К ЧЕРТУ ЛЮБОВЬ! - 2.0

— Катенька, а вы с Ирой давно вместе работаете?
Волжак подавилась салатом, но быстро пришла в себя. И, мельком взглянув в мою сторону, ответила:
— Чуть больше трех лет… примерно.
— О, так вы… Вы с самого начала… ну, начали встречаться? – мама смотрела на Волжак в ожидании ответа. Тут уже покраснела я.
— Ну, не то чтобы сразу… — пространно ответила Екатерина Александровна.
  
— А кем вы работаете? – включился в разговор отец.
— Я… руководитель…
— А… — папа на секунду замер, задумавшись. – Ирочка была ассистентом какого-то руководителя… Вы там и пересеклись?
Волжак снова кашлянула и, поерзав на стуле, ответила:
— Полагаю, это и была я.
Мама с папой переглянулись, а потом посмотрели на меня.
— Да, я работала на нее, — вздохнула я, понимая, как это выглядит со стороны. Их дочь не только лесбиянка, но еще и спала со своим начальством.
Дело в том, что мама в принципе не особо жаловала служебные романы (именно поэтому они с отцом работали в разных школах), а роман с начальством вообще был за гранью ее понимания. Но опять-таки, Волжак спасла ситуацию.
— Я понимаю, как это звучит, но… На самом деле, это не было так, как может показаться на первый взгляд. И в любом случае, сейчас мы не работаем вместе. Ира перевелась в другой отдел.
— Ты меня перевела, — поправила я ее.
— Ты была не против, — напомнила мне Волжак, предупреждающе улыбаясь.
— Вы перевели ее? – брови мамы поползли вверх.
— Ну… — Волжак зыркнула на меня, намекая, что я не останусь ненаказанной за свой длинный язык. – Дело в том, что у нас открылся новый отдел, где можно построить хорошую карьеру и реализовать амбиции. А сидя у меня в приемной это невозможно. Поэтому я предложила Ире эту должность.
— Вот как… — пробормотала мама со странным выражением лица.
— Нет, это не потому, что мы… встречаемся. Это потому, что ваша дочь очень способная и талантливая. И мне было жаль, что она тратит свои возможности, сидя рядом со мной. К тому же, второй руководитель был только «за».
— И со вторым руководителем ты не встречалась, я полагаю? – усмехнулся отец.
— Папа! – возмущенно воскликнула я. – Конечно, нет!
— Я хочу сказать, что у вас прекрасная дочь. Вы дали ей отличное образование, но, что более важно, воспитали ее честным и порядочным человеком. И я хочу сказать вам спасибо за это, — проговорила Волжак, глядя на мою мать. А потом перевела взгляд на отца, — и также я хочу сказать, что… Обещаю, что со мной она будет в безопасности, и что я сделаю все, чтобы она была счастлива, — с этими словами она опрокинула рюмку коньяка, не дожидаясь нас, и поставила ее на стол.
— Черт, я чуть не прослезился, честно, — воскликнул отец и тоже выпил. – Катя, вы мне определенно нравитесь.
— И мне, — кивнула мама, сидя с уже влажными глазами, — за вас, Катенька. Если уж моя дочь выбрала себе в пару женщину, то я рада, что ей оказались вы, — мама подняла бокал и… осушила его до дна.
— Кажется, ты произвела фурор, — шепнула я на ухо Волжак и улыбнулась. – Не зря я тебя выбрала, — хихикнула я, пихнув ее в плечо.
***
Семейный ужин прошел замечательно, а закончился более чем эпично. Мы с мамой были слегка подвыпившие, но я бы даже не назвала это так. А вот мой отец вместе с Волжак… Они конечно, чуть перебрали. Мама предложила отцу пойти прилечь, на что он ответил согласием. Я же предложила прилечь Волжак. И она тоже не отказалась. Когда мы с мамой остались в комнате вдвоем, то рассмеялись.
— Они чем-то похожи, — улыбаясь, проговорила мама, начиная убирать со стола.
— Ага, оба сейчас наверняка храпят, — усмехнулась я. – Кстати, не подумай, что она так… частенько. Она вообще почти не пьет. Просто сегодня, по всей видимости, перенервничала.
— Я даже не думала, что у нее с этим проблемы, — пожала плечами мама. – Видно же по человеку, когда он любит это дело, а когда нет. Так что все в порядке, — успокоила она меня.
