Забирая ее (СИ)

— Эй, Зу! — в комнату входит Илья. Заур усаживает меня к себе на колени, поднимает на друга хмурый взгляд.
— Мой победил, ты торчишь мне пятеру!
Заур смеется, поглаживая мою спину, мои ноги. Он так бережен со мной сейчас. А я ни на миг не свожу с него глаз. Насмотреться не могу.
— Поехали домой? — спрашивает, глядя в глаза мне.
И в первые я думаю о том особняке с теплом.
Зу поднимается, обнимая меня за талию, ведет к выходу.
— Пятера с тебя, — продолжает наседать Илья.
— Да хоть десятку, Верх. Все равно я тебя сделаю при любом раскладе…
Илья окидывает нас прищуренным взглядом. Убирает руки в карманы джинсов, слегка склонив голову набок.
— Да тебе и драться то больше незачем, брат. Вернулась то птичка домой, — кивает на меня.
Зу хмурится. Ему не нравится столь пристальное внимание мужчины ко мне.
— Идем, Сами. Здесь сильно шумно …
Верх смеется, смотря нам вслед.
Я останавливаюсь, поднимаю глаза на Верховского. Ему лет тридцать на вид. Он весь в тату, взгляд такой цепкий, острый. Он напоминает мне Зу. Такой же опасностью от него веет. Младше него, не такой высокий, но сила от него исходит невероятная. И есть в его взгляде тоска. Такая только от потери бывает.
— И ваша птичка вернется, — произношу с улыбкой.
Он изгибает бровь, ухмыляется, стараясь выглядеть незадетым. Но я понимаю, что попала в цель.
— Обязательно вернется, Илья! Вот увидите!
  
Эпилог
 
Три месяца спустя
Мы учимся жить заново. Доверять друг другу, раскрываться. Зу решил остаться в этом доме. Морской воздух и хвойный лес, что может быть лучше? Я не стала спорить, хотя порой здесь было слишком жарко.
Мы ходим к психологу. Он меняется, мы меняемся. Познаем друг друга с новых сторон. Он вспыльчивый, все такой же Заур. Порой жесткий, порой упрямый, но он знает, что у него есть я. И теперь, когда мое сердце отпустило все страхи, я уверена, что он не сделает мне больно.
Зу слишком много страдал, он так хотел любви, а теперь она у него есть. И я знаю, он сделает все, чтобы сохранить это.
— Сами, больше ничего не хочешь? — он наклоняется, нежно касается меня губами. Сладко потягиваюсь, обвиваю его шею, вдыхая родной запах.
— Тебя хочу…
— Еще? — смеется в губы, покрывая мелкой россыпью поцелуев мое лицо.
— Ты не представляешь, как. Чертовы гормоны, из-за них постоянно хочется…
Он хмурится, а потом начинает смеется. В последнее время он часто так делает. Видимо, я стала делать и говорить много нелепостей. Но беременной ведь простительно?
— Тогда я могу задержаться, — шепотом, с улыбкой глядя мне в глаза. Проводит ладонью по моей груди, спускаясь по талии ниже. — Такая ты заводишь еще больше… сладкая, пышная, моя… — он целует отдергивает одеяло и накрывает губами мою грудь, которая уже стала на пару размеров больше.
Я смеюсь, отталкиваю его слегка.
— Нет уж. Сначала шоколадный торт и пицца с морепродуктами. А уж потом все остальное. Я потерплю, Заур.
Зу отстраняется, усиленно делая оскорбленный вид. А потом, видимо, задумывается о моих словах.
— Сами, это ж безумное сочетание…
Ничего не могу поделать. Малыш хочет, а значит обязательно нужно прямо сейчас съесть все вышеназванное.
Зу уходит, а я не свожу глаз с него, пока он одевается. Не верю собственной себе. Мы вместе. Он и я. Как много пройдено трудностей, как много непонимания и боли. Порой кажется, за первый год мы испили всю боль, которую только можно испытать. Конечно, я боялась раньше. Что Зу сорвется, вернется к прежнему себе. Но этого не будет. И чем дольше мы вместе, тем больше я убеждаюсь в этом.
В коридоре начинает звонить телефон. Это Алан. Зу забыл свой рабочий дома. Хочу игнорировать его, но он так противно трезвонит, что сил нет терпеть! Недовольно ворча, поднимаюсь с кровати, и чувствую как по ногами стекает вода. Опускаю ошалевший взгляд и по спине озноб пробегает.
Нет! Нет!
Обхватив испуганно живот, чувствую как его стягивает спазмом. Он становится каменным, я сгибаюсь, ища опоры на кровати. Мне больно, приходится ждать секунд десять, чтобы отпустило.
 
