Любимые бывшими не бывают (СИ)

– В августе.
Арина резко замолкает и больше никак не комментирует мою личную жизнь. А я никак не могу отделаться от ощущения, что она что-то недоговаривает.
За исключением нашей короткой пикировки, вечер проходит по-семейному тепло. После вкуснейшего ужина, которым восхитился бы даже повар «Мишлен», мы обустраиваемся в просторной гостиной у камина. Папа берет коллекционную гитару, ласково касается струн, и пространство заполняет волшебная мелодия.
– В городском саду падал снег. Я по снегу к тебе приду. Как под музыку падал снег в городском саду.*
Мама сидит у папы в ногах и вдохновенно ему подпевает. Ладонь Андрея расслабленно скользит по Арининым лопаткам – сегодня она одета в нежно-голубое атласное платье с открытой спиной.
И только я каждые десять секунд проверяю телефон и страдаю глухого унылого одиночества.
«Как ты?».
«Я скучаю».
«Мама приготовила твои любимые пирожки с вишней. Папа играет на гитаре. Тебя не хватает».
Все мои сообщения повисают неотвеченными. Напротив контакта «Влад» горит значок «оффлайн». А у меня на языке оседает привкус полынной горечи.
– Мне, пожалуй, пора.
Я отталкиваюсь от подлокотников кресла и застываю в центре гостиной. Рушу установившуюся в доме гармонию. Но не могу по-другому.
Хочется к себе. Спрятаться под одеяло. Как можно скорее упасть в объятья Морфея. Укрыться от атмосферы всеобщего веселья в стране грез.
– Так скоро?
– Завтра рано вставать. Прости, мамуль. Вы отдыхайте. Провожать не надо.
Вопреки моим возражениям, вся семья высыпает в коридор. Родные целуют меня по очереди. Запихивают в сумочку контейнеры с пирожками, «Наполеоном» и мясом по-французски. И берут с меня обещание встретить Новый год вместе.
Я, конечно же, соглашаюсь. Выдыхаю с облегчением, когда ноги сами несут меня по заснеженной дорожке и больше не нужно притворяться счастливой. И вздрагиваю, когда в спину ударяется ровный голос невестки.
– Ты забыла.
Протягивает оставленный мной на тумбочке шарф.
– Спасибо.
Принимаю теплую ткань из ее рук и не двигаюсь. Чувствую, что она еще не все сказала.
– Не хотела портить тебе праздник. Но не могу молчать.
– …?
– Твой жених тебе изменяет.
 Глава 4 
 Оля
– Этого не может быть.
Я высекаю уверенно и отчаянно машу головой. Вглядываюсь в Аринины голубые омуты и не знаю, что хочу там найти.
– Скажи, что это какой-то нелепый розыгрыш. Дурацкий прикол. Скажи, что ты пошутила.
Ровно на миг между нами повисает глухая тишина. И я жду, что жена брата рассмеется. Но она лишь отводит взгляд в сторону и неловко перетаптывается на снегу.
– Я не пошутила, Оль. Прости. Но я, действительно, видела твоего Влада с другой женщиной. Роскошная блондинка. Дорогая. Губы сделанные, сиськи. Как с обложки.
Я каменею еще на несколько секунд. Никак не могу принять обрушившуюся на меня новость и отрицаю ее всеми фибрами души.
В рекордно короткие сроки я нахожу жениху тысячу и одно оправдание и выстраиваю между нами с невесткой незримый заградительный барьер.
– Не нахожу в этом ничего криминального. Влад много работает и по долгу службы проводит время с разными людьми. Бизнесу, знаешь ли, чуждо понятие пола.
– Это не было похоже на деловую встречу, Оль. Они сидели в ресторане вдвоем, о чем-то весело щебетали, пили вино.
– И почему ты сразу мне не позвонила?
– Я растерялась.
– И у тебя, конечно же, есть доказательства? Фото? Видео?
– Нет.
– Ладно, Арин. Мне пора. Такси ждет.
Я обматываю шарф вокруг шеи, пытаясь согреться. Но внутренности словно промерзли изнутри и покрылись коркой льда.
Вслед мне несется банальное «извини», но я не оборачиваюсь. Ныряю в теплый салон «Шевроле», откидываюсь на сидение и прикрываю веки.
На душе почему-то паршиво.
