Контрданс (СИ)
Эльфийка растерянно взглянула на него и тут же перевела полный отчаяния взгляд на Рай.
— Ты, наверное, шутишь, — чуть слышно пробормотала она. — После всего… Я освободила Хаэла, лишилась покровительства Эйнхасад, предала своего генерала. И все равно не спасла его… — она опустила потухший взгляд в землю.
— Она нужна мне живой, — донесся до Рай истошный крик Хаэла и топот десятков ног.
— Используй его сама, — прошептала Аделаида, — сообщи генералу про лагерь. Пусть устроят облаву, пусть остановят… — она запнулась, словно бы у нее закончились слова.
— Неа… Никуда я не пойду. Я пришла, чтобы спасти тебя и умереть с чистой совестью, — сказала она, заряжая арбалет. Так что беги… я прикрою, — она сунула свиток в руку эльфийке и поднялась с земли, заслонив ее свои телом.
— Ты! — при виде Рай глаза Хаэла налились безумием. — Неблагодарная тварь, ты пожалеешь, что вернулась, — он отдал приказ обыскать лагерь в поисках Виллима, но Рай заверила его, что в этом нет необходимости.
— Виллим далеко отсюда… Он убил меня, но, как видишь, я оказалась довольно живучей неблагодарной тварью, — усмехнулась она, отчего резкая боль пронзила всю правую часть ее лица.
Глаза Хаэла сверкнули яростным гневом, но тут же он перевел взгляд на Аделаиду и застыл в ошеломлении.
— Где она? — прошептал он, приближаясь.
Рай спустила стрелу, но с непривычки, целясь левым глазом, промахнулась. Стрела едва коснулась руки Хаэла.
— Где она? — даже не поморщившись, Хаэл выхватил у одного из рыцарей длинный острый меч и угрожающе двинулся в ее сторону.
Рай, чертыхнувшись, отбросила арбалет в сторону и равнодушным взглядом уставилась на приближающегося к ней, словно призрак, Хаэла. Резкая острая боль пронзила ее правое плечо, и она спиной ощутила шершавый ствол, к которому пригвоздил ее лорд Годдарда. Она уже открыла рот, чтобы закричать, но тут же вспомнила о своем обещании.
«Значит, быстро это не кончится, — подумала Рай, — но хрен вам, а не развлечение!» — усмехнулась она, глядя в черные небеса.
Оглядевшись, она увидела, что Аделаиды нигде не было, и почувствовала, что готова спокойно умереть. Но Хаэл решил иначе.
— Где она? Говори немедленно! — кричал он.
Рай сжала зубы, чтобы не застонать, и после хрипло выдавила:
— В Орене…
— Она телепортировалась в Орен… А ты, значит, не успела, — Хаэл пригнулся и тут же поднял что-то с земли, и, скользнув взглядом по его окровавленной руке, Рай поняла, что это был тот самый свиток телепорта, что дал ей Тэль-Белар, тот единственный.
Глядя в бездонные, налитые ненавистью глаза темного эльфа, она начала смеяться. Сначала она просто ухмылялась, пытаясь сдержаться, но уже вскоре разразилась таким диким хохотом, что все ее тело начало сотрясаться в конвульсиях. Хаэл смотрел на нее, ничего не понимая. И тут она умолкла, на секунду зажмурилась и тут же, расслабив все тело, сделала шаг навстречу герцогу. Ее плечо уперлось в крестовину меча, но это позволило ей приблизиться к самому лицу Хаэла.
— Полагаю, что казнь все-таки состоится, — прошептала она, глядя ему в глаза. — Или же теперь тебе надо поспешить, чтобы спасти голову своей дочери.
Хаэл, в гневе сжав зубы, тряхнул головой, после чего отвернулся и спокойным размеренным голосом попросил дать ему еще один меч. Получив оружие, он замахнулся, чтобы нанести камаэлю очередной удар. Рай смотрела на него бесстрашно и спокойно, не прекращая повторять про себя, что эта боль скоро прекратится, что скоро ее ничтожная жизнь подойдет к концу. Смотря ей прямо в глаза, Хаэл вдруг резко изменился в лице, сквозь пелену отчаяния и гнева словно бы пытаясь понять, о чем она думает перед смертью.
— Сегодня я обещал моей дочери проявлять милосердие. Поэтому, — Хаэл поднес острие меча к самому ее сердцу, — я позволю тебе назвать одну причину, почему я не должен убить тебя прямо сейчас, но не могу обещать, что посчитаю ее достаточно весомой для того, чтобы отменить свой приговор.
«Выложишь еще, старина, или ты пас?» — спрашивал иной приятель отца Бернада, когда они собирались в подвале у старой Кифы за игрой в карты. Тогда отец совал руку в карман, и даже если в нем звенели монеты, Рай никогда не была уверена, собирается ли ее старик делать новую ставку или нет. Каким-то образом ее приемный отец всегда знал, когда стоит продолжать игру, а когда следует откланяться и, захватив дочурку, отправиться домой. Никогда он не позволял себе проиграться в пух и прах. Никогда они не оставались без денег по причине его проигрыша в карты.
«Могу ли я позволить себе еще один круг? — подумалось вдруг Рай. — У меня есть козыри, но в эту игру выиграть невозможно по определению… Так стоит ли вообще рисковать?»
Злобная улыбка отобразилась на ее изувеченном, сером от пыли лице. Хаэл вздернул брови и приблизился, поняв, что она собирается что-то ему сказать.
— Артефакт, — чуть слышно прошептала Рай, — душа дракона… — и тут же лишилась чувств.