— Так… — я поставила кучу тарелок на столешницу. – Что скажешь?
— О чем? – мама сделала вид, что не понимает.
— Да ладно, ты знаешь, о чем, — махнула я рукой, бедром уперевшись в край тумбы. – Как тебе… мой выбор?
— Дочка, — мама повернулась ко мне и улыбнулась. – Главное не то, что скажу я, а то, что чувствуешь ты, — она дотронулась до моей груди в области сердца. – Я вижу, как ты смотришь на нее. И как она смотрит на тебя. И это – самое важное, что я должна знать.
— Ох, мам, ты как скажешь иногда, — промычала я, понимая, что мои глаза начинают слезиться.
— Это правда, — усмехнулась мама. – Она тебя любит. Очень. И я это вижу. И я рада, что ваше чувство взаимно. Это редкость. И это прекрасно.
— Спасибо, мам, — шмыгнула я и потянулась к матери за объятием. – Вы ей тоже понравились.
— В таком случае, я рада вдвойне, — улыбнулась она. – А теперь иди и сними с нее одежду, боюсь, она этого так и не сделала. И уложи ее нормально в кровать.
— Я думала, мы поедем в отель… — пробормотала я, отодвигаясь.
— С ума сошла? Они с отцом умирать будут завтра. В отеле ей не сделают мой антипохмельный коктейль. Так что не придумывай, — мама помахала на меня полотенцем. – Иди, займись своей женщиной. Я сама все уберу.
— Спасибо, мам, — сквозь слезы улыбнулась и, поцеловав маму в щеку, направилась в комнату.
Волжак лежала в одежде на животе, раскинув ноги и руки, а головой уперлась в подушку. Я вздохнула и, смеясь, перевернула ее. Что-то мне это напоминает.
Я осторожно сняла с нее спортивный пиджак, потом майку, расстегнула джинсы, стянув их. И посмотрела на лежащую передо мной женщину в нижнем белье. Господи, она все-таки неимоверно красивая. Я застонала, понимая, что возбудилась, но сейчас это было совершенно ни к чему – от Волжак в данный момент не будет никакого толка. Поэтому я ее подвинула к стене, накрыла одеялом и, тоже раздевшись и нырнув в постель, повернулась к ней, обнимая. Вдохнув запах ее кожи, я счастливо улыбнулась и закрыла глаза.
***
Проснулась я от какого-то стона. Повернув голову, увидела, что Волжак лежит, руками держась за голову. Не имея сил остановить себя, я рассмеялась.
— Доброе утро, алкогольвица, — улыбаясь и привстав на локте, проговорила я.
— Боже… — простонала Волжак, пытаясь открыть глаза. – Я сейчас сдохну. Боже! – воскликнула она, открыв глаза. – Я в доме твоих родителей! Какой ужас, как стыдно! – она снова закрыла лицо руками и покачала головой. — Я не выйду из этой комнаты ближайшие лет десять. Скажи на работе, что я пропала без вести, — пробормотала она, чем вызвала мой новый приступ смеха.
— Успокойся, это все коньяк. Папа сейчас в таком же состоянии, я уверена, — улыбнулась я. – Мама тоже все понимает.
— Нет, я не выйду отсюда. Что подумают твои родители?! Я пришла с ними знакомиться, чтобы они понимали, с кем связывает свою жизнь их дочь, и я… напиваюсь в барабан. Прекрасный способ произвести хорошее впечатление.
— Связывает свою жизнь их дочь? – переспросила я, затаив дыхание. Из ее уст это прозвучало так… так сильно.
— Ну, по крайней мере, я надеюсь на это, — проговорила Волжак, убирая руки от лица.
— Я так люблю тебя, — прошептала я и начала наклоняться к ней, но Волжак меня отодвинула.
— Никаких поцелуев до того, как я умоюсь. Я не хочу, чтобы ты погибла от моего смертоносного дыхания, — пробормотала она, отодвигаясь к стене.
Я расхохоталась, но перестала наступать.
— Хорошо. Тогда я в ванную, потом ты.
— Идет, — кивнула она, вздыхая. – Надеюсь, я не встречу по дороге твоих родителей.
***
Но она встретила. Более того, папа, такой же помятый и с несчастным видом, поднял кулак и проговорил сиплым голосом:
  
— Катюха, держись.
Волжак вытаращила глаза на него, а потом перевела взгляд на маму, которая, как и я, еле сдерживала смех.
— Катенька, идите в ванную, а потом на кухню. Я дам вам спасительное средство, что приведет вас обоих в чувство.