Ломота (СИ)
Машина... Господи, машина!
Как мне теперь узнать, в какой автосервис угнали мою машину?!
Противный голосок зудел в моей голове, напевая имя того, чьи губы я до сих пор ощущаю на своих. Мерзавец...
Мой рот приоткрылся, позволяя воздуху тяжело покинуть мои лёгкие. Я провела кончиками пальцев по бумажной конструкции и, взглянув на часы, осознала, что в моём кабинете уже сгущаются сумерки.
Оставила макет, включая свет, и задерживая взгляд на скучающем телефоне. Написать ему? Позвонить? Надо же, в конце концов, как-то мне узнать, где мой автомобиль?!
Роберт на работу поехал... а я больше не на машине. Такси?
— Тук-тук! Мегера успокоилась?
Я слегка вздрогнула, оглядываясь на дверь, и уставилась на свою подругу. Надя широко мне улыбалась, ожидая моего ответа и держа в руках два картонных стакана, — я тут нам чаёк намутила. И не смей отказываться!
Она впорхнула в мой кабинет, ногой захлопывая дверь, и прямиком направилась к окну. Поставила на широкий подоконник стаканчики и, скинув туфли, забралась на него с ногами.
— Спасибо, — благодарно улыбаюсь, подходя ближе. Беру в руки чай, и прикрываю на секундочку глаза. Картон приятно согревал ладони и, сам того не зная, успокаивал расшатанные за последние пару дней нервы.
— Ну? Рассказывай, — подруга стягивает свои светлые локоны в хвост и испытующе смотрит на меня. Мне становится слегка не по себе, и я перевожу свой взгляд за окно. Хоть дождь прекратился...
— Что именно? — отпиваю чай и заглядываю в свой стакан. Облепиха? Снова? Да что же это творится в последнее время?!
— Что тебя так разозлило?! Ты как дракониха влетела в офис! Я даже видела дым, струящийся из твоих ноздрей, милочка!
Надя сканирует мой профиль, а я чувствую жар на лице, как только вспоминаю вкус его крови на собственных губах. Дважды мерзавец! В следующий раз десять раз подумаешь, прежде чем руки распускать!
— Уже ничего, всё нормально, — пытаюсь увильнуть. Как же мне хотелось поделиться! Но... о подобных вещах замужним дамам принято молчать...
— Дин, ну не ври! — Надя придвигается ближе, отставляя стаканчик, чтобы не перевернуть тот, — ты себя видела вообще? Заполошенная вся вбежала... над тобой грозовая туча сверкала!
— Слушай, ты со своими метафорами... или как их там, — тихо усмехнулась, представляя над своей головой мультяшную тучку, — просто мне в зад въехали. Вот и все дела.
— Ого! — её точёные бровки поползли вверх, — сильно?
— Ну, как сказать, — пожала плечами, — я в порядке, как видишь. А машина в автосервисе.
— Что за баран тебя припечатал? Или овца?!
— Баран...
— Ммм, — Надя многозначительно кивает, потупив взгляд, — а ещё на женщин что-то говорят... представляю твоё состояние. Помнишь, как меня столкнули с трассы? Я тогда чуть не поседела!
Я продолжаю пить остывший чай и слушать Надины воспоминания о том, как пару лет назад она попала в аварию, чудом оставшись целой и невредимой. И не перебиваю. Знаю, что она до сих пор не проработала этот случай, и по сей день её не заставишь сесть на переднее сиденье. После того случая, она даже стала заговариваться. Едва заметно заикаться. Это страшно. Безумно страшно оказаться в подобной ситуации.
Пока Надюша изливает мне душу, проходит час. А может и больше. Я отвлекаюсь от своих проблем, подхватывая волну, и даже пару раз заливаюсь смехом в те моменты, когда подруга рассказывает мне о своём последнем свидании с каким-то Жориком.
— Так, — Надя сминает наши стаканчики и спрыгивает с подоконника, мне пора. Жорик заказал столик... у меня полчаса.
— Так вы с ним...
— Да! — торжественно объявляет Надежда, задирая подбородок, — он слишком бойко выпрашивал второе свидание!
Она хихикнула, целуя мою щёку, и направилась к двери.
— Осторожнее там!
— Как всегда! А ты не задерживайся тут! Робу привет!
