Воительница: Под полной Луной (ЛП)

Глава 6
На следующее утро я проснулась от ворчания Эйдис и медленно открыла глаза, чувствуя боль в плече.
— Думаю, тебе не на что жаловаться после такой хорошей ночи. Ты спала в моей постели, — сказала я, осторожно прикасаясь к ране.
— Да, только вот утром меня уже облаяли все, кому не лень, — сказала она, а затем насмешливо залаяла. — «Поднимай Свафу. Буди Хервёр. Что ты делаешь в холле? Гав, гав, гав!». Ярл сегодня в прекрасном настроении. Ну, естественно. Дозор заметил, что флот ярла Ньяла входит в наши воды. Твой любимый дедушка и Кальдер отправились их встречать.
— А братья Кальдера?
— Вместе с ними. Выглядели почти такими же счастливыми, как и ярл.
— Нас всех перережут в собственных постелях.
— О, нет. Только не меня. Мне предначертана другая судьба, и я должна ей следовать. И ты тоже. Что касается остальных, — протянула Эйдис и пожала плечами. — Тебя действительно это так сильно волнует? Куда ты ходила прошлой ночью?
— К Ирсе.
— Старая медведица. Она придёт на блот?
— Нет.
— Значит, она умнее, чем все остальные.
— Хочешь сказать, тебе не нравится блот? Разве ты не принесешь жертву Локи?
— Мы с Локи будем смеяться над всеми вами, измазанными в крови. Грязными. Неопрятными. Ни мне, ни моему богу такое не по душе.
Я покачала головой.
— Эйдис…
Она подмигнула мне и повернулась, чтобы разбудить маму.
— Просыпайся, спящая Свафа, — сказала Эйдис, тряся мою мать за плечо. — Пора вставать.
— Что случилось? — пробормотала она.
— Высокопоставленные гости.
— Конунг Ингви? — сонно спросила мама.
Эйдис рассмеялась.
— Вы снова плетете небылицы, леди Свафа. Нет, это ярл Ньял.
— Мне не нравится его имя. Язык можно сломать, — рассеянно пожаловалась мама.
Мы с Эйдис захохотали в голос, но слова матери не остались мной не замечены. При чём здесь конунг Ингви?
Мама поднялась и направилась к выходу из комнаты, по-прежнему в ночной рубашке.
— Куда ты? — поинтересовалась я.
— Помочь матери одеться.
— Бабушка мертва.
— Ой, и правда, — рассеянно произнесла она и повернула обратно.
— Так, — хлопнула в ладоши Эйдис, выкладывая для мамы светло-фиолетовое платье с симпатичным темно-фиолетовым подолом. — Давайте расчешем ваши волосы и оденем вас в это, леди Свафа.
— Как скажешь, Тора.
Мы с Эйдис переглянулись. Тора, рабыня матери, умерла, когда я была ещё младенцем. Эйдис просто пожала плечами и продолжила работу. Мать называла Эйдис многими именами — Тора, Ауд, Ингеборга — в конце концов, Эйдис просто откликалась на этот странный полет фантазии или результат плохой памяти.
Я подошла к сундуку и порылась в своих платьях. Непрактичные, временами даже опасные из-за длинных рукавов и подола — они мне были не нужны. Я схватила кожаную куртку.
— Даже не думай, — нахмурилась Эйдис.
— Но…
— Ты наденешь голубое платье.
— Но…
— Голубое, Хервёр, — перебила меня Эйдис. — Ты должна надеть голубое.
— Голубое? — Мало того, что дедушка и так контролировал каждый аспект моей жизни, теперь он стал диктовать, во что мне одеваться?! — И когда ты стала прислушиваться к тому, что прикажет ярл?
Эйдим повернулась ко мне и усмехнулась.
— А кто сказал, что голубое платье — это прихоть ярла?
Я хмуро посмотрела на нее, но больше вопросов задавать не стала. С тяжелым вздохом я стянула с себя старую одежду и начала переодеваться. В голубое платье.
* * *
Одевшись, мы с мамой вышли из зала и стали ждать начала праздника. Как и было велено, я надела голубое платье, а тяжелая, отороченная мехом накидка защищала меня от ветра.
