Как увлечь дьявола (СИ)

Мои губы изогнулись в улыбке, а тело затряслось, когда я наконец достигла оргазма. Мои крики наполнили комнату, и я услышала, как что-то твердое ударилось о дверь.
Может быть, кулак.
— Привет? — мой голос был хриплым, когда я его позвала.
Он не ответил.
Мои губы изогнулись от удовольствия, грудь быстро поднималась и опускалась.
О да, я бы назвала это главным ночным событием.
  
Прошло несколько минут, но я так и не услышала, как он ушёл.
Может быть, я смогу быть чуть более коварной.
Я снова включила вибратор, и его кулак тут же забарабанил по двери.
— Ты не ужинала, Бринли. — голос у него был хриплый.
— Я не голодна, — воскликнула я, оставив вибратор включенным, хотя больше не прижимала его к клитору.
— Поешь сейчас же, или я выломаю эту дверь и заставлю тебя.
Я выключила вибратор, но оставила его в руке, когда пересекла спальню и распахнула дверь. Положив руку на бедро, я убедилась, что он его видит.
Его глаза обжигали моё обнажённое тело. Они едва взглянули на вибратор, задержавшись на остальных частях моего тела.
— Серьезно? Ты не позволил мне найти кого-то, кто отвезет меня домой, а теперь не можешь позволить мне насладиться одиночеством? — пробурчала я.
В горле у него пересохло.
— Тебе нужно… поесть. — он наконец оторвал взгляд от моих сисек. Его глаза пылали, когда встретились с моими. — Еда. Тебе нужно поесть.
Он никогда не запинался на словах.
Мне удалось застать его врасплох.
И, если верить бугру на его штанах, это его возбуждало.
— Я занята. — я выхватила тарелку из его рук и вернулась в свою комнату, закрыв перед его носом дверь.
Он по-прежнему не уходил.
Мои губы изогнулись ещё больше, и я растянулась на кровати, снова включив вибратор. Мои крики вскоре заполнили комнату, и он снова ударил в дверь. Когда я потеряла контроль над собой, и мой голос стал громким и отчаянным, я услышала его приглушенное ругательство.
Я надеялась, что он отреагирует на мои звуки.
Надеялась, что он потеряет контроль над собой, чтобы мое имя было у него на губах, а мой голос звучал у него в ушах.
Потому что мы были на войне… и я не соглашусь ни на что меньшее, чем скрепленные узы пары.
* * *
На следующий день я отправила сообщение своему кондитеру, чтобы уведомить, что займусь огромным онлайн-заказом, который мы получили, и отправилась на кухню в своих обычных стрингах и футболке. У меня вспотеет грудь, если я буду готовить без бюстгальтера, но я переживу это.
Если я собиралась войти в жизнь Себастьяна после того, как он объявил, что будет держаться от меня на расстоянии, конфеты казались лучшим выходом. Наряд был лишь глазурью на торте.
Баша нигде не было, и я принялась за работу, готовя без фартука.
В конце концов, это бы перечеркнуло смысл отсутствия бюстгальтера.
Я не могла понять, как синхронизировать свой телефон с колонкой, стоящей в углу кухни, поэтому просто включала музыку прямо из неё, пока работала. Мои бедра покачивались, плечи двигались, губы произносили слова песен, а я следовала рецептам, которые знала наизусть.
Когда Себастьян наконец появился, было уже почти время обеда.
Я почувствовала его раньше, чем увидела, благодаря горячему взгляду на моей спине.
— Привет, Хэш, — сказала через плечо, не оборачиваясь. — Как мне подключить телефон к твоей колонке?
— Здесь нужен код доступа. Я сделаю это. — его голос снова стал низким, как я и любила, и он прошёл мимо меня, чтобы взять мой телефон со стойки.
Он притворился равнодушным.
Баш был одет в свой обычный дорогой костюм, без единого лишнего волоска.
— Спасибо! — я улыбнулась ему, и он кивнул головой. Хотя его взгляд был по-прежнему горячим, он постарался не коснуться меня, когда проходил мимо.
Всё было хорошо.
В конце концов, мы это переживём.
Через мгновение из колонок заиграла моя музыка, и на моём лице расплылась ухмылка.
