Шок и трепет 1978 (СИ)
— Так точно! Снял! И наша страна от этого получила не малую выгоду, — поддержал слова Косыгина Министр обороны СССР Дмитрий Фёдорович Устинов. — Сколько там этот фильм уже принёс? Миллионов триста долларов? А принесёт ещё больше!
— Опять вы про деньги, — поморщился Секретарь ЦК Михаил Андреевич Суслов.
— Да, про деньги. Ведь именно они — кровь экономики, — сказал Председатель Совета Министров СССР.
Он знал, что Суслов с раздражением относится ко всему, что касается Васина. Не нравилась Михаилу Андреевичу свободолюбивая натура комсомольца. И в другой раз бы, он с секретарём ЦК, отвечающим за идеологию страны, связываться бы не стал. Но сейчас речь шла о больших, огромных деньгах, которые страна фактически ежедневно теряла. В экономической терминологии есть понятие — недополученная прибыль. Так вот, именно посчитав, хоть и приблизительно, эту абстрактную прибыль, которой нет, в министерстве финансов взялись за голову.
Цифры были показаны Председателю Правительства и привели того в крайне дурное настроение. А после пояснений и прогнозов на будущее, настроение ухудшилось — дальше некуда.
И сейчас Косыгин не взирая ни на что, и даже если предположить то, что своими действиями может нажить себе могущественных и хладнокровных врагов, собирался донести до всех собравшихся на заседании свою мысль.
— Уже сейчас, — чётко заявил он, — мы за две недели потеряли как минимум под сто миллионов долларов. Эти деньги не только сейчас, не получены в бюджет, но и не будут получены никогда. Более того, с каждым днём наши потери будут расти, становясь всё больше и больше. И всё это будет происходить из-за той самой недополученной прибыли. Вы спрашиваете почему? А всё очень просто. Васин снимал фильм за месяц. И такой снятый фильм приносил нам прибыль, как после премьеры и показа в кинотеатрах, так и в последующем прокате. Кроме этого, сейчас на западе, а в скором времени и у нас, прибыль идет, и будет идти с продажи видеокассет. Так что денежный ручей с каждой картины не прекращается никогда. А теперь я скажу прописную истину, которую вы все прекрасно понимаете: чем большее количество картин мы имеем, тем больше выгоды получает наша страна. И вот теперь, из-за какого-то глупого видеоклипа, наша страна потеряла сто миллионов. А на следующий месяц эти потери минимум утроятся. И опять я могу объяснить, почему это так. Это произойдёт потому, что к этой недополученной прибыли, приплюсуется ещё одна недополученная прибыль, которую мы могли бы получить, но не получили! И это будет как снежный ком. И чем дольше наш незаурядный режиссёр будет отстранён от работы, тем больше денег потеряет наша страна. В министерстве финансов подсчитали, что за год мы потеряем, как минимум, два миллиарда долларов. Минимум — два! Вы представляете, какие колоссальные деньги улетят в трубу⁈
— Гхм, — нахмурился Генеральный Секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев, — что-то уж очень много. — Он окинул всех взглядом. — Это куда ж они денутся, гхм?
— Да никуда они не денутся, — отмахнулся Суслов. — Товарищ Косыгин имеет в виду, что этих денег, как бы у нас не будет. Но они, якобы, могли бы быть.
— А как, нам их получить? Что, гхм, для этого нужно?
— Нужно вернуть Васина на работу. Но это не так просто, — взял слово Устинов.
— Гхм, это почему?
— Потому, что Васин пропал, — он перевёл взгляд с Брежнева на Суслова. — Вы же об этом знаете, Михаил Андреевич⁈ Уверен, что знаете. И как Вам от этой новости? Вы довольны? Вы этого добивались?
Генсек и все присутствующие перевели взгляд на Секретаря ЦК.
— Уже давно нашёлся ваш Васин. Так что ваши претензии не актуальны. Да и вообще не по адресу. Ведь пропадал этот певец в армии — то есть в вашей сфере ответственности. Причём мне сообщили, что он очень уж странно пропал, после чего не менее странно нашёлся. Гулял он там, видите ли, вокруг своей воинской части. Лунатик Васин, оказывается, — проинформировал он всех присутствующих и с удивлением заметил, что никакой отрицательной реакции его слова не вызвали. Поэтому он усилил эффективность своих слов: — Каково⁈ А⁈
И опять ничего. Коллеги по управлению страной сидели и ждали, что он ещё скажет.
