Как увлечь дьявола (СИ)

Я сделал всё, как он сказал, хотя по-прежнему чувствовал себя так спокойно, что за этими действиями не было никакого напряжения.
Через две минуты Рэйф застегивал одну из моих рубашек на груди, а Зандер просушивал мои волосы полотенцем. Я по-прежнему был слишком спокоен, чтобы волноваться.
— Да что с тобой такое? — прорычал Рафаэль. — На кону твоя жизнь.
— Я не голоден, — сказал я.
  
— Добро пожаловать в жизнь в паре, — Зандер оставил свои попытки высушить мои волосы. Вместо этого он схватил мой пиджак.
— Я никогда не был неголоден.
— Это пройдет, и через час ты снова захочешь её раздеть, — сказал Рэйф, потянувшись к моему галстуку.
Я уже хотел, чтобы она снова была голой. Отсутствие голода было лишь новым ощущением.
— Без пиджака. — я остановил Зандера. Бринн нравилось, когда я закатывал рукава и не надевал пиджак.
— У тебя кровь пропитывает рубашку в дюжине мест. Пиджак нужно надеть. — Рафаэль выхватил его у Зандера. — Если они тебя убьют, ты больше не сможешь её трахнуть.
Я вообще её не трахал.
Это изменится в самое ближайшее время.
— Они не убьют меня. Любой демон связанный узами, сделает то же самое, что и я, если кто-то будет питаться из его пары. — мои плечи напряглись при воспоминании об этом.
И Энтони всё ещё был жив?
— Мы это знаем. Но ты должен вести себя как обычно, чтобы правительство не использовало это как возможность убить одного из нас, — сказал Рэйф.
— Нам пора идти. — Зандер открыл дверь.
Застегнув пиджак, чтобы скрыть пятна крови на животе, я вышел вслед за ним. Мне было наплевать на свои растрепанные волосы и отсутствие обуви.
Спустившись по лестнице, я обнаружил, что Бринн уже сидит на диване. Её мягкие золотистые волосы были влажными, а на ней было простое светло-розовое платье-свитер, которое облегало её великолепные изгибы. Татум и Майлз сидели по обе стороны от неё, пока она заканчивала рассказывать свою историю представителям сверхъестественного правительства. К счастью, она опустила все подробности о сексе.
Я сразу же узнал их обоих. Ронин был оборотнем, а Мэгги — вампиром. Ни один из них не имел ничего против нас. Она была в паре, а он — нет, но волки гораздо более ревностно относятся к своим парам, чем демоны.
Моей жизни точно ничего не угрожало.
Я подошёл к дивану и без промедления поднял Бринн на руки. Она издала удивленный звук, но не протестовала, когда я усадил её к себе на колени, прижав спиной к груди.
Татум и Майлз отодвинулись, давая нам пространство, пока я рассказывал свою версию истории, а мы оба отвечали на их вопросы. Вскоре они согласились с тем, что это моё право — покончить с жизнью Энтони, если я так решил, и вышли из дома.
Бринн соскользнула с моих коленей, заставив себя улыбнуться.
— Хорошая игра, Крэш.
Что именно хорошо?
Я моргнул, а она уже исчезала на лестнице. Майлз и Татум последовали за ней, и я поднялся на ноги, намереваясь сделать то же самое.
Зандер и Рафаэль встали перед лестницей, преградив мне путь.
— Какого чёрта? — раздражение окрасило мой голос.
— Извини, но у нас строгий приказ предоставить девушкам свободное пространство, — проворчал Рафаэль.
— Идите помогите мне готовить, — позвала нас мама из кухни.
Никто из нас не сдвинулся с места.
— Моя пара чем-то расстроена. Я собираюсь поговорить с ней. Отойди, или я тебя подвину, — сказал я.
— Мы знаем, почему она расстроена. — отец положил руку мне на плечо. — Мы расскажем тебе, пока будем готовить. Осталось совсем немного времени, чтобы приготовить ужин на День благодарения.
Я недовольно поморщился, но позволил ему увести себя на кухню.
Мама ставила индейку в духовку, выражение её лица было мрачным.
— В этом году мы будем праздновать поздно.
— Не переживай об этом, любовь моя. Никто не против. — папа отпустил меня, притянул её к себе и поцеловал в лоб.
Её губы слегка изогнулись в улыбке, и у меня заныло в груди.
Я начал разворачиваться, чтобы пойти за Бринн, но Рэйф и Зандер тут же снова преградили мне путь.
— Что ты помнишь о пребывании в подвале? — спросил папа, вкладывая мне в руку карточку с рецептом. Я не стал смотреть вниз, чтобы прочитать, для чего она предназначена.
— Не много. Словно всё тумане.
Я вспомнил гнев.
Ярость.
Немного боли.
Всё стало проще, когда Бринн меня обняла.
Её тело было невероятно приятным на моих пальцах.
Её похоть заставляла меня чувствовать себя чертовски живым.
— Она не хотела кормить тебя своей похотью. Сказала, что ты не хочешь стать зависимым от неё и будешь ненавидеть её за то, что она заставляет тебя, — сказал отец. — Другого выхода не было. Никто из нас не смог заставить тебя измениться, включая Бринн. Питание от неё было единственным способом вывести тебя из этого состояния. Мы приняли решение за тебя, а не за неё.
Я моргнул.
— Она несколько раз извинилась перед тобой после того, как ты отпустил её там, внизу, — сказал Зандер. — Ты никак не отреагировал.
— Я был ошеломлён. Я никогда раньше не чувствовал насыщения, — прорычал я в ответ, протискиваясь сквозь братьев. Они сопротивлялись не так сильно, как я ожидал.
— Энтони в твоей старой комнате, — позвал папа через плечо.
Я остановился.
Новая волна ярости обрушилась на меня.
Я разберусь с ним.
Затем поговорю со своей парой.
  