Так было намного лучше.
Я сильнее закрутила бедрами, покачивая головой в такт, пока помешивала содержимое кастрюли на плите.
— Что ты делаешь? — в его голосе прозвучало рычание, от которого моя кровь стала горячей.
— Танцую. — я подмигнула ему. — И делаю конфеты для какого-то чудака, который заказал в моём магазине шоколад на пятьсот баксов. Он даже не купил ириски. Хотя, судя по всему, ему очень нравятся мятные трюфели. У меня в холодильнике их столько, что хватит на целую армию.
Как я и ожидала, через мгновение холодильник открылся, и Себастьян уже поглощал трюфели.
Его низкий стон заставил меня улыбнуться.
Он ударился затылком о холодильник.
— Спасибо.
— Ммм… Как шоколад помогает утолить голод?
— Сахар снимает напряжение. Больше всего я люблю шоколад.
— Что значит снимать напряжение?
Он задумался на мгновение, откусив ещё кусочек от своего лакомства, пока я продолжала помешивать.
— Знаешь, когда ты по-настоящему голоден и пьешь воду, голод на мгновение исчезает?
— Да. — я кивнула, а тело продолжало раскачиваться в такт музыке.
— Примерно также.
— И ты всегда голоден?
— Всегда. — он принялся за второй трюфель. Или, может быть, третий.
— Все демоны-мужчины всегда голодны, верно?
— В разной степени. Личность играет определенную роль. Генетика тоже. Все мы в той или иной степени испытываем постоянный голод, но для одних мужчин это просто чувство, что они могли бы поесть. Для других это чувство, близкое к голоду, которое невозможно утолить.
Я присвистнула.
— Чёрт.
В ответ он откусил очередной кусочек шоколада.
— Татум и Майлз уже говорили о том, что им нужно насытить своих парней. Тебя ведь можно насытить, верно?
— В теории.
— Ты никогда не чувствовал этого раньше? — я посмотрела на него через плечо, в моих глазах читалось любопытство.
— Нет. Я никогда не утолял свой голод полностью. Мой отец был таким же, пока не соединился с моей матерью.
Я снова посмотрела на свой шоколад.
— Даже зная это, ты всё равно не хочешь иметь пару?
— Связывание с парой — это не только утоление голода, Бринли.
— Например, готовить друг другу еду? Или менять друг другу повязки?
Он ничего на это не ответил.
Может быть, я слишком сильно на него давила.
— В следующий раз тебе стоит сделать заказ в кофейне одной из моих подруг, чтобы сохранить дистанцию между нами, — заметила я. — Мы должны сами заботиться о своей еде. Делиться едой для меня интимно. В моей семье еда равна любви.
На это он тоже не ответил.
После минутного молчания он наконец заговорил.
— Ты сказала своим подругам, что я спал с Синди из «Сладких Грез»?
Я моргнула.
— Нет.
Он протянул мне свой телефон. На экране было сообщение, отправленное накануне вечером.
Рафаэль:
 
«Если ты будешь трахать Синди, танцуя вот так с Бринн, знай, мне придется тебя убить».
 
Баш ничего не ответил.
Было ещё одно сообщение, которое он оставил без ответа в тот день.
Рафаэль:
 
«Закажешь в «Сладких Грезах» ещё раз, и я больше не буду с тобой работать».
 
Ничего себе.
— Ну, ты спишь с ней? — спросила я, передавая телефон обратно.
— Конечно, нет. — его ответное рычание было свирепым. — Я не прикасался к женщинам с тех пор, как понял, что я твой. И уж точно не стал бы прикасался к ней сейчас.
«Твой».
Он сказал это так легко. Как будто это было естественно и неизменно.
— Ты не мой. Прошлой ночью ты это ясно дал понять. — я сняла кастрюлю с плиты и аккуратно перелила шоколад в формочки. — Вчера позвонила Татум и спросила, что происходит между тобой и мной. Я сказала ей, чтобы она не выполняла никаких заказов для тебя, и она решила, что что-то случилось. Когда я рассказала, что нашла Синди на пороге твоего дома, она спросила, не спишь ли ты с ней, и я ответила, что не знаю. Вероятно, она рассказала об этом Рафаэлю.