«Ну, ладно, тогда припечатаю покрепче», — подумал Михаил Андреевич и, посмотрев на Устинова, сказал:
— Васин самый настоящий лунатик! Лунатик! Понимаете⁈ И как вы только такого в армию-то взяли? Он же, когда в это состояние впадает, вообще ничего не видит и не понимает.
— Взяли, чтобы вы его в тюрьму не упрятали, как собирались, — ответил на претензию Министр обороны СССР.
— Да о чём Вы говорите? Никогда я не предлагал Васина сажать. Я предлагал его припугнуть! Постращать, чтобы он пришёл в себя, и перестал заниматься глупостями и дискредитацией нашей советской власти. А ведь именно этим он в последнем своём клипе и занимался — панк проклятый.
— Во! Опять! Опять ты, Михал Андреич, статейку шьёшь. В который раз собираешься антисоветскую пропаганду ему пришить.
— Если вы не заметили, то она у него на лбу написана, — устало произнёс Суслов. — А вообще, я устал уже один с ним бороться. Хотите его вернуть? Прекрасно, возвращайте. Только не говорите потом, что я вас не предупреждал. Васин — это, как болезнь — вирус, который неумолимо распространяется по всей стране.
— Васин не вирус, а добытчик!
— И вы тоже про деньги⁈
— А про что ещё⁈ Американцы ставят военные базы по всему миру! Западный военный блок НАТО постоянно наращивает свой огневой потенциал! А мы, что, сидеть будем? Нам нужно срочно увеличить военный бюджет! — произнёс Дмитрий Фёдорович, а затем, вспомнив про элементы гибридной войны, которые разрабатывает Генштаб, сразу же добавил: — А также построить десяток заводов по производству джинсовой одежды, кроссовок, сапог «дутиков» и двадцати видов жвачки.
Председатель Совета министров СССР согласно кивнул, давая понять, что эту информацию он помнит.
— Мы получили Ваше предложение и сейчас готовятся экономические расчёты. Думаю, что через месяц мы уже будем знать, какая сумма нам потребуется на эти предприятия.
— Вот, Михал Андреич, — обращаясь к Суслову, Устинов кивнул на Косыгина, — Вы же видите, и тут деньги и там деньги. Что тут сделаешь, раз мировая экономика на них построена? Так что пока коммунизма у нас не будет, и нужны будут эти самые деньги. И чем больше их будет в нашем распоряжении, тем сильнее будет наша армия, а значит и страна!
— А… — махнул рукой Секретарь ЦК, — делайте, что хотите. Я всё сказал.
— У кого еще, какие будут предложения? — решил подвести итог дискуссии Председатель Правительства. — Никто больше высказаться не хочет? Хорошо. Тогда давайте голосовать? Кто за то, чтобы вернуть Васина в Москву, восстановить в должностях, в комсомоле и дать ему зелёный свет на все его творческие изыскания?
* * *Глава 28
Понаехавшие
Воинская часть
— В первую очередь, Саша, спасибо тебе за сына! Если бы не ты, то ещё неизвестно, чем бы там всё закончилось, — первым делом заявил, приехавший к нам в часть генерал-майор Петров со свитой, и, крепко пожав руку, обнял меня.
Вчера, когда после телефонного разговора, Кравцов пригласил нас в кабинет, то сразу же заявил, что нас ждут в Москве!
— Через два часа все необходимые бумаги будут доставлены в воинскую часть. И тебя комиссуют по состоянию здоровья.
— Это произвол! — тут же закричал я, глядя, как оживший командир нашей доблестной воинской части, к великому моему изумлению начинает отплясывать танец «яблочко».
— Не произвол, а необходимость! — отрезал Кравцов.
— Я не поеду! — не сдавался я.
— Поедешь!
— Нет!
— Да!
— Хрен им! Не поеду и точка!
— А я сказал: поедешь!!
— А я сказал: нихрена!!
Ну и началось… И как только меня не уговаривали, чем только не соблазняли… И на работу меня вернут. И разрешат мне снимать всё, что я захочу (естественно, в рамках приличия, если пропустит Главлит). И что мама с бабушкой меня ждут. И что ребята из «Импульса» очень просят меня вернуться. И тому подобная замануха.