Почему нет? (СИ)

– Да? – раздается из динамика настороженный голос.
– Привет, Сереж.
– Привет.
– Я в городе. Приехала вещи из квартиры забрать.
– Угу… – тихо отвечает он.
– Ты занят? Или Ира там подслушивает? – иронично усмехаюсь я.
На линии слышится шорох, а после глухие шаги.
– В ванную прятаться бежишь? – Происходящее веселит меня все больше. – Не стоит. Можешь даже на громкую включить. Я с ней поздороваюсь.
– Ясь, – недовольно одергивает меня он.
– Ладно-ладно. Какие мы нежные… – Затяжка обжигает горло, а после я нескромно выдыхаю дым в открытое окно. – Я просто хотела предупредить, а еще попросить тебя вытащить потом все мусорные пакеты. Сама я их до помойки не донесу.
– Да. Хорошо.
– А где, кстати, кубки?
– Какие кубки?
– Ну, бокалы, что Таня дарила на новоселье.
– М-м-м… я их… кхм… забрал, – неуверенно отвечает он.
– Как и мое новое серое постельное?
– Почему это оно твое?
– Я его купила.
– И оплатила моей картой.
– А-а-а… ну да-а-а… – тяну я, закатывая глаза. – Точно. Надеюсь, Ире нравится спать на моих простынях и пить из моих бокалов.
– Ты там синяя, что ли?
– Зеленая.
– Ясь, ты поругаться позвонила? Бокалы я верну, если хочешь, а…
– Нет, спасибо, – перебиваю язвительно. – Это подарок. Вам на свадьбу.
– Серьезно? Я должен это выслушивать?
Тяжело вздыхаю, затушив сигарету о кирпичи за окном, и щурюсь от лучей заходящего солнца. Конечно не должен, но на кого еще мне вызвериться?
– Ясь…
– Извини, – нехотя произношу я. – Денек сегодня непростой. Оказывается, у нас тут столько хлама.
– Я все вывезу.
– Хорошо.
Молчим несколько секунд. Пустота между нами все ширится, призывая осознание того, что теперь мы уж точно стали совершенно чужими. И как некоторые остаются друзьями с бывшими? Что это за магия? От счастья ведь не уходят, а если есть место несчастью, то злость и обиды тут как тут. Разрыв не может быть приятным и безболезненным, на то он и разрыв. Так откуда люди берут силы, чтобы продолжить доброе общение с теми, кто когда-то сделал им очень больно? Я вот точно знаю, что не смогла бы так даже в случае с Сережей, развод с которым нельзя назвать эпической драмой. Я предпочла бы больше никогда его не видеть и не знать. Жаль, что все не так просто.
– Слушай, если ты здесь, – заговаривает Сережа, плохо скрывая неловкость, – значит, в субботу будешь на дне рождения Даньки?
– Он мой крестник вообще-то.
– Это я помню… – мрачно произносит он. – Ясь, я хотел бы попросить об одолжении…
– Если твоя Ира не станет меня трогать, то и я ее тоже пощажу, – цежу сквозь зубы, догадавшись, к чему он клонит.
– Да? Я не первый год тебя знаю.
Вспыхнувшая ярость поднимается жаром вверх от желудка, и я зажмуриваюсь, сдерживая ее изо всех сил, потому что не хочу показывать, насколько он прав.
– Значит, тебе будет чему удивиться, – отвечаю я елейным тоном. – Пока, Сереж.
Не дожидаясь ответа, кладу трубку и тушу пожар внутри себя ледяным коктейлем. Иду на кухню и смешиваю еще один, чтобы уж точно вырубиться, как только коснусь головой подушки. Ну а что? Отчаянные времена требуют отчаянных мер. Не хочу провести всю ночь, гоняя дурные мысли.
Возвращаюсь на балкон, притащив себе стул из кухни. Сажусь перед окном и наблюдаю, как темнеет небо. Еще немного, еще чуть-чуть продержаться, и я уеду отсюда. Вернусь в свою съемную квартиру, которая уже легко воспринимается как дом, пойду на любимую работу, увижу родных и… Взгляд снова тянется к телефону, а на губах появляется улыбка. Беру мобильный и набираю еще один номер. Другой. Не вызывающий ноющей боли в старых шрамах.
– Алло, – нежный голос расслабляет и без того обмякшее тело.
– Как первый день? – спрашиваю я.
– Хорошо. Набил сегодня здоровенную змею типу на всю ногу.
– Сфоткал?
– Да.
– Пришлешь?
