Три девицы в столице (СИ)

 Глава 38.2 Поступок Кларисы 
Глава 38.2 Поступок Кларисы
Клариса ди Сонг
Герцог властно смял мои губы, требуя ответа, и я сдалась. Лёгкий аромат полыни уже заполнил лёгкие и кружил голову, а вкус терпкого напитка оказался на моих устах, сводя меня с ума ещё больше. Зачем я пришла? Почему жизнь меня ничему не учит?
Когда я добровольно оказалась с Майлзом в номере гостиницы, то поняла, что сделала глупость, и чуть не поплатилась за это, если бы не Аманда и её супруг. Вот и сейчас, когда герцог вошёл в спальню, я вдруг почувствовала себя распутной девкой. Мне стало стыдно за свой поступок. Хотела убежать, но было поздно — я уже плавилась под натиском его горячих губ.
Мои сомнения исчезли окончательно. Пришла — значит, доведу задуманное до конца. Я хочу чувствовать его сильные руки на своём теле. Дрожащими пальцами я потянула за пояс, и полы моего пеньюара разошлись, открывая грудь. Осмелев, я обняла герцога за шею и сильнее прижалась к мужскому торсу, ощущая биение его сердца под рубашкой. Под пальцами тут же побежали искорки, разбегаясь по телу сладкой негой. Магия во мне словно ликовала, пробуждая ещё больше новых чувств, от которых разум плавился, а все лишние мысли из головы пропали.
— Клариса, ты невероятная, — шептал герцог, прокладывая дорожку из поцелуев от моей шеи вниз; кожа горела от его жёсткой щетины. — Я не хочу останавливаться…
— И не надо, — со стоном ответила я, выгибаясь навстречу его ласкам.
— Но как же император? Он не простит нам этого, — вспомнил он вдруг про кузена, оторвавшись от поцелуев. Его синие глаза с сомнением смотрели на меня. — Ты действительно пришла ко мне?
— Да. Не напоминай мне больше о Бенедикте, — прошептала я, потянувшись к его губам. — Хочу быть твоей, только твоей…
Свечи вздрогнули, тени заплясали головокружительный танец. И я забыла обо всём на свете, только губы и ласковые руки герцога на моём теле остались в реальности. Мои дрожащие пальцы потянулись к пуговицам его рубашки, но они не поддавались. Тогда я применила бытовую магию, и пуговицы все враз оказались расстёгнутыми. Я коснулась горячей бронзовой кожи: искорки защекотали мои ладони, растекаясь приятным томлением.
Я не успела понять, как оказалась на широкой кровати и без пеньюара. Шёлковые простыни холодили спину, а близость герцога обжигала новыми ощущениями. Стон вырвался из моей груди, когда Эдвард наклонился надо мной, продолжая пытку поцелуями. Его губы и руки, казалось, были везде одновременно, распаляя во мне огонь желания, который вспыхивал необъяснимыми всплесками магии между нашими обнажёнными телами.
— Клариса… — шептал восторженно герцог, нежно касаясь заветных уголков моего тела, которые прежде не знали ласк, и они с трепетом отзывались на каждое прикосновение мужчины сладкой дрожью. — Нежная, запретная, но моя…
Близость мощного тела герцога совсем не давила, а, наоборот, ещё больше распаляла меня. Я поёрзала, чтобы сильнее прижаться к нему, слиться с ним в единое целое, и стиснула зубы, вцепившись в простыни, когда жгучая боль пронзила меня.
— Прости, — мой единственный мужчина замер, давая мне прийти в себя.
Его манящие губы вновь требовали ответа, касаясь моих уст. Боль утихала, и я с упоением ответила на его ласку, выгибаясь навстречу. Герцог снова начал двигаться медленно, окуная меня в головокружительный водоворот ощущений и чувств.
— Эдвард… — не выдержав сладостной пытки, я простонала имя любимого, и он подхватил мой стон поцелуем.
Я пропала окончательно в этом сумасшедшем вихре чувств и танце тел, ритм которого всё ускорялся. Мы слились воедино, отдавая себя друг другу без остатка. Эдвард наполнял меня собой, усиливая напор, лишая меня всяческих мыслей. Я неосознанно отвечала на его сумасшедшие ласки, двигалась навстречу, выгибалась, стонала, наслаждалась.
