Дорога к тебе

«Ты нам нужна, Рэйчел, выздоравливай побыстрее», — писали Дина и Джен. «Нашей любимой родительнице с пожеланиями скорейшего выздоровления», — писали ученики седьмого класса, в котором училась Хоуп. Нелли, Том и Бев прислали букет огненно-красных цветов, Либерманы — ярко-синих, а в вазу с желтыми розами была вложена карточка «С любовью, Бен».
— У нее много друзей, — заметила Кара.
— Да, пожалуй, — ответил слегка уязвленный Джек. Только сейчас он заметил, что на самом деле на подоконнике стояло не пять, а шесть букетов. Шестой был от Дэвида — большой и немного безликий.
— Нам звонят, чтобы узнать, можно ли ее навестить, — продолжала Кара. — Я бы хотела с вами об этом поговорить. С медицинской точки зрения посетителей к ней вполне можно допустить — никаких возражений тут нет.
— В реанимацию?
— У нас небольшая больница. Цветы, посетители — мы вынуждены проявлять гибкость. Знакомые голоса могут помочь Рэйчел, а инфекция ей не страшна. Если бы она была, к примеру, сердечницей, стоило бы побеспокоиться о том, чтобы ее никто не расстроил. А так как коматозным больным это не грозит, то мы ограничиваем посещение только по просьбе родных.
Джек предпочел бы обойтись без Бена Вулфа и его знаков внимания. Но что тут можно возразить? Они с Рэйчел давно развелись. Он встречался с другими женщинами, он спал с ними, и Рэйчел вправе делать то же самое. И жить своей собственной жизнью. Если подруги являются частью этой жизни, он обязан дать им возможность ей помочь.
В конце концов, это и в его интересах. Ему пора возвращаться в Сан-Франциско. Клиентам нужно внимание, сотрудники нуждаются в руководстве, сроки исполнения проектов срываются. Джилл неплохо себя проявила, но и она уже начинает беспокоиться. Вообще все, что ожидает его в городе, заставляло его нервничать. Если подруги станут навещать Рэйчел, то он по крайней мере сможет вернуться в контору. Джек надеялся на несколько часов вырваться туда уже сегодня, когда девочки будут в школе, но не хотел оставлять Рэйчел одну.
— Пусть навещают, — сказал он докторше.
Буквально через несколько мгновений в палате появилась Кэтрин. Увидев Рэйчел лежащей на боку, она раскрыла рот от удивления и радости, но Джек отрицательно покачал головой.
Тихо выругавшись, она подошла к кровати.
— А я-то надеялась…
— И я тоже.
Нагнувшись, она с минуту о чем-то рассказывала Рэйчел, затем со вздохом выпрямилась. Прошла еще минута, прежде чем она снова взглянула на Джека.
— Я не была уверена, что вы еще здесь.
— Как видите, я все-таки здесь, — резко сказал он, но желания спорить у него не было. Джек думал о цветах, о друзьях, которые появились у Рэйчел после того, как они расстались. В Сан-Франциско она ни с кем не общалась, сконцентрировавшись исключительно на своем искусстве, детях и муже. — Кто такие Дина и Джен?
— Дина Монро и Джен О'Нил. Они состоят в нашем клубе книголюбов. Да вы вчера их видели.
Вчера он видел массу людей — всех не запомнишь.
— А кто такие Нелли, Том и Бев?
— Партнеры по бриджу.
Джеку показалось, что он ослышался.
— По бриджу? Вы имеете в виду карточную игру?
— Да, верно.
Он попытался представить Рэйчел играющей в бридж, но не смог.
— Вот это номер!
— Почему?
— Последнее, чем стала бы заниматься Рэйчел, когда жила в городе, — это игра в бридж. Она символизировала для нее тот образ жизни, который вела ее мать, собираясь стать богатой и влиятельной. Так почему же здесь Рэйчел стала играть в карты?
Кэтрин поскребла пальцами по руке Рэйчел.
— Ну что, сказать ему? — насмешливо спросила она. — Бедный парень совершенно озадачен. Где же его воображение?
— Оно всегда при мне, — заверил ее Джек. — Без воображения я никогда не стал бы тем, что я есть. Некоторые считают, что у меня его даже слишком много.
— И кто же они?