– Хочешь поставить оценку своему мальчику?
– Хочу посмотреть, чему тебя там Гриня научил, – хихикаю я.
– Пришлю, – соглашается Яр, и я прикрываю глаза, не переставая улыбаться. – Ты там как?
– Не так плохо, как я думала. Упаковала уже больше половины, завтра закончу.
  
– А что по самочувствию?
– Пойдет.
– А теперь правду, – серьезно произносит Ярослав.
Молчу, прикусив нижнюю губу. Подбородок дрожит, а из уголков глаз катятся слезы. Жалкие, но отчего-то совсем не горькие.
– Хочешь, я приеду? – предлагает он, и внутри меня что-то переворачивается.
Хочу ли я увидеть Ярослава? Хочу ли свернуться калачиком рядом с ним, прижавшись ухом к его груди и слушая ровное биение сердца? Почувствовать себя в безопасном спокойствии? Ощутить ту легкость и комфорт, которые он, как успешный дилер, всегда носит за пазухой? Все хочу, так сильно, что даже страшно, но тащить сюда Ярослава – плохая идея. Только не сюда, не в эту квартиру. Наполнять ее новыми воспоминаниями у меня нет ни малейшего желания. Будь я еще немного истеричнее, вообще бы сожгла ее к чертям и танцевала под парящим в воздухе пеплом. А еще, больше чем увидеть Ярослава, мне хочется, чтобы он хоть немного мной погордился, а не воспринимал только как брошенную девочку, отчаянно нуждающуюся в крепком мужском плече.
– Нет, не нужно. Я уже спать собираюсь.
– Хорошо, – приглушенно отвечает он.
– Созвонимся завтра?
– Конечно. Отдыхай, Ясь.
– И ты тоже. Ну-у-у… пока?
– Сегодня без поцелуев? – весело спрашивает он.
– А что? Уже соскучился? – кокетливо отвечаю я, радуясь продолжению разговора.
– Конечно.
– Сильно?
– Ясь, ты там… пьяна, да?
– С чего ты взял?
– По голосу слышу, – усмехается он.
– Немного, – приходится сознаться, ведь он уже все равно заметил.
– Текила?
– Не настолько мне плохо. Запоминать эти дни и правда не очень хочется, но я справляюсь. Сегодня мой друг – джин.
– Джин? Я ревную.
– И зря, он тебя не заменит. Но мы могли бы как-нибудь собраться втроем…
– Соблазнительно, – мурчит он, и я поджимаю пальцы на ногах.
Идея наплевать на все и сказать Ярославу «приезжай» кажется все более заманчивой, поэтому приходится взять себя в руки и попрощаться:
– Спокойной ночи, Яр.
– Спокойной, Ясь.
– Целую.
– И я тебя.
Второй день в борьбе с коробками, пакетами и кучей хлама с верхних полок шкафов и из укромных уголков квартиры проходит немного легче, чем первый. Действую больше на автомате, рационально и расчетливо, будто все это большая барахолка, не имеющая ко мне никакого отношения, где разрешено взять бесплатно любую вещь, что приглянется. Нахожу пару классных свитеров, о которых напрочь забыла, шлюшьи лаковые ботфорты и шифоновое платье, купленное лет семь назад и в этом сезоне снова вошедшее в моду. Надеюсь, я в него влезу. Мои верные соратники на сегодня – капучино, круассаны с лососем и творожным сыром, ледяная минеральная вода и старенький сериал о сплетнях, любви и женской дружбе. Джин, конечно, тоже был хорош, но гудящая голова и опухшее лицо с утра не сильно мне импонируют.
Сама не замечаю, как последняя полочка пустеет, и спрыгиваю с табуретки, оглядывая гостиную. Поле боя, честное слово. Повсюду трупы павших, завернутые в черные плотные пакеты. Отряхиваю руки, кожа ладоней стянута от пыли и сухости, но в остальном я чувствую только приятную усталость вместе с удовлетворением. Вот и все. Осталось только погрузить нужное, выбросить ненужное и прибраться. Хотя для последнего можно и клинингом обойтись. Скажу об этом Сереже, пусть займется. В конце концов, большая часть тяжелой работы, а именно расфасовка вещей, досталась мне. Надеюсь, он не станет заглядывать в мусорные мешки. Будет обидно, если на дне одного из них он найдет свою футболку, уже давно не пригодную для носки, но такую любимую, потому что Макс привез ее из Барселоны. Это Сереже за бокалы. И мне не стыдно. По крайней мере сегодня.