Ведьма без лицензии (СИ)

На перроне делать нечего, я киваю стоящему у калитки стражу и выхожу в зал ожидания, к кассам. Время к вечеру или уже вечер, неудачно. Должна ли я ночевать на вокзале? Помнится, героиню романа ограбили именно вечером. В тёмное время суток одинокой девушке в городе опасно, хотя терять драгоценное время жаль.
Дождаться утра всё же разумнее…
Я пристраиваюсь на угловую скамейку, разворачиваюсь к окну полубоком и с унынием думаю, что просидеть на жёсткой доске придётся семь-восемь часов. Да у меня всё отвалится! Может, всё же стоило отправиться в столицу и провести ночь в каюте? Но поезд ушёл. В моём случае —  корабль.
Вместо ужина перекус всухомятку. Пока я расправлюсь с пирожками лоточицы, за окном успевает окончательно стемнеть, вспыхивают магические светильники. Прибывает ещё один корабль, и на перроне становится шумно —  вышла мамочка с тремя детьми. Её встречает высоченный, под два метра, тощий бородач. Муж, наверное. Прибыла пожилая пара, багаж за ними несёт слуга. Последней показалась девушка в ярко-зелёном пальто с изумрудной брошью на лацкане, такая же одиночка как я, но в отличии от меня девушка уверенно направляется к выходу. Наверное, она может позволить себе и наёмный экипаж, и гостиницу.
У самых дверей девушка вдруг приседает и шарит по полу рукой. Я вскакиваю. Глаза могут подводить, между нами расстояние, и я не всё вижу ясно. Девушка встаёт. В её пальцах что-то небольшое зелёное. Она прячет находку в карман и выходит.
Не может быть! Неужели?!
В романе главная героиня точно также обронила брошь —  от постоянного ношения замочек ослаб. Сейчас Ользу ограбят, и ей придётся сдать брошь в ломбард. Учитывая, что брошь для Ользы бесценна —  память о матери —  ей будет очень больно. Мало того, Ольза не успеет собрать нужную сумму для выкупа… Конечно, финал у романа счастливый: про брошь от брата Ользы узнает главный герой, он отыщет брошь, выкупит и вернёт, а до глубины души тронутая Ольза согласится стать его женой.
—  Синьорина! —  окликаю я.
Когда я успела выйти на улицу?!
Ольза никак не реагирует, а от здания вокзала отделяется тень. Кажется, я не успеваю… Зато я знаю, что вор уйдёт за угол и дальше свернёт в неосвещаемый проулок. Ольза погонится, но почти сразу будет вынуждена остановиться.
Раздаётся крик. Я на месте, и вор с саквояжем Ользы бежит прямо на меня. А вдруг у него нож?! Поздно!
—  Стоять! —  рявкаю я.
Вор то ли тщедушный, то ли подросток.
Ольза зовёт стражу, а я поудобнее перехватываю свой саквояж —  сейчас ударю.
—  Да провались! —  рычит тщедушный без капли раскаяния, швыряет саквояж на землю.
—  Шуруй отсюда, —  внутри всё обмирает от страха, но внешне я спокойна и полна презрения.
Услышав приближение стражи, ворюга грубо отталкивает меня и неспешной рысцой уходит в темноту. Я смотрю ему вслед, а затем опускаю взгляд. Саквояж и кошелёк в нём спасены, Ользе не придётся продавать бесценную брошку. Только что, поддавшись эмоциям, я разрушила сюжет романа… Частично разрушила —  на встречу Ользы с главным героем моя помощь не должна повлиять.
—  Синьорина, добрый вечер, —  к Ользе подходит патруль.
—  На меня напали и вырвали из рук всё, что у меня было, —  всхлипывает она.
Стражи поворачиваются ко мне, и это я стою над чужим багажом. Ольза, проклятье!
—  Синьорина, —  стражи делают шаг ко мне.
Не делай добра —  не получишь зла.
Ольза спохватывается:
—  Нет-нет, тот, кто на меня напал, уже убежал. Великодушная и храбрая синьорина остановила вора.
—  Синьорине просто повезло, что я шла мимо и оказалась на его пути.
—  Рад, что всё обошлось, —  главный в паре принимает объяснение.
Я отвечаю улыбкой. Чем быстрее я уйду, тем лучше, но торопиться нельзя —  заподозрят невесть в чём. Стражи и так косятся на меня с недоверием. Или у меня воображение разыгралось? Я очень боюсь, что меня попросят предъявить документы. Мне вообще не следовало лезть. Куда подевался мой здравый смысл?!
Патрульные осматривают поворот в переулок, но в темноту не суются.
 