Глава 15
 
БРИНН
 
— Мы должны помочь Анастасии, — сказала я, вышагивая по комнате Майлз. — Думаю, она планирует провести День благодарения по полной программе, даже после всего, что произошло.
— Тебе нужен отдых от Баша, — напомнила Майлз.
— Я не знаю, чего хочу, и не могу весь день сидеть в этой комнате. — я провела рукой по мокрым волосам. Они были слегка влажными, но точно не сухими.
— Возможно, сейчас не самое подходящее время говорить тебе об этом, но у тебя на заднице довольно большое пятно крови, — заметила Татум.
Я оглянулась через плечо, пытаясь разглядеть место, но не смогла. Оно было слишком низко.
— Я переоденусь, а потом мы пойдем помогать Анастасии, — решила я.
Мои подруги кивнули.
Через несколько минут мы уже спускались по лестнице. На полпути моя решимость улетучилась, когда в животе снова заклокотало чувство вины.
Я не хотела смотреть Себастьяну в глаза.
Однако поворачивать назад было уже поздно.
К счастью, когда мы добрались до кухни, Анастасия была там одна.
— Неужели эти ублюдки сбросили все заботы на тебя? — спросила Татум.
Анастасия улыбнулась, но улыбка не достигла её глаз. Ей было не по себе от всего этого.
Мне тоже.
Я больше никогда не позволю себе вынашивать коварные планы. Зло и я были явно несовместимы.
Мы все взяли по рецепту и принялись за работу. Анастасия включила рождественскую музыку, чтобы поднять настроение, пока мы готовили.
Татум и Майлз поддерживали беседу, хотя мы с Анастасией почти ничего не говорили.
Через час после этого все четверо парней один за другим вошли в дверь. Баш зашёл последним, и я отвернулся от него, зажмурив глаза и позволив миксеру перед собой работать дольше, чем следовало.
Взбитые сливки должны были получиться очень взбитыми.
Миксер выключился, и пара массивных рук опустилась на мои бёдра.
Я замерла.
Мои глаза оставались закрытыми.
Губы коснулись моего уха.
— Нам нужно поговорить, Бринли.
Чёрт.
— Я занята.
— Это была не просьба.
— Мы можем поговорить позже, — прошептала я.
— Мы поговорим сейчас. — он оттащил меня на несколько шагов назад, и мне пришлось открыть глаза, чтобы понять, куда я иду.
— Разберись со взбитыми сливками, Рэйф, — сказал Баш. Это не было приказом… но это был приказ.
Рэйф отсалютовал ему, а Баш продолжал вести меня в обратном направлении, пока мы не оказались за пределами кухни и всех, кто в ней находился. Затем он повернул нас обоих. Его руки оставались на моих бёдрах, пока он вел меня к лестнице, а его грудь касалась моей спины, во время движения.