Зеленая заря (СИ)

— Может хлам какой есть? — спросил торговец. — За любой один жуб скину.
Йунцы наперебой стали доставать из нычек хлам. У Ваздакка было аж две хитрых железяки в которых он чуял потенциальную пользу. Одну он нашел совсем недавно, в своем помете. Как она туда попала, он не задумывался, просто взял за привычку посматривать на результаты своей дефекации.
— Тык, жьа. За эта пять жубов. Так, три.. И за эта пять жубов… Номана. За весь хлам и пять шестизарядав, дам вам всем пуляла, и два стреляла! — наконец вынес вердикт Орк торговец, вспотевший от столь серьезных математических расчетов.
  
— Нет! Мы дадим весь хлам, пять шестизарядов, и четыре жуба за пять пуляла и два стреляла! — рявкнул Гонгог.
— Намано! — куда громче и страшнее рявкнул в ответ орк-торговец, и споро всунул в руки притихших йунцов стрелялы и пулялы, заграбастав все остальное. Ваздакка с удивлением обнаруждил в руке пуляло. И оно было шикарно. Возможно, некоторые бы назвали этот тип оружия автоматическим пистолетом… Но это как назвать статую Давида работы Микеланджело, куском камня в форме человека. Не отражает глубинной сути.
У Ваздакка аж начался острый зуд, так ему захотелось немедленно опробовать новое приобретение. А может, это было из-за броньки, которую изрядно нагрело солнцем.
Но его грубо схватили за лапу и потащили дальше. В этот раз коллективное бессознательное вывело йунцов к работному столбу. Они уже поняли, что за жубы можно купить все. В случае с орками — действительно все. Даже здоровье и счастье. А Зрагмаш говорил, что у работного столба нобы раздают жубы. Но за работу.
По дороге они ненадолго задержались у торговца сквигами. Пряный, терпкий аромат изумил Ваздакка. Он увидел ящик, в котором копошились очень странные сквиги. Некоторые совсем небольшие, размером в ладонь, некоторые размером с голову орка. И не один не похож ни на что другое. Ваздакка схватил первого попавшегося и подняв взгляд обнаружил нависающего над собой торговца сквигами. Тот молчал и смотрел недобро.
— Скока? — выдавил Ваздакк.
— Жуб! — сказал торговец.
— Нету. Я так возьму? — неуверенно спросил Ваздакк.
— Есть, — уверенно ответил торговец сквигами и молниеносно ударил Ваздакка в челюсть. Ваздакка отбросило, он не удержался на ногах и плюхнулся на задницу. Торговец сквигами ловко подхватил с земли выбитый у Ваздакка зуб и рыкнул:
— В расчете!
Ваздакка некоторое время сидел на земле, растерянно трогая челюсть, а потом подхватился и побежал догонять остальных йунцов, ушедших вперед.
— Этат сквиг, шоб в него дудеть! — крикнул ему вслед торговец сквигами. И махнул рукой, с некоторым оттенком того, что очень оптимистичный человек мог бы принять за человеческую ностальгию. — Эх, йунцы…
Работный столб и в самом деле представлял из себя столб. Он находился в глубоком кратере, стены которого поднимались вверх огромными уступами. Человеку, возможно, это бы напомнило амфитеатр.
Чем выше располагались ступени, тем более грозные орки на них сидели. Со всеми атрибутами силы и успеха. Зубастые сквиги, многоствольные стрелялы, кастомная бронька и, конечно, многа, очень многа дакки…
Как-то само собой получилось, что йунцы, не рискуя подсесть ни к кому из занимавших верхние ступени, спускались все ниже и ниже, ищя парней примерно таких же, как они сами. И спустились в самый низ, прямо к Работному Столбу. Тут толпилась ватага таких же, как они, йунцов. Хотя, нет. У этих не было бронек и даже шестизарядов. Так, какие-то не клевые шмотки и не крутые рубила.
Йунцы ватаги Ваздакка столпились вместе и принялись горячо обсуждать происходящее. Разговор съехал на цены (нада жубов настукать, хачу паджигу), были обсуждены политические расклады Мектауна (Шо за меки? А?) и, наконец, разговор вернулся к привычному выяснению, кто тут грот. Ваздакку стало скучно, он сел под Столб и достал сквига.
