Маршируя в ад (СИ)

Я внёс заметку для Афины и пробежался по десятку первоочередных задач, следя за процессом их выполнения. Бронекостюмы к обеду были на девяносто процентов заряжены. Силовая броня готова только наполовину. Шлемы бойцы заряжали в первую очередь. Да и быстрее всего их зарядка идёт. А вот запасные аккумуляторы были в хлам разряжены и ждали своей очереди. Другие задачи тоже выполнялись. Где-то с опережением темпа, где-то появлялись трудности, которые приходилось на ходу решать, импровизировать. Самым проблемным местом для нас сейчас являлись запасы продовольствия. И это при том, что ОД на еду мы не жалели, хотя в целом это была нерациональная трата. Но даже так — сухпайки в терминалах закончились. И у нас в обозе тоже. Я отметил эту проблему приоритетной и велел рациональнее подходить к вопросу. Но это не суперпроблема. Завтра они восстановятся и станут доступны для покупок, завтра же и с борта лайнера привезут добавку. А бойцам есть чем питаться — всё-таки каждый имел свою сумку, и там запас продуктов на два-три дня. Запасные сухпайки раздали местным жителям в качестве платы за работу. Мы могли бы и ничего не платить — местный гарнизон и так бы организовал работу, добровольно-принудительно, но мы были хитрее. Мы людей прикармливали, чтобы они знали, к кому идти за работой, если есть силы и желание. Репутация Круизеров — самое лучшее оружие из всего того многообразия, что находится в наших руках. В любом случае, завтра с утра мы уедем отсюда, оставив лишь небольшой гарнизон для охраны наших штабов. Остальным пускай армия Панамы занимается. А чтобы у нас не было никаких рисков, я и займусь второй персональной задачей на сегодня — переговорами с правительством Панамы. Очередными и долгожданными как для нас, так и для них.
  
— Ты уверен, что не хочешь взять больше людей? — поинтересовалась сонная Наташа, вернувшаяся после трёхдневного отсутствия в отвратительном настроении. Но стоило ей принять душ в закрытой для посторонних части нашего штаба, поесть и выспаться, как плохое настроение словно рукой сняло.
— Не вижу смысла.
— Так солиднее. Проще будет продавить наши интересы…
— Мне вас пятерых хватит с лихвой. Через десять минут с авианосца взлетят три самолёта-разведчика, попробуем оценить обстановку в южной части страны. Над городом они тоже пролетят. Это будет лучшая демонстрация.
— Ну, возможно. — потянулась девушка и поднялась с кровати, демонстрируя своё соблазнительное тело.
— Хм… Вечером нас с тобой ждёт одно важное дело. Напомнишь мне. Сейчас не до этого.
— Какое дело? — соблазнительно улыбнулась Наталья, пытаясь строить из себя глупую блондинку.
— Секрет. — ответил я ей, также улыбаясь, и протёр фильтры шлема, готовясь переодеться в парадно-боевой костюм Берсерка.
— Буду с нетерпением ждать. — вновь упала она на кровать и начала изгибаться, провоцируя меня.
Нет, Наташа. Не сегодня. Не в этот раз я поддамся твоим чарам. Но хорошее настроение ты мне обеспечила. Спасибо.
— Ты бы тоже собиралась, всё-таки тебе меня сопровождать.
— У меня почти всё готово. Но раз ты настаиваешь… — девушка поднялась и раздвинула створки шкафа, вытаскивая из него свой костюм.
Ох, лучше бы я ей не напоминал… Плотно облегает, слишком это всё эротично смотрится. Особенно на ней.
Вышел на улицу, отобрал кружку кофе у Роберто и чуть богу душу не отдал.
— Бр-р-р-р. Что за дрянь. Как я мог забыть о твоём фирменном рецепте! — вернул я ему стакан с напитком, от которого у меня чуть челюсть не свело.
— Да нормальный кофе…
— Ага, как же! Им можно врагов пытать. — согласился со мной Фернандо, откидывая лицевой щиток шлема и протягивая мне термос. — Держи, командир.
— Спасибо.
Немного потрещали обо всём на свете, обменялись важными и не очень новостями, дождались Наташу, Стивена Хинка и Коннора, сели в броневик, купленный для командного состава в одном из Терминалов, и двинулись к точке встречи.