Дедушка вернулся из порта вместе с ярлом Ньялом, Кальдером, Эгилом, Эйлифом и женой Эйлифа Хельгой. По какой-то причине Эгил так и не был женат.
Ярл и его семья остановились в нашем главном доме, а остальная часть их отряда разбила лагерь в поле между деревней и рощей. В ближайшие несколько дней в Далре ожидалось много гостей. Обычно пустое поле превратилось во временное поселение, когда все начали собираться на зимний блот. Взглянув в ту сторону, я увидела, как к небу поднимается дым от походных костров.
 
Тетя Аста и жена дедушки, Гудрун, вышли вперед, чтобы поприветствовать собравшихся.
— Где Лейф? — поинтересовалась мама, оглядывая толпу.
— Он с конунгом Гудмундом. Скоро прибудет, — успокоила её я.
Мама нахмурилась, сбитая с толку.
Ярл Ньял выглядел еще более дряхлым, чем когда я видела его в последний раз. Он словно ссохся, и меха на плечах явно давили на него своим весом. Он был хрупким и опирался на посох, заходя в зал.
Когда ярлы ушли, к нам присоединилась жена Эйлифа, Хельга.
— Леди Свафа, — сказала она, широко улыбаясь матери. — Зимний холод пробуждает румянец на ваших щеках. Как вы себя чувствуете в этот прекрасный день?
— Холодно. А вы кто?
— Хельга. Уверена, вы меня помните. Я гостила здесь зимой три года назад и здесь родила свою третью дочь.
— Как мило, — ответила мама и пошла прочь.
Я мягко коснулась ладони Хельги.
— Она не хотела тебя обидеть.
Хельга вымученно мне улыбнулась, одёрнула руку и бросилась вслед за всеми из залы.
Её холодность окатила меня ледяной волной и смыла любое тёплое отношение. Ну, естественно, даже самые дальние родственники считают меня незаконнорождённой. И глупо переживать по этому поводу.
— Да чтоб их Фенрир проглотил! Пошли, начались зимние игры. Может, посмотрим? Мужчины будут бороться за приз, а это всегда приятное зрелище, — сказала Эйдис, дергая меня за руку.
— А не боишься, что Локи заревнует?
Эйдис рассмеялась.
— Идём! До тебя здесь никому нет дела.
— А нельзя выдать эту горькую правду как-то помягче?
— Конечно, можно, но зачем тратить время впустую? — сказала Эйдис с озорной улыбкой, взяла меня под руку, и мы направились прочь из залы.
Глава 7
Мы с Эйдис спускались по узким деревенским тропинкам к полю на окраине города. За ним раскинулась большая роща, в которой должны были совершаться священные обряды, и где росло священное дерево под названием Око Гримнира. Повсюду были установлены палатки, чтобы защититься от холода; в импровизированном поселении горели костры.
Мы прошли через разбитый лагерь.
На одной стороне поля молодые люди играли в кнаттлейкр. На другой стороне мужчины выстроились в линию, чтобы метать копья через обруч на противоположном конце поля.
Среди мужчин я заметила Торгуда, сына кузнеца. Он примерялся к весу копья в своей руке и мускулы на его плече вздулись, напрягаясь.
Он посмотрел на нас с Эйдис и улыбнулся. Этот весёлый парень никогда не упускал возможности пофлиртовать.
— Пришли посмотреть на мою победу, леди Хервёр? — поинтересовался он.
— Сначала нужно оценить, на что ты способен, — ухмыльнулась я.
Остальные участники отошли в сторону, чтобы он мог подойти к линии. Парень поднял копье, глубоко вдохнул-выдохнул и бросил.
Копье поднялось высоко вверх и, перелетев сверху от кольца, приземлилось в снег. Бросок был хорош. Но недостаточно.
— Видели, как далеко оно улетело? — крикнул мне Торгуд. — Дальше, чем все остальные. Может, поцелуете меня за это?
— Хервёр тебе скорее зубы выбьет, чем поцелует, — добродушно хохотнул один из мужчин.
Я подмигнула мужчине и повернулась к Торгуду.
— Да, улетело далеко. Но следующий раз попробуй попасть в кольцо.
— Зачем Хервёр мужчина, который не может попасть своим копьём в нужную дырку? — подхватила Эйдис, и мужчины захохотали на всё поле. — Следующий раз постарайся лучше, мальчик.