По дороге домой я пытаюсь дозвониться Меркулову. Но он предсказуемо не берет трубку.
Я понимаю, что у него запара, целая делегация иностранных гостей. Только вот мне от этого ни капли не легче.
 
До тремора в конечностях я хочу услышать его голос и убедиться, что у нас все хорошо.
Что он любит меня так, как прежде. Что мечтает о светлом будущем. И вовсю готовится к свадьбе.
В свете недавних событий квартира кажется мне унылой и пустынной. Поэтому я включаю музыку на всю, принимаю горячий душ и ныряю в пушистую пижаму. Стираю остатки макияжа, распускаю волосы и долго всматриваюсь в отражение в зеркале.
Ищу подтверждение своей красоты.
Я никогда не страдала комплексами по этому поводу. Но сейчас мне требуется подтверждение собственной исключительности. Особенно на фоне известия о том, что Влада сопровождала шикарная блондинка.
На ум почему-то приходит дочь генерального Инга. Но я быстро отметаю эту мысль за несостоятельностью.
Где Слонская, а где Меркулов?
Проворочавшись в кровати около часа, я все-таки проваливаюсь в беспокойную дремоту. А утро встречает меня запахом свежей выпечки.
– Проснулась?
Застаю Влада на кухне. Его рубашка расстегнута, рукава подкатаны, а сам он колдует у кофе-машины.
– Доброе утро.
Произношу я хриплым ото сна голоса и влетаю в его спину. Обвиваю руками за талию и прячу нос между лопаток. Вдыхаю родной запах и постепенно расслабляюсь.
Ну чего я себя накручиваю, если Влад здесь со мной? Варит капучино на двоих, вытаскивает круассаны из крафтового пакета и недоуменно ведет бровью.
– Ну чего ты, маленькая?
– Соскучилась. Мне так тебя не хватает.
– Осталось совсем чуть-чуть. Потерпи, Оль. Скоро меня повысят, и все это закончится.
Твердо обещает Меркулов, и я ему верю.
В офис мы вновь выдвигаемся порознь. Едем на разных машинах, как будто не живем вместе и не делим одну постель. Сталкиваемся у турникета, выискивая пропуска, и фальшиво приветствуем друг друга.
И по какой-то причине именно в это мгновение мне хочется заявить свои права на Влада. Наброситься на него с поцелуем. Прижаться всем телом. Снять кольцо с цепочки и надеть его на безымянный палец. Рассказать всему миру, что он мой.
Торможу себя за несколько секунд до необратимости. Вспоминаю, как на прошлой неделе Слонский уволил влюбленных Ирину из бухгалтерии и Алексея из службы безопасности, и остываю.
Должностью я дорожу. Зарплатой тоже. Это все явно перевешивает мою уязвленную гордость.
– Выглядишь помятой.
– И тебе доброе утро, – я прохладно приветствую никогда не лезущую за словом в карман и порой перебарщивающую с прямотой Машу и прячусь от нее за монитором компьютера.
– Случилось чего?
– Плохо спала.
– Влад не давал?
Никак не желает униматься подруга. Но я демонстрирую ей кипу бумаг, которые срочно надо разобрать, и засовываю наушники в уши.
Ближе к обеду шеф просит отнести какие-то документы в отдел Влада, и я лечу туда как на крыльях. Поправляю выбившиеся из прически пряди, расстегиваю верхнюю пуговку рубашки и в дверях врезаюсь в дочку генерального.
– Простите.
Слонская окатывает меня пренебрежительным взглядом и молча удаляется. Я же пожимаю плечами и проскальзываю в кабинет к жениху.
– Что она от тебя хотела? – выпаливаю вертящийся на языке вопрос и внимательно изучаю Меркулова.
Но ничего подозрительного не обнаруживаю.
– Новости хреновые принесла. К нам едет ревизор. Проверять финансовую деятельность компании.
– В канун Нового года? Изверг.
– Белов Максим Эдуардович. Первый раз про него слышу. А ты?
– И я.
Выпаливаю побелевшими губами и не могу объяснить, почему вру Владу.
Ведь для меня это не просто знакомое сочетание имени и фамилии. Мы с Максом учились в одном университете. Дружили, делили невзгоды и даже были близки.
Но это было совершенно в другой жизни.
 Глава 5 
 Оля