Статус: Попаданец (СИ)

Впрочем, если учесть, чем я занимался у себя там, в своей реальности и времени, то ничего удивительного. Когда твоя контора всерьёз работает над проектами осознанных сновидений (ОСов) и возможностей в них, когда ты сам участвуешь в оперативных разработках магов и экстрасенсов (большинство из которых действительно шарлатаны, а реальных — процента два максимум, да и те не светятся, зная, что мы таких берём под колпак), иногда переживая запредельный опыт, не используя для этого психоделические и изменяющие состояние сознания вещества и техники…
В общем, резонов попасть сюда, в этот мир, у меня было хоть отбавляй, как и причин. Но вот воспоминаний о том, почему, как и когда я здесь оказался, попав на этом злосчастном Дэгаре под раздачу, у меня до сих пор так и нет… То ли я умер, и теперь — реальный попаданец, как в романах моего времени. То ли я «засланец» своей конторы, с конкретным заданием и способом вернуться, о которых я ничего не помню или не знаю. Да и Стас вон как паниковал, когда меня в ОСе нашёл.
Так, где я и что я сейчас? А, хотел вообще-то прикинуть, сколько времени этот дух Охкоа вместе с Лабиринтом «законсервированы». А оно вон чего, оказывается. Не понимаю, почему я сразу не залез в ИНФОбазу, узнать время… Хотя этого самого времени, по-моему, у меня вообще-то и не было, свободного, чтобы уточнить время. Вечно какая-то жопа, из которой надо спасать свою собственную и жёппки товарищей по несчастью.
Так сколько же времени пользуются они тут этим ИНФОбазом, в итоге?
Тридцать тысяч лет, Карл! Тридцать! Из моего двухтысячного да в тридцатитысячный!!
Моё внимание привлёк уже сам «призрак», машущий рукой перед глазами — настолько я завис от всей этой информации.
— Да-да, я вернулся, Охкоа. Ну, смотри, информационная база стала общемировой лет пятьсот назад, когда получила своё распространение на все разумные расы изученного космоса. А до этого ею пользовались только люди, имея собственную информационную сеть везде, включая колонии.
— Получается, мой лабиринт вместе со мной никем не используется, и маги пропали, не менее пятисот лет назад? А может и больше… Наверное, из-за того, что для моей работы не предусмотрены календарь и время, и я опирался только на действия появляющихся в подземелье учеников магов — поэтому о таком понятии как время я даже не задумывался. Я ведь не старею, у меня нет потомков, я всего лишь слепок сознания старого исконного мага Дэгара, что жил здесь ещё до появления колонии людей…
Хорошо, что у голограммы не может быть инфаркта. А то по виду старичка у меня возникла мысль, что его сейчас хватит удар.
— Ты какой-то слишком живой для слепка сознания, реализованного в голограмме, — высказал я мысль, давно бившуюся на подкорке, на границе с подсознанием.
— Подозреваю, что сейчас я стал больше, чем слепок сознания. Я почувствовал момент, когда умер мой носитель, и фактически я сам, в своём родном теле исконного дэгарца по имени Охкоа… — вздохнул призрак, и резко перевёл тему: — Что же произошло с моим Храмом? У меня не было доступа сюда, когда связь блокировалась чем-то здесь, внутри храмового пространства. А сейчас я наблюдаю результаты побоища, похожего на разорённое гнездовье одного крайне опасного вида моего времени…
— Морган назвал эту самку представителем расы Чмáчидов…, — начал я, но Охкоа, услышав об этих чмачидах, меня перебил:
— Лабиринту конец! И мне вместе с ним! Вы все её яйца уничтожили? Ни одного не пропустили?! Здесь была только самка?
— На все вопросы — да.
И да, я впечатлился от потенциальной угрозы.
— Всё, это место мертво. Раз сюда пришли чмачиды — надо консервировать его, без возможности восстановления. Главное, чтобы они не выбрались на поверхность, иначе всему Дэгару конец…
— Есть ли надежда выжить этому миру? И сколько у нас времени?
