала за процессом. Я поприветствовал всех прямо от входа, извинился за опоздание и, прихватив с вешалки свои тренировочные вещи, ушёл в свою квартиру переодеваться.
Появившись в зале через пару минут, я встал в самый конец и стал разминаться в ускоренном темпе, чтобы догнать основную группу. Разминаясь, я обратил внимание на незнакомого мне мужчину в синем спортивном костюме и синих же полукедах. На вид ему около тридцати лет. Среднего роста, вес около семидесяти пяти килограммов, жилистый, крепкий, небольшие чёрные усики на смуглом лице. Он явно уроженец Средней Азии: таджик или узбек. Я сразу отметил культуру его движений. Он явно опытный спортсмен и хороший боец. Сейчас он повторяет движения разминки вслед за Ваней. Делает все четко и дисциплинированно, при этом я вижу, как он искоса кидает взгляды на меня. Наверное, это и есть тот самый парень, о котором мне в прошлый раз говорила Вика. Ну что же, добро пожаловать, интересно будет его пощупать в работе.
После разминки Ваня вопросительно посмотрел на меня. Я кивнул и взял руководство процессом в свои руки.
— Так, давайте сегодня активно поработаем на технику локтей и коленей в ближнем бою.
Возражений не поступило, поэтому я, взяв в партнёры Ваню, прихватил его обеими руками за голову и показал работу в тайском клинче, раздёргивая своего противника руками и плотно обрабатывая коленями его корпус. Ваня, уже давно знакомый с этим упражнением, довольно грамотно контрил мои удары подставками рук и корпусом. После демонстрации я, оглядев присутствующих, объявил:
— Сейчас разбиваемся на пары и работаем по минуте, один атакует, второй в обороне, по моему сигналу меняемся ролями, потом сделаем смену пар и так далее. Все пройдут через всех, так что не выкладывайтесь сразу на полную, берегите силы.
Первым я сошёлся в паре как раз с новичком. Он протянул мне руку и с улыбкой представился:
— Алим.
— Юра, — ответил я.
Рукопожатие Алима оказалось крепким и коротким. По моей команде мы начали отработку. Право работать в атаке первым я предоставил своему партнёру. Он был реально хорош! Я не знаю, где он учился, но Алим работал коленями в тайском клинче ничуть не хуже меня. Причём, я видел, что он именно отрабатывает задание, а не пытается меня пробить. После команды на смену ролей атаковал уже я, а Алим защищался и тоже делал это безупречно.
Потом уже на других заданиях я, снова оказываясь в паре с Алимом, отмечал его высочайший технический уровень. Он явно прошёл обучение тайскому боксу и не только. В классическом тайском боксе у самих тайцев руки не очень. Ноги, локти, колени — это да, а вот техника ударов руками не блещет. Уже позже, особенно на международных турнирах, многие бойцы стали дополнять классическую технику тайского бокса техникой европейского бокса, и этот симбиоз был гораздо более убойным. Так вот, с ударами руками у Алима все было в порядке. По всему видать, что и боксом он занимался весьма серьёзно. Думаю даже, что сначала он был боксёром, а уж потом освоил и тайский бокс.
Наконец мы дошли до свободных поединков. Всего четыре боя с меняющимися противниками. На этот раз Алим оказался моим третьим противником. Он с самого начала взял очень высокий темп. Атаковав меня руками, он сразу перешёл на лоу-кик по внешней стороне бедра и закончил свою серию ударом коленом вразножку в прыжке. Причём, он проделал все это просто с удивительной лёгкостью. Руки я заблокировал, лоу просто принял на бедро, а от удара коленом ушёл. Алим продолжил атаку, и мне, чтобы не воткнуться спиной в стену, пришлось остановиться и принять встречный бой.
У меня уже давно не было настолько техничного и подготовленного противника. Наверное, в этой жизни у меня вообще не было настолько техничного противника. Даже Ледокол, с которым я бился на тотализаторе, не был настолько хорош. Да, он был большой, сильный, очень брутальный, но с технической точки зрения он ничем меня не поразил. Мне тот бой дался очень тяжело из-за большой разницы в весе и физических кондициях. Больший вес — это преимущество, и чем больше разница, тем преимущество больше, доходящее при определённой разнице до абсолютного. Тем более, когда это не просто вес, а подготовленные крепкие мышцы. Недаром ведь в спорте придумали весовые категории.