Ольза подбирает саквояж, выпрямляется.
—  Синьорина, вы меня спасли!
—  Просто повезло, —  повторяю я.
Ольза не успокаивается:
—  И всё же, синьорина, я настаиваю, примите мою сердечную благодарность. Меня зовут Ольза.
—  Очень приятно, Ольза. Рада знакомству.
Патруль уже ушёл, поэтому нет нужды вести себя естественно и представляться в ответ.
—  Вероятно, я вас задерживаю… синьорина.
Мою заминку с именем Ольза понимает не совсем верно. Я же пытаюсь сообразить, как поступить. Знакомство с главной героиней романа в мои планы не входило. Не потому что я против, а потому что я не собиралась её искать преднамеренно. Но теперь мы встретились. И знакомство следует поддержать, а я сомневаюсь, что о себе рассказать.
—  Ни в коем случае, Ольза. Я прибыла в Старый Му, чтобы впервые посетить Круг Ведьм.
—  Ах, вот как. Какой совпадение! Я тоже намеревалась посетить Круг. Но сегодня уже поздно…
—  Разве? Я слышала, что Круг открыт и днём, и ночью.
Ольза на секунду задумывается:
—  Как насчёт того, чтобы отправиться вместе?
—  С удовольствием!
Я отвожу взгляд. Я странно себя чувствую. Как будто попала на сцену в разгар спектакля, и актёрам приходится подстраиваться, импровизировать, а я, вместо того, чтобы слиться с массовкой, выбралась на передний план. Вдвойне странно от того, что я знаю об Ользе почти всё: её прошлое, настоящее, ближайшее будущее, знаю, кого она полюбит, какой будет их свадьба. Я даже знаю, что у неё родится двойня.
Только вокруг не спектакль, а Ольза не актриса. Она самая настоящая девушка из плоти и крови. Красивая, кстати. Чуть выше меня, стройная, фигуристая. Волосы вьются мелкими кудряшками. Лицо скульптурное. Есть в её облике что-то от задорной хохотушки и одновременно кошачье. Мурлычет и ластиться, но когти при ней. Обманываться видимым дружелюбием будет ошибкой.
Ольза увлекает меня к выстроившимся в стороне от вокзала экипажам. Я тенью следую за ней, спокойно жду, пока она договаривается с извозчиком.
—  Сколько с меня? —  уточняю я уже в экипаже, Ольза не стала брать коляску, выбрала более дорогой, закрытый.
—  Обижаешь, —  отмахивается она.
Я не настаиваю. Насколько экипажи безопасны и не завезут ли нас, двух девушек, в притон вместо Круга, тоже не спрашиваю. За окном чередуются пятна тьмы и света, город не рассмотреть. И чем больше мы удаляемся от центра, тем реже фонари.
Глава 10
Ночь по-весеннему прохладная, я кутаюсь в палантин. В воздухе чувствуется последождевая свежесть. В Старом Му тоже шёл дождь? Пока Ольза расплачивается с извозчиком, я стою задрав голову. Здесь, в мире без электричества, в стороне от центральных улиц небо точь-в-точь такое, каким я помню его из детства, когда мы всей семьёй на лето выбирались в деревню —  чёрное, бездонное. Бриллиантовой россыпью сверкают незнакомые звёзды, луны нет, а почти у самого горизонта мерцает багровая туманность.
—  Идём? —  окликает меня Ольза.
Подъехать к Кругу Ведьм на экипаже нельзя. Их обитель стиснута между городским парком и пешеходной набережной реки Муму, давшей городу название.
Я передёргиваю плечами. В темноте я чувствую себя слепой, а подсвечивать путь телефоном при Ользе не решаюсь. В парке ещё темнее, чем на неосвещаемой дороге, кроны почти смыкаются над тропинкой.
Мы пересекаем парк наискось, гравий сменяется брусчаткой. В тишине цоканье моих каблуков, мне кажется, слышит весь город. Впереди всё также темно. Я спотыкаюсь, и Ольза придерживает меня за локоть. Не похоже, что она из-за темноты испытывает хоть какие-то неудобства. Под ногами теперь плиты или, точнее, широкие ступени. Дверей нет, и мы через проём, в ночи похожий на зев пещеры, входим под своды обители.
 
—  А-апчих!
Об этом в романе не предупреждали!
На входе дымит курительница, правда пахнет приятно —  не перцем, а цитрусом. Может быть, у Лейсан аллергия?