Первая мысль — еще ведь пять дней! Сейчас рано! Мы так не планировали!
Прогоняю панику, пытаясь рассуждать здраво. Понимаю, что должна звонить врачу. Благо мой телефон на расстоянии протянутой руки. Хватаюсь за гаджет и набираю номер.
«Абонент вне зоны доступа».
Черт! Роняю гаджет на пол, потому что в следующий момент снова этот спазм. И так больно! Неужели началось?! Но почему так быстро?! Так рано?!
Из глаз льются слезы. Я слышу звук подъехавшей машины. Заур. Страх немного отпускает. Он здесь, он поможет.
Слышу, как открывается дверь
— Сами, за пиццу пришлось драться с одним упертым качком. Черт, но я отвоевал ее для тебя, — в его голосе улыбка, но когда Зу заходит в комнату, и видит меня, распластавшуюся по кровати, он все понимает.
— Эй, детка, — он подбегает ко мне. Падает на колени перед кроватью, берет меня за руку
— Что случилось? — в его глазах страх. Никогда не видела такого, и это немного пугает.
— Воды отошли, мне нужно в больницу, — буквально выдавливаю из себя, потому что даже говорить сейчас больно.
— Давай, наберу врачу, — он тянется к моему телефону.
— Нет, врач не отвечает. Он за границей сейчас.
Зу вспыхивает.
— Какая к черту заграница? У тебя роды через неделю запланированы!
Спазм стихает, и я могу перевести дыхание. Усаживаюсь на кровать, пытаюсь дышать так, как учили в школе.
— Ну он и уехал, предупреждал меня. Обещал вернуться к понедельнику, я просто забыла…
— Да я его…
— Зу…. — он замолкает, переводит на меня бешеный взгляд
— Поехали в больницу. Срочно.
Я пытаюсь подняться сама, пока Зу ищет документы, но через несколько минут новый спазм, и мне приходится прилагать все силы, чтобы не сорваться на крик. Мне больно. И тошно. А еще я боюсь. Я умру, если что то случится с ребенком. Нет-нет, я даже думать не хочу о плохом.
— Все, я все нашел. Иди сюда, маленькая, — он подхватывает мою восьмидесяти килограммовую тушку и несет на улицу. Укладывает на заднем сидении.
— Вот так, потерпи, ладно? — поправляет под головой мне подушку.
Я вижу, что ему тоже страшно, но он держится. И я делаю это тоже. Не хочу, чтобы он волновался больше.
— Зу, — зову, как только он садится за руль. Он берет меня за руку. — Едем на Некрасова.
Он понимает, какая именно это за больница.
— Нет, Сами… — твердо, жестко.
— Зу, это лучшая женская клиника. Там лучшие неонатологи!
Встречаю его напряженный взгляд в зеркале заднего вида.
— Я не говорю, что нашему сыну он понадобится, но на всякий случай, и…
Он не дает договорить.
— Хорошо, — кивает и срывается.
Дорога кажется мне вечностью. Я просто загибаюсь от боли. В глазах периодически темнеет, я пытаюсь контролировать дыхание. Я прошу его подождать. Чуть-чуть. Пока папа не доставит нас в больницу.
Припарковав машину, буквально вылетает из салона. Открывает заднюю дверь и тянется ко мне.
— Идем, детка.
Он помогает мне выбраться из машины. А потом, подхватив на руки, несет в больницу.
Когда мы заходим в холл, я вижу Иру на ресепшене.
— Самира?! — раздается ее удивленное.
— Быстро врача, моя жена рожает… — голос Зу вибрирует от напряжения. Ира тут же набирает номер и вызывает мед братьев. Меня кладут на носилки и везут по коридору в родильное. Зу идет рядом со мной. Его рука в моей. Он что-то говорит им, он такой напряженный, такой сосредоточенный. Взгляд заостренный, лицо бледное и шрам на его фоне кажется сейчас огромным.
 
— Что тут? — раздается над головой знакомый голос. А я напрягаюсь, понимая, кто именно сегодня дежурит.
Я вижу перед собой лицо Димы. Он хмурится, осматривая меня.
— Ты как?
— Плохо, мой врач уехал… а я …
— Нет, ни хрена, — раздается грубый голос Заура. — Ты, бл*ть, даже не притронешься к моей жене! И к моему ребенку…