Самое прекрасное существо на свете (СИ)

Пустынник вернулся, развел костер, для мелкоты у него решетка была, на ней он ящериц и зажарил, шишки тоже были вкуснее печеные, но полезнее было съесть их сырыми. Завтракать уселся рядом с кверзом, отправляя кусок то себе в рот, то ему. Тот как-то даже париться из-за прикосновения губ к пальцам пустынника перестал, просто забирал, как получится, потом жевал медленно, так что Скрош просто кайфовал. Хотя у него даже эрекции не было, просто приятно, самое прекрасное существо на свете рядом, ест у него из рук, и к запястью иномирец приложился сам, добровольно, захотел… почти поцелуй, жесткий, глубокий… с клыками. Скрош размечтался, погрузившись в свой мир иллюзий, пока ящерицы с шишками не кончились.
Он убрал крошки, не удержался, кверзу губы вытер, хотя это было необязательно, тот аккуратно ел. Потом спохватился, что иномирец же теперь ест, откинул одеяло и полез расстегивать доспех. Кверз зарычал, и Скрош вздрогнул, выныривая из своей собственной реальности.
- Я не это… Я просто почистить твою систему хочу. Я не знаю, как его раскрыть просто для чистки, так что придется так, - доспех щелкнул, полностью открывая промежность. Глаза кверза полыхнули ненавистью, он прошипел ругательства, когти с противным скрежетом прошлись по камню. Скрош поспешно начал чистить систему, продолжая уговаривать его потоком слов. Никакой вони на удивление не было, у кверзов была какая-то невероятно функциональная техника, хотя ее даже и не видно почти было, доспех облегал тело, как влитой. Скрош закончил, застегнул все обратно.
- Видишь, все! Не рычи! - он демонстративно поднял руки.
Кверз посмотрел на него с недоверием, потом откинулся обратно на подстилку. Голову уже сам поднимает, значит, сам может пить, надо только фляжку ему оставлять.
- Я пока нам только на завтрак пожрать добыл, так что я опять ухожу, - Скрош проверил, достаточно ли воды во фляжке кверза, еще дополнил из своей. А сам сходил к конденсатору. Сложил в рюкзак грязные тряпки и бинты, обмотав их пленкой, проверил ружье и ушел, бросив дурацкое: “Не скучай!”
Скрош был сыт и полон сил, даже несмотря на легкую кровопотерю, то, что с ним с утра сделал кверз, его как-то даже окрыляло. И пока он был такой бодрый, он решил порыться на месте крушения индолайзера, благо без волокуш туда идти было всего пару часов, и в той стороне тоже вроде был какой-то водоем, ближе к границе. По дороге пустынник еще подстрелил пару мелких ящериц и шишек с кактусов насобирал. Когда стали попадаться первые обломки, Скрош наметанным глазом определил, что здесь уже кто-то побывал. Пустынники или нет, не ясно. Потому что вон черные круги от посадки индолайзеров. Значит, республиканцы все-таки прилетали. “И моего кверза бы добили по-любому, если бы он до их прилета дожил”, - подумал Скрош. Хотя, может, кверзы тоже прилетали и ничего кроме черной крови и лоскутов от крыльев в воронке не нашли. А следы песок заметает, если не знать, как искать и куда смотреть. Скрошу нестерпимо захотелось уйти, затеряться в пустыне и никогда больше сюда не заходить, по крайней мере, пока кверз еще с ним… ну или пока кверз его еще не убил, так наверное правильнее формулировать. Пустынник развернулся и быстро зашагал прочь, забирая восточнее, поплутал, зашел проверить пару силков, но туда ничего не попалось, зашел на водопой, а вот там уже было поурожайнее, целых пять схар - пьют, но настороженно прядают ушами, готовые в любой момент сорваться. Хорошо бы парочку снять, но с гарпунным ружьем это почти невозможно, слишком медленно стреляет и всего три гарпуна. Хорошо еще не как в древности - на веревках. Они так назвались, потому что на самих мини-гарпунах были маячки, их можно и нужно было разыскивать, если улетят или добыча окажется слишком живучая и убежит прямо так, подстреленная. Зато не нужно было пополнять боеприпасы. Скрош выбрал самую жирную схару и выстрелил, он метил в бок, но коза дернулась и гарпун вошел в шею. Раньше Скрош бы порадовался - точно убил, а теперь вот кровь вся вытечет почти. Остальные разбежались. Пустынник подошел, отодвинул схару от воды, и достал свои тряпки, принялся отстирывать, протирая по песку и камням. На самом деле очень опасное занятие, плеск не дает услышать, когда к тебе кто-то подкрадывается. Убитая схара с одной стороны означала предупреждение, что