У сквига были тонкие отростки по всему телу. Внимательно изучив их, Ваздакка просунул один сквозь дырку в зубах и дунул. Сквиг противно заверещал. Ваздакка дунул в другой отросток. Сквиг снова заверещал, но немного по другому. Это стало занимательно. Верещание сквига показались Ваздакке некоторым образом красивым. Он продолжил эксперименты. В какой-то момент, он даже поймал ритм. Как ему показалось. Рядом с Ваздаккой упал камень. Ваздакка не обратил на это внимание и продолжил изыскания. Следующий камень он тоже не заметил. А вот очередь из трех пуль, вонзившиеся в землю рядом и поднявшие фонтаны пыли, уже была куда более существенным знаком сверху. Повернув морду на грохот выстрелов, Ваздакка увидел на верхних ступенях группу крутых парней с огромными стрелялами. Один из них целился в Ваздакка.
— А ну харэ! — рявкнул он. Йунцы притихли. Все кто сидел между этим орком с такой клевой стрелялой и Ваздаккой, поспешили пересесть в сторону.
— Ладно, — сказал Ваздакка, чувствуя некоторое разочарование, но не злость. Он спрятал сквига в сумку и пошел обратно к своим. Там все еще было скучно. Ваздакка спросил, чего они тут ждут, но был обвинен в том, что он грот. Не чувствуя себя в настроении для веселой болтовни, Ваздакка обнаружил неподалеку одного из йунцов-оборванцев, которым тоже не было места на ступенях. Ваздакка подошел к нему поближе, и спросил:
— Слышь. А чо тут делать надо?
— Ждать, когда работу дадут, — немного странным голосом ответил тот. Ваздакка почувствовал что преисполняется чувством превосходства и презрением по отношению к этому орку. Дело было даже не в том, что его голосок был тонковат для нормального орочьего, дело было в интонации. Если взять обычного человека, довести его до приступа безумной ярости, до кровавой пелены, чтобы он орал что-то про то, что убьет вас и всю вашу семью, брызгая слюной, и запомнить интонации, а потом сравнить с тем, как орки говорят, например “успокойся” или “ладно” равному, то вы увидите, что оркам удается даже выражать согласие или примирение с той же степенью остервенелой злобы.
У этого йунца злобы явно не хватало. К тому же, он был явно помельче Ваздакка. Ваздакка расправил плечи, почувствовав легкое желание сунуть чоппу в брюхо этому гроту. Но он просто рявкнул, сдерживаясь, чтобы не толкнуть чужака:
— Чо, зог? Ждать?
— Ну, да, — ответил чужак, делая шаг назад. — Ща придет ноб. Выберет кто нужен. Но обычно они сверху парней выбирают…
— Чо, зог… Сверху? — нахмурился Ваздакка и бросил взгляд на стрелявшего в него парня. Тот ему весело ухмыльнулся пастью полной зубов. Все были целые.
— Ну, так у них же вооон.. Пуляла, стреляла… Дерутся лучше. Кто лучше дерется, того и берут…
В тот же самый момент, йунец-чужак оказался сбит с ног могучим ударом зеленого кулака. Ваздакка не сразу понял, что его собеседника ударил Сарф, который, оказывается, тоже подошел поближе. Видя недоумевающую морду Ваздакка, Сарф снисходительно пояснил:
— Кто лучше дерется, того и берут!
“Точна жеж!” подумал Ваздакк.
— Вы чо творите? Нашего бить! — заорали йунцы из чужой ватаги. Такими же писклявыми раздражающими голосами. В груди Ваздакка словно лопнула бутылка с теплым грибным пивом. Его наполнило искрящимся весельем чувство предвкушения драки. И он заорал от восторга.
 Глава 7. Странный постук 
В силу внезапно возникшей взаимной неприязни, ватаги йунцов кинулись друг на друга. Эта ситация, скорее правило чем исключение. Такое может случиться почти в любой момент, включая момент перед битвой орков с другими расами. Это создает некоторые трудности — например, привычные для человечества построения перед битвами, или сложные маневры, неизбежно приведут к боям внутри орочьей армии. Бои местного значения внутри орочьих кораблей или внутри орочьих “Ваааах!” — это фактор, который вынужден учитывать каждый орочий полководец. Пожалуй, только матерые старые орки, так называемые нобы, способны удерживать свои желания в узде, ради выполнения плана битвы. А потасовки совсем зеленых йунцов — дело обычное, и почти безобидное. В том смысле, что йунцы пока недостаточно сильны, чтобы эффективно убивать орков. Шестизаряды и самодельные пулялы редко убивают орка с одного выстрела. Рубила может сильно навредить, но даже с глубокими рублеными ранами орк может впасть в кому, после которой встанет и будет почти как новый. Узбог яркое тому подтверждение. Вообще, все что не убивает орка на месте... Не убивает его. Поэтому хоть бессмысленные драки между йунцами и парнями-бойзами и часты, умирают в них орки сравнительно редко. Зато, в таких боях, они набираются опыта.