— Если это единственное место прорыва, то опасности нет. Самцы слабы и не имеют желания подчинить разумных, только съесть могут. Но по силе они сравнимы с гоминидами исследованной вселенной, так что убить их реально и в одиночку. А по времени — Дэгар большой, и если запечатаем этот Лабиринт, от греха подальше, несмотря на то, что ты всё уничтожил, то можно спокойно спать несколько сотен лет. Это из практики.
 
Я решил умолчать пока о том, что Дэгар утюжили тут, совсем недавно, ковровой бомбардировкой планетарного масштаба, и времени у нас, возможно, намного меньше. А я при этом должен, несмотря ни на что, добраться на другое полушарие планеты. Потому что там теперь ещё и цель, связанная уже не столько с местным заданием (которое мне нахрен не сдалось), сколько ниточка, связывающая меня с моим прошлым и причинами, из-за которых я здесь. Надеюсь на это, по крайней мере.
Старец Охкоа в воплощении голограммы задумался. И через несколько минут начал говорить:
— Города магов нет, судя по всему. Я заперт в этом Лабиринте. И если его законсервировать, то многие века моя душа будет томиться здесь, в подземелье, так как я привязан к этому храму…
— Ты же говорил что-то об управлении сверху, из города магов? — перебил его я.
— … В городе располагается технический центр управления голографической оболочкой бота-помощника, так как местная локализация не была предусмотрена здесь, внизу, для координации и наблюдения за новичками. Никто из магов не хотел проделывать такой путь каждый раз сюда. А само моё сознание привязано именно к храму, как неизменный его атрибут, имеющий ценность своего присутствия только здесь, как элемент Лабиринта… Возможно, ты последний разумный, кого я вижу сейчас.
— Если не считать чмачидов, — не удержался я.
— В этом нет опасности. Если самка облюбовала это место, то больше никто не сунется сюда. Как они это опознают между собой, никто не знает до сих пор.
— Может быть, потому что у них мыслесвязь?
— Возможно, — согласился он и продолжил: — Умереть я не могу, так как завязан на практически вечный источник из города. Если только заснуть.
— Фактически получается, что твоя душа в таком виде навечно будет заперта здесь, с привязкой к этому Храму?
— Именно это мне и не нравится. Но я знаю выход. И он тебе понравится.
Глава 20
Я вопросительно посмотрел на него.
— Есть способ переместить сознание из одного сосуда в другой.
Под «сосудом» он имеет в виду тело, наверное. А в его случае — электронную привязку к боту-голограмме. Кстати, вот этот момент мне вообще не понятен. И как такое возможно вообще? Привязать душу или сознание к программе, записанной на микросхемах или что у них там через тридцать тысяч лет. О чем я и спросил Охкоа.
— Привязать слепок сознания не сложно, тем более, это было сделано на уровне магов, а не технологий. Ты даже не представляешь, каким уровнем управления миром мы обладали в те времена, когда я появился в этом воплощении наставника Лабиринта.
— Да уж, это однозначно так: не представляю, — поддакнул я и про себя добавил, что во всех смыслах это так, с учётом того, из какого я времени, где технологии и научная эмпирика правят миром.
— А вот как привязалась к слепку сознания душа — сие мне не известно, — уныло закончил маг.
— И что же это за способ, который мне понравится? — подозрительно спросил я.
— В ротонде лежит тело девушки, её сознание еле теплится внутри, под глубоким сном.
— Ты чё, старик, совсем берега попутал? — я сразу понял, к чему он клонит. — Эта девушка будет жить, и я не отдам тебе её тело! На себе потащу, а ты оставайся тут. Понравится мне, говорит!
Я просто охренел с наглости этого старикана!
— А ты думаешь, мне самому охота в человеческую самку перемещаться?! — воскликнул маг и всплыл своей голограммой выше меня от возмущения. — Но если это единственное доступное тело здесь?
— А мёртвые тела тебе не подходят?
— Именно её мёртвое тело и подойдёт. Душу невозможно подселить к уже занятому сосуду.
Он ещё и прикончить её собрался!
— Она жива, и останется живой, запомни это. Есть мужское, уже мёртвое тело, здесь, возле ротонды. Ты разве не в курсе?