— Клиенты, которые хотят иметь в точности такой же дом, как у брата их соседа в Гросс-пойнт, или такую же очаровательную библиотеку, как в северной части штата Нью-Йорк. Приходится с ними спорить. Иначе зачем, черт возьми, меня нанимать? Чужой проект может скопировать любой чертежник. Я не хочу повторять то, что уже сделано.
 
— Но ведь повторяете, — уверенно заявила Кэтрин.
— Это Рэйчел так говорит?
— Не совсем так. Она говорит, что ради больших денег вы предпочли забыть о своей творческой индивидуальности.
Джек почувствовал себя оскорбленным — тем, что Рэйчел об этом говорит, и тем, что Кэтрин это повторяет.
— Это неправда. А кстати — откуда она может это знать? Она понятия не имеет, чем я сейчас занимаюсь.
В ответ Кэтрин без запинки перечислила шесть крупнейших проектов, созданных им после развода.
К некоторым из них Джек действительно испытывал смешанные чувства. Первоначальный замысел в каждом случае был превосходным, однако потом строители, консультанты, финансисты, инспектора и политики заставили здорово изменить намеченные планы. Когда речь идет о больших деньгах, ты себе уже не хозяин. Так что, может быть, Рэйчел и права — он действительно утратил творческую индивидуальность.
Но даже если и так, он вовсе не собирается обсуждать это с ее подругой.
— И какое же отношение моя творческая индивидуальность имеет к игре в бридж?
Кэтрин улыбнулась:
— Строго говоря, небольшое. Все дело в воображении — я часто удивляюсь, почему мужчины не в состоянии понять ход мыслей женщины. Вы правы — Рэйчел действительно ненавидела тот образ жизни, который вела ее мать, но ведь ее научили играть в бридж, а когда она переехала сюда, то познакомилась с Бев, которая акриловыми красками рисует невероятные вещи на шкуре гремучей змеи. Бев — заядлый карточный игрок, и играть с ней в бридж оказалось совсем не так скучно.
— А с Нелли и Томом она познакомилась через Бев?
— Нет. Они с Бев поместили в местной газете объявление, что нужны еще двое игроков. Том — владелец газеты, а Нелли откликнулась на это объявление.
— Нелли тоже художница? — Это было бы логично: Чарли, Бев, Нелли.
— Нет. Она кармелитка.
— Монахиня?
— Она хотя и принадлежит к ордену, но мирянка, правда, очень набожная.
— Понятно. — Рэйчел никогда не отличалась особой религиозностью, а вот родители Джека были очень набожными. — А Либерманы?
Кэтрин улыбнулась с подлинной теплотой:
— Фэй и Билл. Фэй входит в наш клуб книголюбов. Она играет в гольф. Кроме нее, в гольф играет Джен, которая к тому же еще и молодая мать. Она, кстати, скоро приедет.
Джек попытался представить Рэйчел среди игроков в гольф, но вместо этого ему вспомнилось, как решительно она отказывалась, когда Виктория предлагала ей поучаствовать в игре.
— Только не говорите мне, что Рэйчел теперь тоже играет в гольф!
Кэтрин засмеялась:
— Нет, я думаю, мы с ней так далеко не зайдем.
— Тогда как же игроки в гольф оказались в вашей группе?
— Игроки в гольф тоже читают, — сказала она, заговорщически подмигнув Рэйчел.
— Да, конечно. Но все же я пока не вижу тут связи. Если вы не играете в гольф, то откуда взялись игроки?
— Они пришли в мой салон. Я много лет причесываю Фэй, и мы любим поговорить о книгах. Джен я каждую среду привожу в порядок ногти. Однажды она услышала, о чем мы говорим, и тоже присоединилась к разговору. Когда мы с Рэйчел решили создать клуб, естественно было пригласить их обеих.
— А кто такая Дина?
— Она туристический агент. Мы все время от времени пользовались ее услугами.
Осталось заполнить еще один пробел.
— А вы с Рэйчел как познакомились?
— В приемной у гинеколога, — ответила Кэтрин. Взглянув на часы, она с озабоченным видом склонилась над Рэйчел: — Уже девять, так что я не могу больше задерживаться. Я хотела бы поговорить с тобой, Рэйчел, я скучаю по нашим разговорам. — Она провела рукой по спине Рэйчел, будто хотела ее пощекотать. За этой показной небрежностью ей, однако, не удалось скрыть тревогу. — Сейчас среда, а ты спишь с самого понедельника. Может, приоткроешь хоть один глаз, а? Для меня.