Я провожаю Надину спину, и мои губы сковывает тоскливая улыбка. Внутри вдруг всё холодеет. Не понимая это чувство, я ладошкой растираю грудную клетку. Словно какое-то предчувствие. Аж противно.
Подхожу к столу и сажусь на край. Вызываю себе такси, в уме проговаривая то, как я буду объяснять Роберту отсутствие у меня автомобиля.
Дождавшись такси, я закрываю кабинет, и на негнущихся ногах плетусь на выход. Случайно задеваю бедром угол одного из столов и тихо вою от боли. Да что ж такое?!
Мне хотелось бы иметь под рукой подушку. Уткнуть в неё лицо и кричать. От боли, от усталости, от полного непонимания себя! От того, что я, кажется, заблудилась...
Сглотнув ком, стоявший в горле, я потянулась за телефоном.
Пришло оповещение о том, что меня ожидает автомобиль красного цвета... я не успеваю спрятать мобильный, как на него приходит очередное сообщение.
Это издевательство, честное слово...
Нажимаю на сообщение и подкатываю глаза. Оно звуковое.
Мой палец слегка подрагивает над дисплеем и это неимоверно злит! Но я всё же открываю сообщение от Марата и прижимаю телефон к уху:
“Дин, привет ещё раз. Ты ещё в офисе? Могу забрать тебя, раз уж ты без машины по моей вине”.
Я же сказала ему, что он не приближался ко мне!
Замираю возле стеклянной двери, ведущей на улицу. Срабатывает датчик, и двери разъезжаются в стороны, а я всё ещё стою, глядя по сторонам. Вот он, чёрт его дери! Баран! Правильно Надя сказала. Упёртый как баран.
Его окно опущено, поэтому я прекрасно его вижу. Как, впрочем, и он меня. Я перевожу взгляд на соседний от него автомобиль. Красный Opel. Мой...
Ещё один взгляд на Марата. У меня скулы сводит. Кажется, он улыбается.
А я, мысленно проклиная его, а заодно и себя, гордо расправляю плечи и прохожу мимо его автомобиля.
Красный Opel, Дина. Это за тобой...
Глава 7
Ужин с родителями Роберта прошёл гладко и довольно-таки мило. Эти двое — прекрасная и гармоничная пара. Со свёкром у нас были замечательные отношения. Что же касается Аллы Григорьевны: тут ни без пуда соли. “Мягко стелет” — это про мою свекровь.
Но, натянув на своё лицо дружелюбную и приветливую улыбку, я весь вечер слушала её рассказы о том, как мой свёкор добивался её благосклонности. Хоть эти истории и были для меня не новы, я терпеливо кивала головой и смеялась в те моменты, когда смеялась она. Как и положено...
Сегодняшний вечер только мой. Предупредив всех на работе, чтобы не звонили мне, я без зазрения совести отключила свой телефон, и была такова. И лишь под конец вечера, посадив родителей Роба в такси, я достала свой мобильный, зажимая кнопку питания. Тут же гаджет в моей руке завибрировал, крича о том, что у меня несколько сообщений и пропущенных вызовов. Судя по всему, я не зря его выключила. Перезванивать никому не буду... если это что-то важное — в сообщениях наверняка есть новости. Если нет — значит ничего срочного.
— Наше подъехало, — Роб касается моего локтя, слегка подталкивая меня к бордюру, возле которого припарковался белый седан, — идём.
Я киваю и послушно следую за мужем, позволяя ему открыть передо мной дверь. Сажусь позади, в то время как Роберт падает рядом с водителем.
Я устала... день сегодня выдался напряжённым. А сейчас моя спина ныла, а ноги, кажется, отекли от туфель. Всё ещё сжимая в пальцах мобильный, я касаюсь затылком подголовника и закрываю глаза.
В голове проносится вчерашний разговор с Робом. Весть о том, что мне разбили машину, конечно, не порадовала его, но и бурной реакции тоже не последовало. На удивление, муж отнёсся ко всему по-философски. Очень спокойно, не забыв поинтересоваться, в порядке ли я. Отчасти я ему благодарна. Но с другой стороны... что-то мне подсказывало, что свою роль сыграло имя второго участника аварии. Роберт даже в лице изменился, когда я упомянула Марата. Будто это в корне меняло дело.
И... я не стала скрывать подробности происшествия. Сказала, как есть. О том, где это случилось и при каких обстоятельствах. И даже то, что именно Марат распорядился отогнать мою машину в автосервис и взял на себя все расходы.