Ехали медленно, улицы были забиты людьми, местами и телами зомби, обломками зданий. Но мы выехали заранее и к назначенному месту прибыли за десять минут до начала переговоров. Это было здание Верховного суда Панамы. Старое здание с крепкими и высокими стенами. Его использовала местная армия, и тут же располагался до вчерашнего дня штаб. Сейчас из здания вывезли почти все документы, и оно, можно сказать, пустовало. И при этом было вычищено до блеска, полностью подготовившись к встрече гостей.
Нас проводили в зал для переговоров, предложили чай и кофе, мы не отказались. Нас ждал долгий разговор. Постепенно места напротив нас начали занимать высокие шишки, большая часть из которых носила высокие звания и передвигалась в основном в окружении охраны. Вообще, мы были на территории самого освоенного и укреплённого района города, который занимали военные и правительство Панамы и до прихода наших войск.
Люди подходили к нам, здоровались, знакомились, представлялись сами и представляли своих спутников. Я поступал точно так же. Нервничал ли я? Отнюдь нет. Я и до Алого затмения на подобных встречах бывал не раз и прекрасно понимал, как себя вести, что скрывается за этими дружелюбными улыбками и так далее. Мог понять, когда мне заговаривают зубы и когда мои слова напрягают слушателей по их взглядам.
Так, слушая очередные слова благодарности за помощь народу Панамы, я краем уха услышал удивительную новость.
«Мы почти все готовы, можем начинать.» — негромко произнёс один седовласый старик второму.
«А как же генерал Монгрес?» — начал бегать взглядом второй по залу встречи.
«А вы не знаете? Его этим утром расстреляли!»
«Как, за что?» — сильно приуныл первый и даже продемонстрировал своими жестами накативший на него страх.
Тут мне пришлось переключиться на тянущегося к моей руке панамца, и узнать, за что расстреляли генерала — не получилось.
Ну да ладно, Афина и так тут всё прослушивает. Надо будет выяснить — выясню. Но то, что начались чистки — стоит учесть.
Мы сели, и приветственное слово взял бывший вице-президент страны, вернувшийся к этой должности в связи с несвоевременной кончиной своего предшественника. Стандартные слова, стандартные объявления, попытки пошутить и призывы поднять бокалы за освобождение Панамы — столицы одноимённой страны.
— Надеюсь, на этом наши успехи не закончатся, и вскоре мы повторим достижение нашей братской Кубы! — заявил этот человек, что некогда был вернейшим другом Вашингтона, исторического противника кубинцев.
Теперь мы, оказывается, братские страны… Ну, в целом сейчас все мы братья перед лицом кризиса. Тут я с ним соглашусь.
Пять минут скучного монолога, за время которого семь раз прозвучало моё имя и название Круизеров, после чего было объявлено, наконец, для чего мы вообще сегодня собрались. Переговоры со мной были лишь одной из целей собрания, и так уж вышло, что одной из так называемых «наград» стала возможность поприсутствовать на этом судьбоносном для страны сборище и узнать, какие они тут все патриоты и как готовы спасать свою страну.
— Босс… Я думал, это будут переговоры… — нахмурив брови на своём загорелом лице, прошептал Роберто.
— Они и будут. Но за закрытыми дверями, когда все посторонние статисты удалятся из зала собрания.
— А скоро?
— Не знаю. Спорить друг с другом они не намерены, так, провозгласят популистские решения, снимут всё на камеру, подпишут декларации и начнут собираться. Думаю, часа за два управятся. Но если начнут спорить… До ночи можем сидеть.
— Катастрофа… Я-то думал… — вздохнул Роберто, но так и не сказал, что он там думал.
— Фернандо, — обратился я к своему будущему ставленнику и генерал-губернатору этого региона.
— Да?
— Обращай внимание на то, кто говорит, и кто как слушает. Большая часть из них считает себя важными шишками, но реальные решения принимают человек пять, не больше. Всё остальное — просто статисты и протеже. Делай пометки, изучай тех, с кем тебе предстоит работать. Афина, конечно, поможет тебе со сбором информации, но иногда важен мгновенный анализ и умение подстроиться, понять ход мыслей собеседника.