 
Потоки наших магий свободно переплелись, наполняя нас до верху силой. В какой-то миг её стало так много, что я не выдержала, взрываясь фейерверком чувств, а тело рассыпалось на миллион искорок, сгорая дотла и медленно оседая на холодный шёлк простыней.
Я очнулась в объятиях Эдварда глубокой ночью. Свечи догорали, оставляя маленькие пылающие огарки; словно отголоски нашей страсти, они слегка подрагивали. Щёки тут же вспыхнули от стыда. До чего я докатилась — сама пришла к мужчине и отдалась ему. Меня раздирали противоречивые чувства: стыд, боль, счастье и любовь.
Герцог во сне крепче прижал меня к своей груди, словно боялся, что я сбегу, пока он спит. Действительно пора уходить. Я получила то, за чем пришла. Осталось только собрать вещи, написать письмо императору и уехать утренним рейсом на поезде. Конечно, имени герцога я не буду упоминать в своём признании, не хочу его подставлять.
Я аккуратно выбралась из сильных рук Эдварда, вставая с постели. Посмотрев на безмятежное лицо спящего мужчины, я невольно залюбовалась им. Однако оставаться здесь я больше не могла. Как я буду смотреть ему в глаза после того, как воспользовалась его чувствами, чтобы избавиться от внимания Бенедикта? А быть любовницей герцога я тоже не хочу, хоть и люблю его безумно. Эдвард ясно дал мне понять, что я и его интересую в качестве родовитой кобылы, которая может принести сильное потомство. Чем он лучше Бенедикта?
Сердце разрывалось от боли, но ничего, эта рана заживёт, останется только шрам, напоминающий мне герцога и эту безумную ночь.
Свой пеньюар я нашла на полу, подошла к трюмо, чтобы поправить волосы рукой. Вдруг маленький предмет привлёк моё внимание, блеснув возле зеркала. Что это? Я протянула руку и ахнула, узнав свою серёжку с жемчужиной. Вард! Ему я отдала в качестве залога своё украшение. А ведь я совсем забыла о незнакомце под маской. Не может быть! Эдвард и есть тот самый Вард, который целовал меня в зимнем саду?! И он будет ждать меня завтра на балу…
 Глава 39. Заключительный бал 
Глава 39. Заключительный бал
Эдвард ди Бофорт
Проснулся я с невероятным чувством счастья. Клариса стала моей! Но где она? Я нащупал лишь пустую подушку рядом с собой.
— Клариса! — я стряхнул остатки сна, подскочив на кровати. Судорожно огляделся, но девушки нигде не было. Убежала! Трусишка. Я улыбнулся, вспоминая глаза лани. Прийти в мою спальню она осмелилась, а остаться до утра побоялась. Понять её можно: тут везде слуги снуют, могут увидеть её выходящей из моих покоев.
За окном поднималось солнце, напоминая о том, что император должен скоро вернуться. Как только он объявится во дворце, сразу пойду к нему и во всём признаюсь. Пусть делает со мной что хочет. Мне всё равно! Я не отступлюсь и сделаю Кларисе предложение прямо на балу, как только все снимут маски, но нужно предупредить Бенедикта, чтобы не вышло конфуза.
Воодушевлённый, я подошёл к трюмо и посмотрел на своё довольное лицо. Я таким счастливым не был никогда, даже после женитьбы на Одри. В голове всплыли жаркие картинки прошлой ночи: между нами с Кларисой искрило в прямом смысле слова, магия вела себя странно, участвуя в процессе нашего соития. И когда фееричный экстаз накрыл нас обоих, я ощутил невероятный прилив энергии, словно меня окунули головой в магический источник. Что там говорил Бенедикт про фиори? Кажется, он ошибся, Клариса не его магическая пара, а моя. И я буду бороться за неё!
Я всё сделаю красиво сегодня вечером: закажу шикарный букет, положу в карман семейное кольцо-артефакт и, когда Клариса снимет маску с лица, подойду к ней с цветами, преклоню колено, признаюсь в любви и сделаю предложение. Кстати, где кольцо? Дома. Придётся ехать.
Когда я уже хотел отойти от зеркала, заметил жемчужную сережку на столике. Незнакомка тоже придёт на бал и будет меня искать, чтобы вернуть мою запонку. Надо отдать ей залог. Извинюсь за тот поцелуй, что случился между нами, и откланяюсь. Мой выбор уже сделан.