Скрош сам опасен, с другой - привлекала не очень умных падальщиков. Скрош резко обернулся и выстрелил, гаста завизжала, крутясь, как волчок, и пустынник добил ее еще одним. Скрош вытащил гарпуны, перезарядил ружье. Отлично, богатый улов! Он разложил тряпки сушиться на камнях, тут было чисто - у водопоя было гадить табу и вся живность его свято соблюдала, даже самая глупая. Скрош внимательно оглядел пески и камни, никто вроде не подкрадывался, гасты бродили достаточно далеко - он успеет схватить ружье, если им вдруг взбредет в голову приблизиться. Скрош начал сам раздеваться, ему тоже помыться не помешает, пока еще вечерний ветер не начал дуть. Хотя одежду он постирать уже наверное не успеет, но в рюкзаке есть чистые футболка и трусы на смену. Ну свою нательную он еще успеет хотя бы освежить, а все остальное потерпит до следующего раза. Скрош плескался в ручье и сильный химический запах воды сейчас был только кстати, хотя пить это без фильтров он бы не рискнул, даже умирая от жажды. Надо бы какой-то походный фильтр у военных раздобыть, у них много официально просроченного оборудования водится, а Скрошу бы сгодилось. Тем более вот лекарства же подействовали, или это просто кверз такой неубиваемый? Ветер уже начал кусаться первыми порывами, ну ничего, еще терпимо, зато высохнет быстро. Скрош дрожал на ветру, голышом собирая подсохшие тряпки, потом натянул на себя чистые трусы и футболку, штаны и куртка были нестиранные, но зато теплые и сухие. Все, что не высохло, замотал в пленку, упаковался и поспешил домой, закинув схару и гасту на плечи. Пришел он уже, когда давно стемнело, успев продрогнуть и забеспокоиться об оставленном так надолго кверзе.
  
Забирался в пещеру уже с фонариком, хотя он и вслепую мог найти вход, но мало ли. В пещере он оставлял освещение для кверза - “домашний” фонарь работал на тех же солнечных батареях и уже еле светился к вечеру, так что Скрош свой карманный гасить не стал, пока костер не разведет. Правда, пустынник замечал, что глаза иномирца светились в темноте холодным голубым светом, и он наверное в этом фонаре не слишком нуждался, но не оставлять же пленника одного во мраке. Скрошу показалось, что он уловил во взгляде кверза облегчение при виде его. Тоже беспокоился? Или боялся, что пустынник его бросил? Или его там где-то в пустоши съели, а кверз теперь остался беспомощным и голодным? Или Скрошу вообще это показалось? Взгляд иномирца уже помрачнел и замкнулся. Пустынник сгрузил на пол свою добычу и рюкзак, первым делом наполнил опустевшую флягу кверза из конденсатора, потом напился сам.
- Извини, долго получилось. И аптечку я не добыл. Но тебе вроде уже кровь нужнее, чем аптечка. Да и звери сегодня дохлые и уже давно, ты наверное такое пить не будешь. Но у тебя всегда есть еще я, - Скрош даже попытался улыбнуться.
Кверз однако от схары не отказался, хотя таким довольным, как с еще живой, не выглядел. Высосал из дохлой козы, сколько смог, уже загустевшей крови и, поморщившись, вытащил клыки. Скрош, который все это время ее держал у его рта, забрал тушку, чтобы приготовить на огне. Сам он уже зверски проголодался и жевал сырую шишку от кактуса. Ничего, зато витамины. Пустынник зажарил схару и как вчера присел рядом с кверзом, чтобы его покормить. Снаружи завывал ветер как-то особенно яростно, песчаная буря началась, хорошо, что Скрош домой успел. И еще хорошо, что у них еще гаста есть и ящерки на завтрак, правда, завтра они уже будут хрустеть, но ничего, Скрош их сейчас в пленку замотает, предварительно намочив.
- Ты поправляешься, - ему все-таки удалось выдавить улыбку из отчего-то дрожащих губ, когда он оглядел бинты, нигде крови уже не выступало, и дышал кверз полной грудью - и ребра тоже сами скрепились и зажили за три дня? Там конечно вакуумайзер в военном пластыре, но так вообще бывает? Скрош посмотрел на его крылья и не увидел разрывов и кости уже сложились в правильный рисунок, переломы покрылись матовой пленкой. Кверза вообще удалось сломать только тараном индолайзера с одновременным взрывом, и то наверное случайно, а так… он покруче любой машины будет, и чинить почти не надо - кровью только пои. Скрош понял, что его прогноз на месяц слишком преувеличен. И это значит, что самого прекрасного существа на свете у него скоро больше не будет… и не важно, будет ли при этом дальше сам Скрош…