Статус: Попаданец (СИ)

— Есть предложения? — закончил я расклад по ситуации.
— Можем что-нибудь поджечь.
— Что, например?
— Что-нибудь ненужное.
— Чтобы жечь что-нибудь ненужное, надо иметь что-нибудь ненужное. А у нас даже из нужного многого нет, — и тут я вспомнил, что нас связывала с ним простая такая верёвка.
И бросился её наощупь искать. Нашёл. Влажная. Вот чёрт… Но ожидаемо.
А потом сообразил — если оторвать от моего комбеза кусок, то он восстановится, а у нас будет ткань для факела. Вот только вопрос про пожрать станет с ещё большей силой. И потом спросил:
— А у тебя нет какого-нибудь нейромода про кошачий глаз?
— Я его всё равно не передам тебе, ты же знаешь.
— А, ну да. Ну так есть или нет? Хоть ты глазастым станешь, а я буду штурманом.
На его вопросительный взгляд пояснил:
— Сон приснился, вещий, в котором есть примерный путь. Только куда этот путь — я без понятия.
На том и порешили. Нейромод, к счастью, у Моргана стоял в рамках стандартного набора оперативника, и я сильно расстроился по этому поводу, потому что у меня была, мать его, возможность тоже такой установить, но я, бля, новичок безнейромодный оказался, который не потянет такой объем сразу… От досады я аж завыл тихонько и зубами заскрипел. И как не догадался, когда с Ингой грабили оружейную лабораторию? Нет, ну если б знал, то конечно. А так… Эх… Быть мне слепышом в этих лабиринтах, пока вопрос не решим с освещением.
Потому я, когда двинулись, отщипывал от своего комбеза малюсенькие кусочки, собирая материал для моего будущего факела. А то, что я не имел понятия, где брать огонь, оставил на потом, решая проблемы по мере их поступления.
Жрать хотели оба, и очень сильно. А перспектива выбраться из лабиринта до того, как сдохнем от голода, была микроскопически мала, и потому, поймав первых мышей (или крыс — но для крыс они были мелковаты, эти местные животные), без всяких там церемоний о сыром мясе, ковиде и остальной заразе при неправильном употреблении мышей, в том числе и летучих, без слов делили добычу пополам и ели, давясь.
Морган был явно опытным выживальщиком, а вот меня пару раз вырвало, потом привык.
Так мы и двигались по коридорам, он впереди как смотрящий, со своим «кошачьим глазом», я за ним, рулящий, со своим планом в голове.
А потом начались странности, которые я сначала принял за личные глюки от отсутствия живых ощущений от глаз (ничего не видно) и ушей (тишина гробовая, только иногда писк этих мелких животных). Сначала тихий хохот — то здесь, то там, то сзади (я нервно оглядывался, сжимая кинжал в руке), то впереди. Потом белёсые проблески, как будто привидение в длинной белой рубахе мелькало в разных местах.
Не мне одному это чудилось, Морган тоже это слышал и видел. А до состояния массовых галюцинаций мы ещё не дошли. Никто на нас не нападал, и это было хуже всего. И нам напасть было не на кого.
Хохот и белая хламида реально стали восприниматься нами как местная особенность.
Пока перед нами, буквально столкнувшись нос к носу, не появился тип в белой хламиде с длинными белыми волосами.
Глава 16
Я осмотрелся и понял, что мы достигли той точки лабиринта, где я провалился вместе с Котом в какую-то чёрную дыру в полу, и где как раз заканчивается моя мысленная карта-воспоминание о коридорах из сна.
И именно в ней мы как раз чуть не столкнулись с этим типом, что вокруг нас круги наворачивал неизвестно каким образом в коридорах лабиринта, и хохотал как полный псих из фильма ужасов.
Он стоял посреди коридора где-то в метре от нас и чуть светился. Или это просто белые одежды такой эффект дают?
— Вы прошли проверку, о, адепты города магов! — пафосно возвестил нас мужик.
Смотрелось это шедеврально: голый Морган, я рядом, с окровавленным кинжалом в руке, и мудрый старец в белоснежных одеждах, вещающий о прохождении проверки и допуске к испытанию лабиринтом. За-ши-бись.
— Ну и как? — не удержался я с дурным вопросом на такую же дурацкую его реплику.
— Пройдя лабиринт магов, вы будете достойны посвящения в наши ряды!
 
Но с другой стороны — нам местный попался! А это информация! И я стал плотоядно на него посматривать в ракурсе потенциального «языка», вспоминая приёмы захвата и удержания заложника.
— А если мы не будем проходить лабиринт? Мы тут не местные, мимо проходили, нам бы выбраться наверх, в город…
— Попавший в лабиринт имеет только два выхода: умереть или пройти его!
Да что ж ты такой пафосный-то, а? А как же «кто вы такие и откуда тут взялись» и остальные подозревающие нас во всех грехах самых страшных нарушителей вопросы? И я заметил, что наш собеседник смотрел, не мигая, в одну точку, куда-то мимо нас. Это насторожило, и я начал медленно обходить его по кругу.
— Шикарный выбор! — прокомментировал я его ответ.
— Только настоящий герой может преодолеть Зло! — продолжал вещать старец. — Но настоящий герой, владеющий магией — непобедим! Пройдите испытание, которое дают нам высшие силы, чтобы повысить свой уровень и завладеть знаниями и навыками Магов дэгарской пустоши!
Похоже, это его стандартная приветственная речь для всех, кто решил пройти Лабиринт.
— А если мы не маги? — уточнил Морган, и я удивлённо посмотрел на него — за весь путь-дорогу по лабиринту мы почти не общались, и вопросов он не задавал. Я уж, было, решил, что Морган для нас потерян как человек (но ещё может быть использован как боевая единица).
— Если вы — не маги, то Врата Истины закрыли бы доступ, и вас здесь не было.
Ой, как много ты не знаешь о своём подземелье, чувааак!.. Я как раз зашёл к нему со спины, и понял, что сквозь него вижу Моргана. Вот это номер! Привидение, что ли? Ткнул в глючного старца пальцем, рука прошла насквозь.
— Так ты не настоящий? А чего нам тут заливаешь про испытание настоящего героя?
— Я — бот-помощник новичкам, гало-проекция реального наставника и мага Охкоа, наследника древнейшего рода истинных догарцев. Он сделал меня хранителем лабиринта и ценным союзником для смельчаков, ступивших в Лабиринт, что помогает в странствиях подземелья.
— То есть, ты готов нам помочь просто так? — скептически спросил Морган, чему я снова удивился.
— Это моя миссия. Многие новички ходят в Лабиринт пустоши, не имея знаний о своих талантах. Город магов не привык разбрасываться перспективными учениками, и для этого меня создали, вложив слепок сознания Охкоа, чтобы я сопровождал юные дарования в трудном пути преодоления подземелья.
— А почему ты тогда вокруг нас бегал и хохотал? Это же был ты?
— Да, я. Только не хохотал. Это сбой систем слежения и проявления. Ошибка функционирования. Моя голограмма произвольно проявляется в те моменты, когда я должен быть скрыт от испытуемых, незаметно наблюдая за ними и делая выводы.
— Выводы о том, достойны мы или нет?
— Верно.
— Так ты голографическая проекция! А где источник трансляции?
— У меня нет таких данных. Где-то в городе магов, могу предположить.
— И какую цену мы должны заплатить за твою помощь? — этот Морган своими вопросами меня всё больше удивляет. Сам хотел спросить, а он как с языка снял.
— Я выполняю свой долг безвозмездно. Я создан быть полезным.
Счастливый человек (ой, голограмма) — чувствовать свою пользу и знать свою причастность к важному делу!
— Но, — продолжил наш "глюк", — есть проблема.
И замолчал. Ну, тут всё понятно, квест и введение в прохождение подземелья — классика. И пауза патетическая, для нагнетания важности. А нет, его изображение просто стало сбоить, и звук пропал, наверное, так как рот у него открывался, но в ответ тишина.
Я помахал руками:
— Эй, нам не слышно! Связь плохая, спутник связи ушел за горизонт, видимо. Повтори, в чем проблема? Приём, приём!
Изображение голограммы исчезло совсем.
— Видимо, в этом и есть проблема, — сделал многозначительный вывод Морган.
В ответ на его реплику старик снова появился, и закончил: